Чтение онлайн

– Я не знаю, мы встретили такого впервые, - ответила Виста.

Я улыбнулся и обнял Висту:

– Девочка моя, от нас слишком дурно пахнет, пойдем мыться.

– А зверь?

– Он ушел, поверь мне, слишком много рук пришлось оставить за ужином.

Глава 8

"Их породила Черная Зима, они выползли из тьмы земных недр, вслед за нами. В них есть что-то от проклятых, но они уходить не собираются. Это наша боль, это наш гнев, это наша тьма... Они не боятся Света. Они - Выродки..."

(Черная Хроника-Хроник).

Озеро действительно оказалось огромным, из некоторых мест не виден был противоположный берег. Варны почти ничего о нем не знали. Черная вода скрывала дно, шест рулевого не мог его прощупать, так оно было глубоко, не удивлюсь, если в его водах водятся чудовища из ночного кошмара, типа напавшей на нас кляксы. Берега озера заросли высокой, по грудь, рыжей травой, с острыми, словно клинок, стеблями, украшенными на макушках пушистыми белыми венчиками. Ветер разносил над озером их красно-белые споры. Интересно, что могла скрывать эта рыжая трава? Все настороженно оглядывались по сторонам, все-таки это граница - последний рубеж перед великими болотами Гидры. Почему так назвали эти болота? Запоздалые мысли...

Над озером стояла необычная тишина, словно здесь не водилось ничего живого, но я спинным мозгом чувствовал зависшую в воздухе опасность. После ярких красок в джунглях это озеро казалось не от мира сего - чуждым этому миру. Солнечный свет тонул в этой черной воде, едва отражаясь тусклыми, лишенными сил бликами от поверхности озера. Черные густые капли падали с весел.

Донк обещал нас доставить к противоположному берегу. С каждым новым гребком он становился все ближе и ближе, такой же заросший густой рыжей травой с белыми венчиками. Приближаясь к нему, все почувствовали острый запах болотной гнили. Вот они, рядом - Великие болота.

Неожиданно, в нескольких метрах от нас, по правому борту послышался шум: забурлила, забормотала вода и в воздух поднялся черный трехметровый столб воды, он тут же опал, пошла рябь, никаких чудовищ не появилось, зато варны быстрее заработали веслами. Наконец, лодки зашуршали по дну и ткнулись носами в рыжую траву, она глухо затрещала, легко ломаясь, густым облаком полетели споры.

– Здравствуйте, болота, - промурлыкал я беспечно, потягиваясь и спрыгивая на берег.

Трава недовольно зашумела, мне показалось, что она тянется ко мне и толкает обратно в лодку. Подошел Белый, смахивая палицей словно недовольную, мешающую идти траву.

– Мы выполнили свою часть договора, - донесся из лодки грустный голос Донка.
– Все остальное зависит от вас. Не знаю, что вас сюда привело, но лучше повернуть обратно.

– Подожди, брат, - ко мне прыгнула Виста.
– Донк, - она повернулась к лодкам.
– Я хочу сказать тебе, что пойду с ними.

– Что?
– воскликнули я и Донк одновременно.

Я обнял Висту за плечи:

– Послушай, девочка, не капризничай и не задерживай нас, управимся без твоей помощи.

Виста нетерпеливо сбросила мои руки:

– Донк, это не только их дело, оно касается нас всех: вистбадцев и варнов.
– Виста оглянулась на меня.
– Когда он был опьянен напитком героев, я узнала от него, зачем они отправились в эту экспедицию. Нашему миру угрожает опасность. Моски украли в княжестве ключ Радий и собираются распечатать уцелевшее Хранилище Проклятых, там может быть их оружие. Моски угрожают всем. Разве варны не должны участвовать в этом деле? Поэтому я пойду с ними.

– Теперь все ясно, - Донк, соглашаясь, кивнул головой.
– Но с ними пойду я.

Мы с Белым переглянулись.

– Дела!
– Белый пожал плечами.

– Нет, - ответила Виста, - Пойду я! Ведь у меня тоже есть, пусть и маленький, дар. Я буду нужнее, а ты должен помочь Дому, ведь наш отец объявил войну Дому обезьяно-человеков, сейчас каждый воин на учете. Альк прав, чем меньше отряд, тем больше шансов пройти незамеченными через болота и выйти к москам. Ты не волнуйся, я чувствую, мы вернемся, - она посмотрела на меня.
– Скажи ему.

– Обязательно вернемся, но...
– ладонь Висты прикрыла мне рот...

Мы долго спорили, ругались, поминали Темного и его служителей, но в конце-концов... Донк, молча, всех обнял.

– Да будет с вами свет, - тихо прошептал он.

Затем протянул Висте два полных колчана стрел, большой лук варнов. Белому подал связку дротиков:

– Их наконечники отравлены, так что с ними поосторожнее. Береги ее, князь.

Он шутливо толкнул меня в грудь:

– Я верю в твое счастье. Она такой же воин, как и я, но теперь я поручаю свою сестру под твою защиту.
– Донк пытливо заглянул мне в глаза. И не вздумай обижать ее, - с угрозой сказал он.

Я улыбнулся:

– У меня нет желания брать с собой кого-нибудь из варнов, это дело княжества.

Виста дернула меня за руку.

– Уже все решено, - напомнила она.

Я махнул рукой.

– Делайте, что хотите. Если станешь обузой, я брошу тебя в болотах, шутливо пригрозил я.

Но внутри меня ликовал эгоист - опекать такую девушку - это очень даже заманчиво и многообещающе, с другой стороны, страшно, не допусти, Светлый, с ней никакого несчастья. Варнов нельзя было переспорить, только поэтому я смирился. Втроем веселее.

– Ждите нас, - прокричала удаляющимся лодкам Виста.

Белый пошел вперед, широко размахивая палицей, прокладывая нам просеку. Рыжая трава трещала, падала под ноги, над нашими головами плавал красно-белый снег ее спор. Виста шла посередине, я плотоядно посматривал на ее красивую фигуру. Непокорные черные волосы усмирили две заплетенные косы, теперь они не казались змеями.

– Виста, какой у тебя дар?

– Я никогда не боюсь заблудиться, даже в незнакомом месте могу вывести на дорогу. Мой дар пригодится в болотах.

– Белый тоже на такое способен, - разочарованно ответил я.

– Еще я хорошая целительница, во мне есть дар знахаря.

– Это уже кое-что. А теперь скажи честно, зачем ты за нами увязалась? И скажи, какое право ты имела выпытывать тайны у одурманенного геройским зельем человека?

– Вот как?
– впереди заржал Белый.

– Посмотрим, какая от тебя будет польза. Возись тут с тобой...

Я не ожидал от нее такой прыти, она круто развернулась, ее нога впечаталась мне в грудную клетку. Коротко ойкнув и раскинув руки, я улетел в чащу рыжей травы. Когда поднял голову, ее нож прижимался к моей шее. Изумрудные глаза смеялись, слышался дикий хохот Белого.