Чтение онлайн

— А дядя Александр, — невозмутимо продолжал Лева, — требует, чтобы я вставал по утрам вместе с ним, заметьте, в шесть часов, и делал бы зарядку. А летом в Комаровке я должен был бегать с ним на заре вдоль реки под удивленные крики сельских петухов. А потом этот рояль… Не-на-ви-жу.

— Ты бросил музыку?

— Как хорошо, что здесь нет рояля.

Извинившись за прерванную беседу, он вышел во двор, оглядел небо и взобрался на туту.

Тетя Адель быстро сбежала с лестницы:

— Левочка, Левочка, слезь, пожалуйста. Ты упадешь! В Харькове ты не лазил по деревьям! Я тебя умоляю, слезь!

Помолчав, он ответил, тоже по-французски:

— Я буду здесь ночевать.

— На дереве?

— Да, а что? В твоей комнате тесно.

Тетя Адель растерялась. Она совсем не умела разговаривать с сыном.

— Но ты же простудишься, — начала хитрить она. — Сейчас ноябрь. И до каких пор ты предполагаешь ночевать на дереве?

— На юге, — важно сказал Лева, — люди всегда спят под открытым небом.

— Но здесь не Африка!

— Конечно, не Африка, — ответил он по-русски. — Если бы здесь была Африка, я ходил бы голый.

Тетя Адель беспомощно оглянулась: на балкон уже вышла бабка Фрося. Ярошенчиха, заинтригованная сказанными по-русски словами, подошла поближе к туте.

— Хочешь, я вынесу тахту во двор? — вдруг предложила тетя Адель и быстро добавила. — Не отвечай по-русски, я не хочу, чтобы посторонние слышали нас.

— Силь ву пле [63] , — благосклонно отозвался Лева: — Трррум, пум, пум, пум, трррум, пум, пум!..

— А не лучше ли, Левочка, если ты все же ляжешь в комнате?

— Трррам, пам, пам, пам, трррам, пам, пам!..

Дядя Эмиль, моя мама и тетя Тамара смотрели из окон галереи и возмущались: какая же Адель тряпка! Дядя сказал, что не то еще будет, подождите! Лева начнет играть в карты, как его отец.

Тетя Адель продолжала уговаривать. Наконец Лева смилостивился. Посмотрел на нее сверху раз, другой, благосклонно пропел свое «трррум, пум, пум, пум» и спустился на землю.

Они вдвоем вынесли во двор тахту вместе с консервными банками, в которые тетя долила керосин, чтобы соседские клопы не имели доступа к Леве. Лева поел, удивляясь, что за ужин — жареная каша с колбасой? Потом лег на тахту во дворе и моментально заснул.

Все спали в ту ночь. Одна тетя Адель не сомкнула глаз. Она часто выходила на цыпочках во двор и поправляла на сыне одеяло.

На другой день я стала изучать своего брата. Удивляла не только его необыкновенная вежливость. Он умел выслушивать собеседника не перебивая. Я заметила — это удивляло и всех наших. Они стали относиться к Леве внимательно.

— Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?

— Пока не знаю. Нравится математика. Шахматы. Но цель моей жизни — завоевание полной свободы.

— А разве ты не свободен?

— Нет, меня угнетают родные. Но я добьюсь абсолютной свободы. Если бы революция еще не победила, я бы стал революционером. Теперь же мне остается борьба за личную свободу. Ты видела «Большой вальс»?

— Да. Три раза.

— Нравится тебе Карла Доннер?

— Очень! И еще мне нравится Кожухаров. Все девчонки в него влюблены. Ты видел «Истребителей»?

— Да. За Милицу Корьюс я отдал бы жизнь.

— Ты поступишь в нашу школу?

— Нет.

— Почему?

— Потому что так хочет моя мать.

— Но… Другая русская школа далеко. Правда, она большая и новая, но ехать туда надо с пересадкой у Надзаладеви.

— Это не имеет значения. понять его было трудно.

— А мы пишем историю нашего района.

— А что тут особенного? Лепятся домишки к склонам гор, окраина…

— Ты ничего не знаешь! В этом районе зарождалось революционное движение всего Закавказья! Мы в подвале нашего флигеля листовку и патроны нашли!

— И что?

— Как что? Сдали находки в музей.

— Напрасно.

— Почему?

— Надо было организовать музей в этом доме. Эх! — с досадой воскликнул он. — Почему Иоганн Штраус не женился на Карле Доннер?

— Но ведь Штраус был женат!

— Ну и что?

— Как что? — тут уж я дала волю своему возмущению. — Значит, свою жену выгнать, а эту…

— Какая ограниченность, какие жалкие рассуждения!

— Почему жалкие? Его жена была такая милая, такая преданная, а он…

— Я должен достичь такого положения, — помолчав, сказал мой брат, — чтобы потом поехать в Вену и жениться на Милице Корьюс.

Я посмотрела на него как на помешанного. Вот чудак. Я тоже вот уже сколько времени влюблена в Кожухарова из кинофильма «Истребители», так влюблена, что в груди все горит. Но мечтать выйти замуж за артиста Бернеса… Нет, такое ни разу не приходило в голову.

Лева сказал, что у меня типично обывательское мышление. Но он меня не винит. Потому что среда определяет сознание.

— Слыхала такое выражение?

— Не-ет.

— Я постараюсь помочь тебе вырасти. Человек — царь вселенной! Читала «Морской волк» Джека Лондона?

И Лева с удовольствием прочел мне целую лекцию на эту тему. Я слушала. Не понимала. И восхищалась: какой умный у меня брат!

Прошло немного времени, и тетя Адель вошла однажды к нам необычайно печальная. Оказывается, Лева очень много ест. И кроме того, ему тесно. Он возмущен: если дом действительно наш, то почему здесь живут квартиранты? Разогнать их всех надо и жить просторно.

Тетя Адель готовит ему две сковороды: с картошкой и яйцами или же с кашей и колбасой. Другие блюда у нее не получаются. И ей не хочется готовит. Говорит: целых два часа варить обед, а потом он исчезает в желудках за две минуты, ведь обидно, правда?

Съедает Лева две сковороды и все равно голоден. Через час опять ищет, чего бы поесть. Тетя Адель в отчаянье. Она сказала, что отныне вычеркнет из своей памяти даже имя Арчила Давидовича, она торжественно объявила в день приезда Левы, что теперь посвятит всю свою оставшуюся жизнь только детям. Но от этого никак не улучшилось положение, меню на каждый день осталось то же самое с той лишь разницей, что теперь вместо одной сковороды тетя приготавливает три. И при этом еще должна управляться в галерейке бесшумно — Лева не любит, когда ему мешают сосредоточиваться. В Харькове у него была отдельная комната, а здесь он чувствует себя как на вокзале.