Там, где живет истина
Шрифт:
— Спасибо, — сказал он с благодарностью в голосе.
Она мило улыбнулась как раз в тот момент, когда откуда-то, как он подумал, из кухни, донесся женский голос.
— Аррин? Это ты? Умойся к ужину, милая. Мне бы не помешала помощь...
В дверях появилась женщина со стопкой тарелок в руках. Ее взгляд упал на него, и она застыла как вкопанная, в глазах вспыхнул... страх. Тарелки выскользнули из ее рук, разбились о пол и громко зазвенели. Никто не шелохнулся. Так же быстро, как он увидел вспышку ужаса, она исчезла, сменившись шоком, а затем... узнаванием. Выражение ее лица изменилось, и Джози поднесла дрожащую руку ко рту.
— Рид, — прошептала она. — Рид.
Парень смотрел на нее, оценивая ее реакцию на него. Страх... на мгновение она подумала, что он его биологический отец. Рид внутренне содрогнулся. Он знал, что похож на него, печально известного серийного убийцу. Он знал это.
— Прости, что я так долго... — Его слова затихли, и он быстро вдохнул, пытаясь обуздать бушующие в нем эмоции и взять себя в руки. — Мне жаль, что я так долго добирался сюда. Наверное, мне следовало позвонить. — Ему определенно следовало позвонить. Он должен был подготовить ее, а не появляться из ниоткуда. Ему даже в голову не пришло, что она может принять его за человека, который мучил ее. Глупо с его стороны. Эгоистично. Просто он не знал, что сказать. И не знал, что сказать сейчас. — Я просто не был уверен... — Он нахмурился, глядя в окно на поле за окном, усыпанное белыми и желтыми полевыми цветами. Это как-то поддержало его, дало силы продолжать. — Я приходил несколько раз, но никак не мог заставить себя постучать в дверь. Я нервничал, наверное. Боялся. — Он быстро улыбнулся и посмотрел на Аррин, которая с интересом разглядывала его и Джози. — Аррин помогла мне сегодня.
Джози шумно выдохнула, как будто сдерживала дыхание с тех пор, как переступила порог и увидела его. Затем посмотрела на дочь, и глаза ее наполнились слезами, когда она улыбнулась ей.
— Я так рада. — Она снова посмотрела на Рида, и слеза скатилась по ее щеке. — Я так рада, что теперь ты здесь.
**********
Поле мерцало золотом в лучах послеполуденного солнца. Джози шла, держа руку позади себя, задевая ладонью верхушки высоких полевых цветов. Она то и дело поглядывала на Рида, и на ее губах играла нервная улыбка.
— Итак, Калифорнийский университет, да?
Рид улыбнулся в ответ и кивнул.
— Да. — Он посмотрел в сторону дома, откуда доносился радостный детский крик.
Муж Джози, Зак, вернулся домой с двумя младшими детьми сразу после его прихода. Его взгляд быстро перемещался между Ридом, Аррин, Джози, разбитыми тарелками и обратно к Джози. «Я все уберу», — сказал он. — «И позабочусь о мальчиках». Он посмотрел на Рида, и парень увидел в его глазах беспокойство. Беспокойство, но и доброту. И вот Джози вывела Рида на улицу, на поле, где они сейчас гуляли под лучами заходящего летнего солнца.
— В Калифорнийском университете отличная программа по уголовному правосудию. — Его желудок сжался, когда он посмотрел на нее, чтобы оценить ее реакцию.
Забавно, что она была практически незнакомкой, и все же он обнаружил, что хочет ее одобрения. Он уважал ее. И хотел сказать ей об этом. Хотел сказать ей, как часто представлял, через что ей пришлось пройти, когда он рос в ее теле, но сейчас было не время для этого. Пока нет. Но Рид надеялся, что когда-нибудь это произойдет. Он хотел узнать ее. Возможно, до этого момента он не был готов признать, насколько сильно.
— Я хочу быть полицейским, — объяснил Рид, и Джози снова подняла на него глаза, а затем прищурилась. Он не мог прочитать выражение ее лица, но язык ее тела изменился каким-то незначительным образом, который он не мог сформулировать, но все равно почувствовал.
— Мой муж — детектив, — сказала она, слегка улыбнувшись.
Парень кивнул.
— Да. Я знаю. Родители рассказывали мне об этом.
Женщина замолчала, и между ее бровей пролегла тревожная морщинка.
— Твой... — Она отвернулась от него, словно обдумывая формулировку вопроса, а может, сомневаясь, стоит ли вообще его задавать. Но через некоторое время продолжила: — Твой интерес к правоохранительным органам как-то связан с... с...
— Моим биологическим отцом? — закончил он за нее.
Джози кивнула, ее взгляд пробежался по его чертам, как будто там она могла найти все его мысли и чувства по поводу мужчины, который изнасиловал и оплодотворил ее. Человека, с которым у него общая ДНК. Человека, ответственного за его создание, ставшее результатом столь отвратительного поступка по отношению к стоящей перед ним женщине. Но Рид отказывался признавать его заслуги в этом. Именно Джози взрастила его, не только тело, но и сердце, когда бескорыстно оставила его на воспитание единственным родителям, которых он когда-либо знал, вскоре после того, как наконец нашла его.
Парень остановил их неспешную прогулку и повернулся к ней, и Джози сделала то же самое. Если он хотел отношений с этой женщиной — а он хотел этого, — то должен был начать с правды.
— Отчасти. — В основном? Как ему выразить это словами? Он никогда не мог. Когда люди спрашивали его, почему он хочет работать в правоохранительных органах, Рид давал стандартные ответы... что хочет изменить мир к лучшему, служить обществу, защищать невинных, и все это было правдой. Но главная причина заключалась в человеке по имени Чарльз Хартсман. — Я хочу, чтобы моя жизнь что-то значила. — Он посмотрел ей прямо в глаза. — Я хочу, чтобы то, через что ты прошла... — Он разочарованно вздохнул. — Я хочу, чтобы все это было не зря.
Джози смотрела на него так пристально, ловя каждое слово, и он вдруг почувствовал себя неловко. Уязвимым. Неуверенным. Но потом заметил гордость в ее глазах. Что это было? Облегчение? Смесь эмоций, которую он не знал достаточно хорошо, чтобы понять.
— О, Рид. Ты никогда не должен чувствовать, что должен исправлять то, что он сделал. Ты не несешь за это никакой ответственности. Абсолютно никакой.
Парень кивнул, отводя взгляд. Он знал это. Знал. Или, по крайней мере, знал на рациональном уровне. Но в его сердце ярче горело конкретное желание. Потребность доказать, что ему место на этом свете. Что он не просто ужасная случайность, которой не суждено было случиться. Что его существование имеет значение — не только для него или тех, кто его любил, но и для других. Незнакомых людей, которые, возможно, однажды будут благодарны ему за то, что он появился в их жизни.
— Я знаю. — Только голос его звучал неубедительно, даже для него самого.
В глазах Джози мелькнуло беспокойство, но в них все еще читалась гордость.
— Хорошо. — Она сделала паузу. — У тебя была хорошая жизнь, Рид.
Она не задавала вопрос. В конце концов, она явно следила за его жизнью. Он знал, что его приемная мать посылала Джози фотографии и ежегодные новости, еще до того, как он вошел в ее дом и увидел множество фотографий на стене, но все равно ответил, чтобы она получила от него подтверждение.
— Да. У меня была прекрасная жизнь.
Женщина улыбнулась и неуверенно потянулась к нему. Он протянул ей руки, и она взяла их, нежно сжав.
— Хорошо, — выдохнула она. — Это все, чего я когда-либо хотела.
Ее прикосновение наполнило Рида уверенностью. Да, он будет много работать, ради Джози, ради своих приемных родителей, которые воспитали в нем уважение к жизни и другим людям. Каждый день он будет стараться быть достойным людей, которые так сильно его любили. Как вблизи... так и издалека.