Чтение онлайн

 Я оглянулась и обнаружила, что мои преследователи бесплодно летали и бродили в сотне метров позади, не имея представления, куда я делась. Незаметно дотронувшись до волос, я почувствовала полностью скрытого грязью скорпиона. Немного успокоившись и поскорее отдёрнув руку, чтобы не заметили все эти люди вокруг, я начала размышлять о том, удастся ли мне совсем оторваться от погони, как мне выйти из этой долины, и о том, что будет за ней. И внезапно скорпион у меня на голове шевельнулся, а я увидела у себя в голове новые картины. Ещё несколько километров пути по навозу заканчиваются небольшим людским городком. Потом дорога, начинающаяся от самого дворца маркиза соединяется со второй, по которой я решила не идти, и обе они заканчиваются на каменном помосте, типа причала из тёмно-синего сапфира. Он был совершенно пуст, только один низкий человек с длинной бородой и в старой хламиде пробирался по нему к самому концу. Я словно на кадрах засаленной плёнки видела, как выросла перед ним из камня костлявая рука, держащая дощечку с надписями. Он ткнул в одну из них узловатым пальцем, и кусок камня под его ногами мигом оторвался от мостков. Вместе с ним он полетел по воздуху высоко вверх, пока мне, также как и ему, не стала видна вся панорама Четвёртого острова. Облетев его, человек направился ещё выше и приземлился к подобному же причалу в другом Саду грешников. Там было темно и пусто, если не считать одинокого чёрного ворона, который нахохлившись сидел на каменных перилах, опустив голову.

 На этом череда замыленных кадров, посылаемых скорпионом, оборвалась. Возможно, потому что дальше было не интересно. А возможно, потому что я поняла - это был Торл. Ворон Торл сидел на причале в Третьем Саду грешников, и я должна была попасть к нему. Оставалось надеяться, что он ждёт там меня, и не улетит, пока я не появлюсь.

 Я с энтузиазмом пошла вперёд, чавкая вонючей слякотью и разбрасывая её в разные стороны при каждом шаге.

 Очень скоро я оставила позади всю смрадную долину, двигаясь вдоль моста среди людей, купающихся в нечистотах ради поиска драгоценностей. Когда она закончилась, передо мной, как и показывал скорпион, развернулось небольшое поселение других жертв алчности, скупости и жадности. Им посчастливилось не попасть ни в озеро жидкого золота, ни в холодный лес, ни в смрадную долину.

 Люди здесь были похожи на самых обыкновенных людей. Все конечности у них были на месте, и страх не мелькал в маленьких прищуренных глазах, которыми они оглядывали друг друга. Они сновали туда-сюда по каким-то своим делам, изредка здороваясь. Многие стояли вдоль улицы, продавая одежду, разнообразные вещи и предметы. Судя по спорам, которые разгорались там же, цена выставлялась всегда через-чур высокой. Меня каждый новый встречный внимательно оглядывал, а потом безразлично отворачивался, уходя прочь. Один тщедушный мужичок даже предложил мне простую деревянную палку с куста, чтобы очистить грязь, за десять монет. Я отказалась, а он, ещё немного помялся, пытаясь сбросить цену, и недовольный ушёл.

 А как-нибудь отчистить налипшее на мне зловоние было действительно необходимо. Я продолжала чувствовать отвратительный запах. И ужаснее всего было то, что теперь он исходил от меня. Но вокруг, к моему величайшему сожалению, не было ничего, что могло бы решить эту проблему. Озера с водой я более не чаяла найти в Аду, но бассейн с водкой тоже подошёл бы. Заодно продезинфицировал бы раны на спине.

 Отойдя с выложенной плоскими камнями дороги поближе к одному из домов, где земля представляла собой утоптанный сухой песчаник, я начала руками снимать с себя жижу, стряхивая засохшие куски. Сняла запутавшегося в волосах золотого скорпиона и выдавила из них всю слякоть, скрутив в тугой жгут. И тут же, пока я не успела распустить грязные патлы вновь, магическое насекомое пробежалось по моей руке обратно к голове и село прямо на собранный хвост, с щелчком сдвинуло лапки. Я вздрогнула, поняв, что это приятно, и оставила его там, решив носить эту заколку также как и первоначальный владелец.

 Потом я взяла пригоршню земли и начала втирать в кожу, стирая мелкими песчинками большую грязь. Это мало помогало. Но оставалось надеяться, что я хотя бы не буду выглядеть, как человек, нечаянно упавший в деревенский сортир. Хоть и запах буду иметь такой же. Кроме того, к спине я даже притрагиваться боялась, поскольку всё ещё чувствовала сильную боль, к которой теперь добавлялась опасная пульсация, о которой я старалась не думать. Таким образом, все мои ухищрения, может быть, и улучшили мой внешний вид, но только спереди.

 Я пошла дальше, надеясь, что, когда увижу Торла, он что-нибудь придумает.

 Впереди прогуливалась женщина среднего роста. У неё были длинные волосы и платье цвета подгнивших водорослей. Она смотрела на меня и почему-то улыбалась.

 - Почему вы улыбаетесь?
– спросила я, подойдя поближе.

 - Потому что ты нелепо выглядишь, - сказала она довольно, а потом прибавила, поморщившись: - и отвратительно пахнешь.

 - И что в этом радостного?
– нахмурилась я. Частенько, как и сейчас, мне сильно хотелось впасть в то состояние, когда гнев во мне начинал нарастать, и грани разума становились не такими острыми. Я могла бы не задумываться над своим поведением, давать волю чувствам, которые в обычной жизни скрыты глубоко под оболочкой морали. Я становилась неуправляема, и бешенная весёлость, появляющаяся в эти мгновения мне очень нравилась. Но инстинктивно я чувствовала, что это путь, на который нельзя вставать.

 - А что в этом грустного? Твой вид нелеп, вот и всё, - беззаботно ответила она.

 - Так, может быть, у вас есть что-то, что могло бы помочь мне?
– продолжала я, как можно более мягко, однако внутри что-то закипало.

 - У меня?
– удивилась женщина, округлив глаза, а я в этот момент впервые обратила внимание, что на шее у неё висит маленький перевёрнутый крест на цепочке.
– Ну, у меня есть один таз с кровью, в котором тебя можно было бы отмыть, но с чего мне помогать тебе? Разве что у тебя есть деньги...
– полувопросительно закончила она, и глаза её при этом заблестели.

 - У меня не...
– начала было я, но взглянув ещё раз на её вдруг ставшее неприятным лицо, я ответила: - Да, конечно, у меня есть много денег!

 Я припоминала, что когда-то меня сильно пугала мысль принять ванну из крови. Но теперь, казалось, это было не так.

 Она посмотрела на грязный плащ Асмодея, который я продолжала носить с собой, теперь свёрнутым в большой вонючий кулёк, и, очевидно, решила, что деньги именно там. Повернувшись спиной, она поманила меня за собой, а я всё не переставала рассматривать её странную внешность. Одно ухо у неё было проколото в трёх местах, но серёг в нём не было. В углах глаз были маленькие злые морщины, а перевёрнутый крестик из красного золота так и болтался на открытой груди, привлекая внимание и вопросы.

 - Что значит этот крест?
– спросила я. Женщина схватилась за него рукой и немного помрачнела.

 - Это значит, что я принадлежу к церкви Сатаны, - ответила она бесцветно, пропуская меня перед собой в довольно большой дом, в котором она видимо и жила.

 - Здесь в Аду есть церковь?
– спрашивала я, проходя в прихожую на первом этаже. Здесь было довольно много вещей, создающих нормальные удобства в любом доме: вешалка, стулья, тумбочки. А в самой комнате, которая начиналась сразу же после прихожей, вокруг большого костра, горевшего прямо в полу, стояли несколько огромных плетёных кресел. На огне в грязном чане журчало какое-то варево.

 - Нет, глупая, я принадлежала к ней, ещё когда была жива, - ответила она и грубо добавила: - Проходи сразу направо, не пачкай мне гостиную!

 Я послушно прошла, куда было сказано, копя раздражение. С каждой секундой у меня всё сильнее начинало стучать в висках. Мне это нравилось.

 Справа была дверь в небольшую ванную комнату, полностью выложенную красной яшмой. Внутри было довольно много места, у стены стоял стул с тазом полным крови, на стенах висели разные мочалки. А в середине пола была дыра слива, ведущая прямо под дом.

 - Кровь привезли только сегодня, я сама хотела помыться, но раз уж ты тут подвернулась. Договоримся предварительно, - сказала женщина, закрывая в ванную дверь.
– Сто денариев и я даже потру тебе спину.

 Отказываться я уже не собиралась. Страха не было, был азарт. Наверняка сто денариев - было большой суммой, хоть я и не могла этого знать. В любом случае, для достоверности я решила немного поспорить.

 - Восемьдесят, - сказала я, кладя свёрнутый грязный плащ в угол, а сама демонстративно снимая мочалку со стены.