Чтение онлайн

Колдун жил на окраине города в бывшем складском помещении, где предоставляли временную крышу над головой путникам его типа. Местечко отличалось злачностью, но за ночлег здесь просили немного, предоставляли сухой теплый угол и, самое главное, ненужных вопросов не задавали. Не самый плохой вариант для тех, кто не хочет лишний раз светиться.

Колдун привел Адель сюда во второй половине следующего дня. Она шла на шаг позади, с интересом отмечая местность, хотя ей доводилось бывать в местах намного хуже и нелюдимее. Сам Лоу, согласно его собственным словам, уже полностью восстановился и мог колдовать, да вот только выглядел все еще не очень. С сероватой кожей и запавшими глазами, он не производил впечатления здорового человека, а вот курить на нервной почве стал заметно больше.

Когда они подошли к обшарпанному и выдавшему виды зданию бывшего склада, Дэвид остановился и посчитал нужным предупредить свою спутницу:

— Говорю сразу, он будет на тебя рычать. Он всегда становится агрессивным, когда болеет.

— Думаю, мы все же поладим, — ответила Адель, рассматривая жестяные ворота, которые облепили собой каждый этаж здания. Их ставили явно во время перепланировки, как и опасного вида лестницы, которые вели к небольшим дверям в воротах. Помещений было немного, но и пустовало, судя по отсутствию обилия характерных звуков, большинство. Дэвид с другом расположились на первом этаже по вполне понятным причинам.

Пока Лоу открывал дверь временного пристанища, Адель едва справлялась с эмоциями. Она чувствовала себя пришедшим в первый раз на ярмарку ребенком, и ей не терпелось поскорее познакомиться с Бальтазаром. Наконец-то замок поддался, Дэвид открыл дверь, и Адель, не дожидаясь приглашения, прошмыгнула внутрь. Услышав ее шаги, Бальтазар тут же вскинул голову и утробно зарычал.

Ведьма так и застыла на месте, но на ее лице сиял неподдельный восторг.

Так близко к драконам ей подходить еще не доводилось.

Он лежал, свернувшись калачиком, у дальней стены в удобном и утепленном углублении, и пристально рассматривал незнакомку золотисто-оранжевыми глазами с вертикальными зрачками. Его вытянутая морда с большими острыми ушами напоминала под разными углами не то собачью, не то лисью. Он, как и каждый дракон, поражал воображение удивительным сочетанием силы и изящества. Даже в повороте головы чувствовалась особая грация, хотя здоровые лапы с длинными когтями могли убить человека одним ударом, к тому же нанесенным вполсилы. Что и говорить про хоть и собранные сейчас, но все равно грандиозные крылья, и длинный гибкий хвост с кисточкой на конце, и…

И все же Адель видела, что Бальтазар серьезно болен. Ему было намного хуже, чем она себе представляла. В уголках глаз собрался гной, из кожистого носа сильно текло. Он тяжело дышал, заметно хрипел, и его красновато-бурая короткая шерсть выглядела тусклой и более редкой, чем должна была быть. Бальтазар с заметным трудом приподнимал крылья, и даже держать голову ему было очень тяжело.

Адель судорожно перевела дыхания, быстро скомкивая свой первый восторг и пряча его куда подальше. Не время воображать из себя счастливую девочку, которой разрешили на праздничном военном параде погладить боевого дракона по морде, пускай и очень хотелось.

Обогнув ее, Дэвид быстро подошел к Бальтазару и успокаивающе прижал ладони к его морде. Дракон тут же перестал рычать и обратил все свое внимание на друга. Устало прикрыв глаза, он потянулся к нему, позволил человеку себя обнять за шею и успокоить.

— It`s ok, it`s all right… I`m here with you, — тихо приговаривал Дэвид, поглаживая могучую шею дракона, и плавно опустился на одно колено. Бальтазар расслабился и тихо жалобно заурчал.

Немного подождав, Адель подошла ближе и встала позади Дэвида. Странно было видеть его таким. Не раздраженным, не держащим с собеседником подчеркнутую дистанцию, но любящим и полностью открытым другому существу.

Как там говорят про всадников и их драконов?

Два разума — одно сердце.

— Как он себя чувствует? — осторожно спросила Адель. Дэвид тяжело перевел дыхание и немного отстранился.

— Пока держится, — стараясь говорить сухо, без эмоций, произнес он и только тогда обернулся к ведьме. — Но нам лучше поторопиться.

Адель согласно кивнула и, на ходу снимая куртку, пошла занимать свое место в центре ритуального круга.

Дэвид заранее нарисовал все необходимые узоры и знаки, благо помещение позволяло. Оно было довольно просторным, хоть и обшарпанным, и предполагало, что здесь будут жить всадники и драконы одновременно. Обстановка отличалась спартанскими условиями: помимо привычного для драконов большого и обитого дешевым, но мягким материалом углубления, рядом располагалась продавленная кровать для всадника, тумбочка и шаткий стул. Всю человеческую мебель Дэвид отодвинул как можно дальше, дабы не нарушать магический чертеж. Книга заклинаний взрыв не пережила, но, к счастью, осталась копия, а тот самый ритуальный кинжал Адель принесла с собой. Все ингредиенты были готовы, осталось только их смешать.

Отбросив куртку в сторону, Адель положила кинжал на отведенное ему в магическом круге место и заняла свое. Она села по-турецки прямо на полу и выжидающе посмотрела на Дэвида. Тот в последний раз приобнял Бальтазара, крепко прижавшись к его морде лбом, и поднялся на ноги. Снял и убрал в сторону куртку, педантично закатал рукава рубашки и взял с тумбочки листы с копией заклинания. Медленно вздохнув и выдохнув, колдун настроился и принялся читать. Знаки и символы на полу и стенах медленно засияли слабым светом, и в воздухе ощутимо запахло озоном. Магия.

То, как тело реагировало на магию, Адель нравилось всегда. Легкое покалывание на коже и под ней, когда нити пронизывают тело, своеобразный привкус на языке и непередаваемое чувство легкости и силы одновременно. Некоторые утверждали, что ощущения от сплетения заклинания лучше, чем первоклассный секс, хотя тут Адель бы поспорила. Не лучше, а иначе.

Она заметила, как Бальтазар, положив голову на пол, из-под полуприкрытых век наблюдает за ритуалом, и на секунду задумалась о том, как драконы воспринимают магию, будучи одним из ее основных порождений. Вряд ли бы в любом из человеческих языков хватило слов, чтобы описать их ощущения, но сконцентрировавшаяся в помещении магия явно влияла на Бальтазара положительным образом. Его дыхание стало легче. Он расслабился, и его словно бы окутала сладкая ласковая дрема.

Все напряжение досталось Дэвиду. Он читал заклинания ровным звучным голосом, ни разу не запнувшись и не сбившись. При взгляде на него, в мыслях Адель возникал образ карты безымянного мага из Старших арканов: идеально ровная спина и гордо поднятая голова, несмотря на всю ту магию, которая переполняла разум и сердце колдующего, едва не сбивая с ног своим напором. Левый глаз мужчины вновь по-особенному засиял, маня своей тайной, но в данную секунду Адель предпочла не обращать на нее внимание. Она любовалась колдующим Дэвидом, разглядывала его лицо и в какой-то момент поймала себя на мысли о том, как, наверное, было бы приятно снова провести по его острым скулам кончиками пальцев…

Дэвид поднял на ведьму взгляд и многозначительно посмотрел, изогнув бровь. Ведьма быстро опомнилась, схватила кинжал и порезала едва успевшую зажить после прошлого раза ладонь. На изукрашенный живыми узорами пол упали несколько крупных бордовых капель и исчезли в ярком свете. Нити разом вспыхнули и в тот же миг погасли. Весь чертеж, все символы и знаки исчезли будто бы их и не было, но из того места, куда упала кровь, из земли вверх устремилась тонкая багряная струйка. Она поднялась метра на полтора, собралась в плотную сферу и взорвалась. Разлетевшиеся было в стороны капли, словно ртуть, собрались в переплетенные кольца и медленно закружились в причудливом танце.