Чтение онлайн

— Сейчас позвоню.

— Оставляй у портье свои координаты, чтобы он знал, где тебя искать.

— Хорошо.

— Конец связи?

— Конец.

В трубке женский голос сообщил о времени, затраченном на разговор в кредит. Затем раздались короткие гудки, а Старицкий все еще держал в руке трубку, не решаясь набрать свой домашний московский номер. Его удерживала не вина перед Вестой. Все было гораздо сложнее. В период беременности у жены обострилось восприятие всего окружающего. Она не могла знать, что происходит вокруг Павла, что происходит с ним самим, но она чувствовала, что с мужем происходит что-то неладное.

Поэтому Владу было так сложно позвонить жене. Врать ей не хотелось. А полуправде она не поверит. Старицкий решил. использовать самый надежный вид защиты — нападение. Он решительно набрал номер. Веста сидела у телефона.

— Алло? Веста?..

— Я…

— Ты что там сырость развела?

— Что это было, Влад?

— Не то, что ты думаешь!

— А что я думаю?..

— Имей в виду, жена ревнует и подозревает мужа в измене только тогда, когда сама, хоть однажды, пусть случайно, но изменила ему!

— Как это, «случайно»?

— Да так! Оказалась в такой ситуации, что сопротивляться было бесполезно. А признаться в этом грехе мужу и стыдно, и страшно. Вдруг не поверит и… бросит!

— Я даже не понимаю, о чем ты сейчас говоришь? "Грех, стыдно… бросит"… Это ты о ком?

— О женщинах. Будь добра, не делай мне сцен по телефону. Ты прекрасно поняла, о чем я сейчас говорил! Приеду из командировки, если захочешь или сможешь, мы вернемся к этому разговору. Как Олежка? Ему не передалось твое настроение?

— Не передалось…

— Слава богу! Не думай обо мне плохо. Успокойся. Завтра вечером я тебе позвоню, хорошо?

— Хорошо…

— Целую.

— Спасибо.

Старицкий положил трубку. Это был жесткий, но необходимый поступок, Владу удалось успокоить Весту. Ее мысли теперь наверняка потекли по другому руслу.

Но вечерний разговор с Вестой не состоялся. Да и сотрудникам Архангельского "Координационного центра" не удалось познакомиться с новоиспеченным генеральным директором.

Принц собирался появиться в архангельском «КЦ» в одиннадцать часов утра. Но уже в девять в гостиничном номере Старицкого раздался междугородний телефонный звонок.

— Это Френд.

— Что на этот раз?

— Доброе утро.

— Доброе.

— Самолет за тобой уже послан. Ты срочно нужен в Москве.

— Давай в двух словах.

— Не получится. Обсудим при встрече. Принц помолчал. Потом недовольным голосом спросил:

— Может быть, все-таки без меня справишься?

— Не справлюсь.

Голосом, не предвещавшим ничего хорошего, Принц пообещал:

— Ну, тогда жди!

Положив трубку, Влад поглубже уселся в кресло. Принцу было о чем подумать. Лететь в Москву без конкретного плана действий не имело смысла.

На девяносто девять процентов Старицкий был уверен, что утренний звонок Френда связан с сообщением, пришедшим по Интернету от фирмы «Кройзен».

Анализируя последнюю встречу с Бизоном, вспоминая мельчайшие подробности их состоявшейся беседы, Принц пытался разгадать цель бизоновской акции «Голливуд». То, что Бизон говорил по поводу личности самого Старицкого, будто бы только и мечтает о том, чтобы сделать Влада счастливым, было не более чем лирическим камуфляжем и только. "Может быть, — размышлял Принц, — после убийства известных журналистов, на этот раз СС выбрал новую жертву из сферы кинобизнеса?" Принц предположил, что кандидат в покойники, должно быть, является очень крупной фигурой. Скорее всего, один из тех, кто мелькает на теннисных президентских кортах.

Для армады «Айсберг», медленно, но верно движущейся к власти, этот «кинотеннисист» никакой реальной опасности наверняка не представляет. Но нужен новый прецедент, новое громкое нераскрытое убийство, показывающее, что в стране есть сила, способная в любой момент навести в государстве «порядок». Вряд ли армадовцы играют в теннис. Их спорт похитрее…

"Главная моя мишень — Бизон, — думал Влад. — С первой попытки мне до него добраться не удалось. Но теперь он будет настороже. И второго такого рейда по тылам противника мне уже совершить не удастся. Значит, надо самого Бизона заманить в западню. Создать такую ситуацию, чтобы он сам вынужден был оказаться в Москве…"

Логические умопостроения Старицкого балансировали на шатком фундаменте. Он исходил из своего предположения, что Бизон занимает в монолитной структуре «Айсберга» не последнюю ступеньку.

Принц встал с кресла и отправился в ванную. Приняв холодный душ, Старицкий расчесывал волосы, внимательно глядя на свое отражение в зеркале, и пытался понять, за что на него навалилось все это? И будет ли когда-нибудь всему этому конец?

Вспомнился Крафт. Его неудавшийся план с «воскрешением». Может быть, и вправду, дутая фирма «Кройзен» и ее заманчивое предложение всего лишь самообман? И надо искать более прозаический ход для ликвидации Бизона?

Чтобы покончить, наконец, с навалившимися сомнениями, Влад взвесил все плюсы и минусы будущего киношного проекта. Плюсов оказалось больше. Значит, игра стоит свеч. "Бизон всегда опережал меня на шаг или на два, — признал Влад, — но в творчестве он не рубит. И здесь я могу и должен его обставить!.."

До прилета самолета Принц приготовился к разговору с Фрейдом, определился в поступках на ближайшие два дня. О сценарии будущего фильма Влад сознательно запрещал себе думать. И делал это не из суеверия, а основываясь на опыте, который извлек из последних трагических событий.

Прилетев в столицу, Принц, не заезжая домой, отправился в «Центр».

Френд протянул ему отпечатанное на сканере сообщение. Это было предложение фирмы «Кройзен» о создании фильма. Хоть Старицкий и был готов к этой информации, сердце его все равно учащенно забилось. Стараясь не выдать своего волнения, Принц недоуменно спросил:

— И что?

— Мы ограничены во времени. Ответ надо дать сегодня же. Притом в форме аннотации.

— И что же тут нетелефонного?

— У нас есть конкуренты.

— Я думаю, что они уже получили точно такое же сообщение.

— Дело не в сообщении.

— А в чем?

— Здесь мы можем обеспечить тебе ббльшую безопасность.

— Бредовая идея Торса?

— Моя. Вчера, неред отлетом в Архангельск, я заметил, что твоя одежда лежит не так, как она была положена до эстафеты. Я еще у тебя спросил тогда, все ли в порядке. Помнить?

— Помню…

Принц вспомнил о замененных патронах в пистолете и спросил:

— Чья еще одежда лежала не так? Френд испытующе посмотрел на Принца.