Чтение онлайн

— Какой вопрос?

— Я спросил, согласна ли ты уйти со мной. Она взглянула на него с недоумением, и он сказал:

— Я не терплю, чтобы мной распоряжались, и для нас обоих было бы немного унизительным позволить нашим отцам воображать, будто они устроили все, не спрашивая нашего согласия, а потому я предлагаю бежать!

— Бежать?

Лоретта с трудом выговорила это слово. Фабиан засмеялся удивительно счастливым смехом.

— Я уже просил тебя об этом. Я знал, что ты любишь меня, как я люблю тебя, и думал, что ты согласишься.

Его глаза весело заблестели.

— Несмотря на таинственного мужа, который, совершенно очевидно, не только не научил тебя ничему о любви, но даже ни разу не поцеловал.

Лоретта смущенно спрятала лицо у него на плече.

— И это… вызвало у тебя… подозрения?

— Нет, я подозревал и раньше, — ответил Фабиан. — Ведь ни одна замужняя женщина не могла бы сохранить такую невинную чистоту и, уж конечно, не могла бы источать такую ауру целомудрия.

Лоретта совсем смутилась, а он продолжал:

— Я понял это по твоим флюидам, которые воспринимал особенно сильно, потому что никогда прежде мне не приходилось испытывать ничего подобного.

— Ты не думаешь… что я… настоящая я… наскучу тебе?

— Я убежден, что обучать тебя любви будет самым прекрасным, самым захватывающим из всего, что выпало мне в жизни.

Он поцеловал ее в лоб и продолжал:

— Но я уверен, если мы разыграем этот фарс, притворимся, что видим друг друга впервые, когда я приеду сюда после скачек, после чего последует объявление о нашей помолвке, а затем пышная, скучная модная свадьба, на которой мои родственники будут пророчить, каким плохим мужем я окажусь, все это омрачит наше счастье.

— Да… конечно, — согласилась Лоретта. — Ах, Фабиан, я сделаю все… что ты захочешь, чтобы… я сделала.

Он приподнял пальцем ее подбородок.

— Это правда?

Он не поцеловал ее, как она ожидала.

— Ты уверена, что обойдешься без компании некрасивых подружек невесты, которые будут завистливо брести за тобой, и без огромного неудобоваримого свадебного торта? Что не услышишь, как я произношу дурацкую, неловкую речь?

Все это он сказал так забавно, что Лоретта засмеялась и ответила:

— Нет… я не вынесла бы! Увези меня, пожалуйста… увези меня.

— Отлично! — согласился он. — Мы убежим, и никакие интриги наших отцов нам не помешают.

— Они… постараются… помешать нам. Лоретта даже вздрогнула, представив, в какое бешенство придет ее отец.

— Предоставь все мне, — приказал Фабиан. — По правилам я должен бы похитить тебя нынче же вечером, что причинило бы массу неудобств, или же мы можем уехать завтра рано утром, что будет куда приятнее, и еще до вечера окажемся в моем нормандском замке.

Помолчав, он добавил:

— Там нас обвенчает мой капеллан, и никто нам не помешает.

— Ах, это было бы… чудесно!

— Ты уверена, ты совершенно уверена, что хочешь, чтобы было так?

— Я хочу только, — ответила Лоретта, — чтобы… ты любил меня и… даже если мне… как будут предсказывать все, узнав о нашем браке… суждено лишь краткое время с тобой… это будет лучше… целой жизни тоски и скуки… с… кем-нибудь другим!

Она понимала, что поддразнивает его, но глаза Фабиана только весело блеснули, и он ответил:

— На нашей брильянтовой свадьбе ты сознаешься, как глубоко ошибалась! Я могу сказать лишь одно, мое сокровище: тебе будет крайне трудно избавиться от меня. Ведь лишиться тебя мне столь же невозможно, как потерять половину своего тела и остаться в живых.

Последние его слова прозвучали так серьезно, что Лоретта прильнула к нему и обвила руками его шею.

— Увези меня… пожалуйста, увези… меня, — умоляюще сказала она. — Я… так боюсь, что мне… снится… чудесный сон и меня… разбудят.

— И я правда возлюбленный твоих грез?

— Ты знаешь сам. Ты… все, о чем я когда-либо… мечтала… но только… бесконечно… бесконечно лучше… у меня нет слов выразить, каким… каким чудесным… ты мне кажешься.

Фабиан засмеялся, а потом сказал:

— Я бы хотел, чтобы ты попыталась, но теперь, сокровище мое, я хочу, чтобы ты вернулась в дом, упаковала все, что хочешь взять с собой, и была бы готова завтра к семи утра, когда я заеду за тобой, если это не слишком рано.

— В семь я обычно уезжаю на верховую прогулку.

— В Нормандии у нас будет много таких прогулок.

— Я слышала, что твои лошади великолепны.

— В твоем распоряжении будут лучшие из них, и надеюсь только, что они тебя не разочаруют.

— Меня теперь… ничто не может… разочаровать, — сказала Лоретта. — Ах, Фабиан, неужели… правда, что я могу стать твоей женой?

— Без таинственного мужа, притаившегося где-то за кулисами, это будет совсем просто.

Он уже вел ее через лужайку, а когда они подошли к арке между тисами, остановился и сказал:

— Тут я поцелую тебя на прощание.

— Ты не… хочешь… остановиться здесь… в доме?

— Мне кажется, это было бы ошибкой, и хотя, пожалуй, будет лучше, если ты сообщишь своему отцу, за кого выходишь замуж… — Он помолчал и докончил с улыбкой: — Моего я оставлю в сомнениях. Я люблю его, но он упрямо отказывается признавать, что я давно уже взрослый и могу распоряжаться своей жизнью, как считаю нужным.

Лоретта огорченно вскрикнула:

— Мы не должны начинать нашу… жизнь вместе… с недоброго поступка! Я… счастлива так, что хочу, чтобы весь мир… был счастлив!

— Ты права, радость моя! И мы будем стараться приносить счастье всем, кому сможем, хотя я совершенно убежден, что никто не способен быть счастливее, чем я сейчас!

— Ты правда… любишь меня? — спросила Лоретта. — То, что я… убежала… от тебя… не заставило тебя… измениться?

— Только вынудило меня под пыткой признаться себе в том, что я уже знал, — что я не могу жить без тебя. Ты моя, моя целиком, и все мое счастье зависит от тебя.