Танцуя на своем сердце
Шрифт:
– О, как мило с твоей стороны! – обрадовалась Альма. – Я тоже могу тебе помочь. Я зашью твое платье.
Оказав друг другу небольшие, но столь необходимые услуги, девушки продолжали собираться к обеду. Их появления в столовой ожидали давно, а поскольку красавицы предпочли перекусить в своем номере, то теперь решили спуститься вниз немного пораньше. Естественно, им хотелось выглядеть как можно лучше, чтобы поддержать безупречную репутацию английских танцоров. Джанет собралась первой.
– Я должна зайти за братом, пока он не успел улизнуть и подцепить еще какую-нибудь девушку. – С этими словами девушка взяла свою вечернюю сумочку и направилась к двери.
Альма засмеялась:
– Мне никогда не приходится беспокоиться из-за этого с Майклом.
– Ты даже не представляешь, как тебе повезло, – вздохнула Джанет. – Я бы все отдала, чтобы иметь такого партнера, как Майкл. – Она махнула рукой и вышла из комнаты.
Под руку с Майклом Альма вошла столовую. Восхищенные взгляды гостей немедленно устремились на девушку в светло-зеленом платье из тайского шелка, отчего ее волосы выглядели несколько темнее, а кожа – более загорелой. Ее изящно подведенные карие глаза с зелеными крапинками весело посматривали на окружающих. Она прекрасно осознавала, что в эту минуту выглядит великолепно, и ей очень нравилось купаться в восторженных взглядах поклонников.
Бриджесы уже приступили к ужину; они сидели за столом у окна, выходящего на веранду.
– Давай сядем одни. – Майкл слегка сжал руку Альмы. – Побудем немного наедине.
Альма заулыбалась от удовольствия и позволила подвести себя к столику на двоих, украшенному изящной цветочной композицией. Но только они собрались за него присесть, появился официант и жестом показал, что они не могут занять эти места. Он говорил по-немецки и, увидев, что молодые люди не поняли его, бросился разыскивать старшего официанта.
– В чем дело? Was gibt es? – спросил Майкл и услышал в ответ целый водопад объяснений на немецком, который для него оказался слишком быстрым.
– Я могу чем-то помочь? – раздался голос сзади.
Альма обернулась и увидела того самого светловолосого молодого человека, который поклонился ей в гостиной.
– Да, пожалуйста, – обратился к нему Майкл. – Есть какая-то причина, почему мы не можем здесь сидеть.
Официант быстро-быстро заморгал и четко изложил суть дела незнакомцу.
– Entschuldigen Sie mir, [1] герр Мувендал, – закончил он.
1
Извините меня (нем.).
Мувендал кивнул и перевел его речь на английский. Он говорил с чуть заметным симпатичным акцентом.
– Официант просит прощения, что не говорит по-английски. Он только начал изучать язык и сейчас просто не в состоянии объяснить, что происходит. Разумеется, на стол следовало поместить табличку «Занято», но он забыл. Этот стол для… – Молодой человек заколебался. – Думаю, по-английски это «майор». Глава городского совета.
– Мэр, – вежливо поправила его Альма.
– Да, конечно. Спасибо. «Майор» – это чин в армии. Мэр и его жена придут посмотреть, как вы танцуете. И это их столик.
– О, разумеется. Я понимаю. – Майкл выглядел польщенным. – Не спросите ли вы у него, где в таком случае можно сесть нам?
– О, прошу вас… я приглашаю вас за мой стол. Мне будет очень приятно. Кстати, меня зовут Дитер Мувендал. Мне не нужно спрашивать, как зовут вас, мистер Джефферсон, и вас, мисс Крейги. Я большой поклонник вашего таланта.
– Спасибо, – ответил Майкл. – Вы очень любезны. Но нам нужно побыть одним, если вы не возражаете. Немного спокойствия и тишины перед соревнованиями просто необходимы.
– О… Простите. Мне следовало догадаться. – На прощание герр Мувендал слегка поклонился и что-то сказал официанту.
– Не очень вежливо получилось, – заметила Альма, когда они устроились за другим столом. – Он просто пытался быть любезным.
– Это ты так думаешь! Я видел, как он на тебя пялился, когда мы только приехали. Но в любом случае из-за того, что он подбежал и вмешался, мы не обязаны принимать его предложение.
Альма рассмеялась. Порой ей не нравилось то, что Майкл всегда очень плохо говорил о людях, но, с другой стороны, он часто оказывался прав. Вполне вероятно, что и на этот раз Майкл не ошибся и Мувендал просто пытался завязать с ней знакомство.
Девушка вновь улыбнулась. Что ж, это очень приятно, когда такой красивый викинг интересуется ею.
Еда оказалась так же превосходна, как и блюда, что они попробовали за ленчем. Но Альма и Майкл поели совсем чуть-чуть и выпили немного соку. Ведь вскоре им предстояло участвовать в состязаниях. После обеда молодые люди вернулись в танцевальный зал, чтобы разогреться перед выступлением. Танцы для публики все еще продолжались – под музыку небольшого оркестра, расположившегося на возвышении. Пары из Дании и Бриджесы были уже на месте. К ним присоединились и дуэты из Германии, намеревавшиеся также принять участие в соревнованиях.
Вскоре в зале появился мэр с женой – седоволосая пара, которая исключительно хорошо танцевала. Менеджер представил им английских и датских танцоров, но Альма не запомнила их имен и обращалась к мэру, как и все остальные, – «герр бюргермейстер». Он пригласил Альму на танец и старался быть достойным кавалером, но девушке это не доставило удовольствия. Партнеры в бальных танцах настолько привыкали друг к другу, что не находили приятным танцевать с кем-то еще. С этим парадоксом они сталкивалась всегда, как только девушка и молодой человек превращали танец в профессию.
Затем Альма танцевала с Майклом. Потом, как только они вернулись на свое место, к ним подошли мэр и герр Мувендал.
– Моя дорогая фрейлейн Крейги. Вот мой юный друг, который жаждет пригласить вас на танец. Не удостоите ли вы его такой чести?
Девушка почувствовала, как Майкл застыл на месте, и уже собралась вежливо отказаться от предложения. Но вмешалась жена мэра. Она положила свою пухлую руку ей на плечо и сказала:
– О, пожалуйста, дорогая, скажите «да». Бедняжка Дитер не посмел сам попросить вас об этом. Он не танцует так же хорошо, как герр Джефферсон, но я объяснила ему, что вы будете к нему снисходительны.
Альма не могла устоять перед такой вежливой просьбой. Она взяла Дитера за руку, несмотря на мрачное выражение лица Майкла, и они направились к танцевальной площадке.
– Спасибо, – просто сказал он и положил руку девушке на талию.
Оркестр заиграл румбу. Этот танец Альма не очень любила. Причина крылась в том, что он получался у них с Майклом хуже всего. Но сейчас, к своему удивлению, Альма обнаружила, что испытывает огромное удовольствие от этой латиноамериканской мелодии. Дитер вел ее решительно, но нежно. Во время очередного поворота девушке вдруг показалось, что она танцевала с ним уже много лет.