Чтение онлайн

Я по-новому взглянула на образ Шаэрриана Стэн Акатоши во всей этой истории. Властный, холодный, как Вечные Льды, взирающий на всех свысока… Ему вовсе не чужды чувства, более того, он дружил с папой, защищал и отстаивал его жизнь, даже рискуя своей репутацией. Почему же он так плохо ко мне отнесся? Потому, что я напомнила ему о прошлом? Или потому, что во мне нет ничего, достойного его уважения — слабый маг, человек? А может, дело в Шанти, он боится за сына? Наверное, все вместе взятое и еще что-то свое. Как бы он ни вел себя сейчас и в дальнейшем, я пойму его.

Не дай Высшие оказаться на его месте и выбирать между семьей и долгом. Причем в его случае, как бы он ни поступил, все равно окажется неправ. У меня нет права осуждать его. Может статься, и сама бы до последнего билась за свою правду, отстаивала свои взгляды. Из раздумий вывел тихий голос Шанти:

— Я чувствую внутри тебя борьбу, но в ней нет того, чего я боялся. Мой маленький лисенок, откуда в тебе столько силы?

— Силы? Шутишь? Против серьезного противника я слаба, как травинка в сравнении с крепким деревом.

— Не стоит себя недооценивать, и я сейчас не о грубой физической силе, которая, как правило, при отсутствии остальных важных составляющих победы, проигрывает в обычной схватке. Я о внутреннем стержне, о духовной составляющей и свете внутри. Все-таки Фредерик сумел что-то сделать, иначе я просто не понимаю, как объяснить то, что вижу, глядя на тебя.

— М? — улыбнулась. — Не боишься, что все окажется лишь плодом твоего воображения, ведь ты так сильно хочешь в это верить.

— Не боюсь, я уверен, что прав. Поиск следов окутанной тайной жизни бывшего Хранителя привел именно к тебе, родная. К порогу твоего дома. У Высших Сил весьма своеобразное чувство юмора.

— Что папа забрал из Долины? Почему Олиан так упорно преследовали его?

— Хороший вопрос, на который у меня нет ответа. Пока нет. Вернее, есть, и я его уже даже озвучивал, но, если вспомнишь, отец не принял мои слова всерьез.

Я озадаченно вспушила челку: в той огромной куче информации, что обрушилась на меня за сегодня, даже нападение скайларов отошло на второй план. Быстро выудить нужные воспоминания было затруднительно. Пока скрипела мыслями, Шанти ответил сам:

— Тебя. Он забрал тебя, не по форме, по содержанию. А потом долго прятал и защищал, да и перед смертью так и не раскрыл своей тайны.

Мы долго и молча смотрели друг другу в глаза. Что тут скажешь? Да ничего. Чем невероятнее теория, тем сложнее проникнуться ею и тем заманчивее выглядит разгадка.

— Давай спать, — вдруг предложил любимый. — Нам обоим требуется отдых. Завтра вернется Шаэна, очень надеюсь, она сумеет приготовить лекарство. То, как от тебя отделялась душа, было очень похоже на гибель маленького сильфида, еще слабого и неокрепшего. Она не сказала вслух, но я понял, что у нее много вопросов. Подозреваю, за ответами она пойдет к отцу.

Я кивнула. Отдохнуть действительно следовало, если продолжу думать, то голова взорвется. Только вот…

— Я буду спать здесь?

Губы Шанти тронула усталая улыбка.

— Что-то смущает? Мне бы хотелось быть рядом с тобой.

От этих слов в груди словно фонарик зажегся, сердце наполнилось теплом и нежностью. Как бы мне хотелось просто быть с ним, вне границ, нарисованных окружающим миром.

— Не смущает, просто… хм, твои родители.

Тихий смех любимого застиг врасплох.

— Вот тебе моя рубашка, ванная справа по коридору. И я тебя умоляю, хотя бы о моих родителях сегодня не беспокойся.

Легкое прикосновение ветерка скользнуло по щеке, пощекотало волосами плечо, я приоткрыла глаз и улыбнулась. Яркие солнечные лучи озаряли просторную светлую комнату, над головой простиралось пронзительно голубое небо, по которому проплывали пушистые, словно ватные, облака. Легкие занавески колыхались, бросая причудливые тени на стену. Мне было тепло и уютно под боком любимого дракошки. Второе утро, когда я просыпаюсь рядом. Снова убедилась, что нет на свете ничего правильнее, чем, открывая глаза, видеть его рыжую встрепанную шевелюру и лишенные налета переживаний черты лица.

Позволила себе понежиться еще немного, наслаждаясь моментом. Затем осторожно, чтобы не разбудить Шанти, выбралась из-под одеяла и спустила ноги на прохладный пол. Моя личная порция счастья, как и в прошлый раз, спала, забавно вывернув руку: видимо, крылья — это состояние души, с ними рождаешься, это течет в крови. Именно такие ассоциации сложенного крыла возникали у меня, когда я смотрела на руку дракоши. Второй он, кстати, цепко держался за меня, пришлось постараться, чтобы выскользнуть, не потревожив его сон. Шанти скорчил умильную рожицу, не желая расставаться с добычей, но в конечном итоге мой маневр удался.

Здорово было засыпать вместе в качестве пары и без той горы недомолвок и недопонимания, которая давила на нас в прошлый раз. Мы лежали, обнявшись, и молча смотрели на звезды, все остальное казалось совершенно неважным. И зря я волновалась о том, как это будет. Мы оба настолько устали и физически, и душевно, что даже мыслей о чем-то, кроме сна, не возникало. Достаточно было просто слышать дыхание любимого рядом. Тем более с моим-то бесконечно рассудительным дракошей, контролирующим все и вся, и себя в первую очередь. В его легких прикосновениях не прослеживалось и намека на действия, от которых сон от меня точно бы улетучился. Такая восхитительная близость на каком-то ином, не физическом уровне. Как ему это удавалось, я не постигала, но и изменить что-либо не стремилась.

Сейчас, когда страх потерять его исчез, испарилась и моя решимость. Я испытывала неловкость за свое поведение в Подземном Царстве. Сама не ожидала, что смогу, не стесняясь, столь откровенно провоцировать Шанти, но и ни о чем не жалела. Окончательное сближение с любимым по-прежнему не вызывало стеснения и казалось абсолютно естественным, как дышать, улыбаться или испытывать чувство голода. Просто теперь пришло спокойствие и уверенность: все должно идти своим чередом. И если Шанти не предпринимает попыток к единению, значит, у него есть на то основания. Пусть пройдет столько времени, сколько понадобится, лишь бы его демоны договорились между собой. Я доверяла ему и не сомневалась в разумности подобного выбора, даже если и не знала причин. Вскоре сон стер любые мысли, окутав мягкой дымкой забвения.

Следуя по дорожке из солнечных бликов, я бесшумно выскользнула в коридор. Несмотря на вновь появившуюся слабость в теле, хотелось кружиться и петь. Петь я, конечно, не стала, а вот отказать себе в подобии танца не смогла. От улыбки уже сводило щеки, наверное, со стороны я выглядела глупо. Босая, в рубашке до середины бедра и, что-то подсказывало, с лихорадочно блестящими глазами я переставляла ноги, вспоминая любимый танец из снов. Увлекшись, пропустила страшный момент, когда оказалась уже не одна и буквально нос к носу столкнулась с главой Старейшин.