Чтение онлайн

Наконец, Инга чуть отстранилась и сказала, глядя мне в глаза с лукавой усмешкой:

— Хорошо! Я станцую для тебя.

Сползла с моих коленей, вырвав мученический стон с моих губ, перелезла через перила. Силовой барьер, обычно защищающих танцовщиц, был отключен, поэтому на сцену моя девочка забралась одним упругим движением.

Встала в начальную позу, а потом начала танцевать, запустив в моей голове знакомую мелодию. Плавный прогиб, и мое сердце замирает, серия резких движений вокруг собственной оси, и оно несется вскачь, вырываясь из груди. Любимая была прекрасна. Огненный цветок — изящный, тонкий и пламенный. В какой-то момент на ее ладонях появился настоящий живой огонь, заструился, оставляя за собой горящие в воздухе полосы. Магия послушными лентами изгибалась вслед за движениями ее пластичного тела, окутывая и разлетаясь, поднимаясь и опадая. Самое завораживающее зрелище из всех, что я видел. В этот момент любимая казалась богиней. Прекрасной и недосягаемой.

Я заставил себя сидеть и не двигаться. Исцеленное и согретое тело было полно сил и желания. Самого что ни на есть откровенного и сильного. Но моя нежная девочка заслуживает совсем другого — самого лучшего, самого яркого и самого запоминающегося первого раза.

Глава 23 Инга

Страшно мне не было, но волнительно ужасно. Я вспомнила как отрешена и спокойна была Эстэль в день своей свадьбы, и как меня это тогда удивляло. Так вот. Я оказалась самой что ни на есть типичной невестой — нервной, капризной и дерганной.

Подскочила в пять утра, прокралась на кухню и включила кофемашину, хотя обычно предпочитаю зеленый чай. На запах кофе неминуемо пришла совсем сонная мама, и тут же проснувшийся без нее папа. Последний был абсолютно спокоен. Как удав. Или как ворон. Старые знакомые отца называли его именно так. За ум и непоколебимое спокойствие. Вот и сейчас, папа как ни в чем ни бывало достал сковородку и начал готовить на всех завтрак. Также, как он это делал весь последний месяц, который я прожила в доме родителей. Подумаешь, замуж выходит единственная дочь! Вовсе не повод менять привычки. Мама, конечно, переживала. Иначе не подскочила бы вслед за мной ни свет ни заря.

Залпом выпила кофе, щедро разбавленный молоком, перехватила французские гренки и подскочила, не зная, а что собственно делать дальше. Парикмахер приедет только в одиннадцать, визажист еще через два часа. А сейчас нет и шести, хотя за окном вовсю светит июньское солнце. Господи, чем себя занять на целых пять часов?

Брас задрожал от входящего звонка. Мэтт. Крикнула, что скоро вернусь и унеслась в свою комнату.

— Доброе утро, Ириска, — голос Мэтта был такой мурчащий, такой нежный, а сам он бессовестно красивый. Особенно, когда так улыбается.

— Если ты кому-нибудь будешь так улыбаться, кроме меня — укушу! — буркнула я и сердито нахмурилась, когда он расхохотался.

Не заметила сама, как тоже начала улыбаться, а потом и хихикать.

— Нервничаешь, — сказал он утвердительно.

— А ты нет?

— Еще как! Ты столько раз от меня сбегала, что только усилие воли заставляет меня не дежурить под окнами.

Я благодарно улыбнулась. В детстве Мэтту всегда удавалось поднять мне настроение. К счастью, ничего с тех пор не изменилось.

— Чем занимаешься? — спросила я уже благодушно.

— Представляю наш вечер. Ту часть, в которой мы, наконец, останемся вдвоем.

Я густо покраснела, поняв, о чем он. И не стала признаваться, что тоже жду этого момента с трепетом и легким страхом. Наши поцелуи и ласки в последнее время стали запредельно острыми, едва ли не болезненными. Я видела, как тяжело любимому держать все под контролем. Иногда сдерживать приходилось именно меня. Признаться честно, я искренне не понимала, почему в наш просвещённый век мы должны ждать до свадьбы, но Мэтт был твердо убежден, что так нужно. Соглашалась, чтобы не выглядеть озабоченной нимфеткой.

— Эй, Ириска, не молчи. Расскажи, чем занимаешься сама.

— Жду парикмахера.

— Ты, вроде бы, сказала, что она придет в одиннадцать? — осторожно уточнил любимый.

— Так и есть, — вздохнула я.

— Одевайся, — решительно скомандовал мой жених, — буду через десять минут.

— Эээ, — начала я неуверенно, но по фону на видео уже видела, что Мэтт вышел на улицу.

Быстро нацепила летний сарафан, скатилась по лестнице, заскочила на кухню, где мама практически дремала с чашкой в руке, чмокнула обоих родителей, и, прокричав уже из входного холла, что буду через пару часов, выскочила за дверь. День будет жарким. Я накинула льняной пиджачок поверх легкого голубого сарафана, но понимала, что скорее всего, он мне не пригодится.

Услышала шум двигателя буквально через минуту и вышла за калитку — встречать. Мэтт вышел из машины. Потрясающий, невероятно харизматичный мужчина с повадками крупного хищника. Боги, неужели он мой?

В два крупных шага колдун подошел ко мне и, подхватив за талию, приподнял, жадно целуя. Жар сразу разлился по телу до самых кончиков пальцев, очень захотелось скинуть пиджак и прижаться еще крепче к его сильному твердому телу. Местами слишком твердому, но от этого становилось только жарче.

Несколько минут страстных поцелуев, и я обнаруживаю себя прижатой к дверце машины, обхватившей любимого ногами. Сарафан, естественно, задрался до самых бедер, обнажив голые ноги. И это практически во дворе у родителей. Я, конечно, понимаю, что взрослая женщина, и все такое, но все равно как-то не по себе.

Мэтт почувствовал заминку и сразу остановился, чуть отстранившись. Сползла с него, оправила подол и смущенно улыбнулась:

— Куда мы едем?

— Сюрприз, Ириска. Садись.

По дороге я гадала, куда можно ехать в такое раннее утро, и на ум ничего не приходило. Мэтт на мои расспросы только загадочно улыбался и уверял, что мне понравится.

И мы приехали в крытый аквапарк. Когда я посмотрела на любимого с плохо скрываемым недоумением, он снова рассмеялся:

— Да ладно, Ириска, неужели ты разлюбила горки?

— Нет, но, Мэтт, у меня нет купальника, это раз, и у нас свадьба сегодня, ты не забыл?

— Купальник я взял с собой.

— Откуда у тебя дома женский купальник? — прищурила я глаза.

А он снова развеселился. Чувствую, до вечера этот самоубийца не доживет.

— У меня есть все для тебя, Ириска. Ты еще не видела белье, — лукаво улыбнулся Мэтт, и я не смогла сдержать свою улыбку. Так часто как с ним, я не улыбалась никогда.

Аквапарк был открыт только для нас. В десять придет персонал, но до этого момента мы были предоставлены сами себе. Купальник оказался неожиданно закрытым, но вся равно, любимый не спускал с меня глаз, и практически не отрывал рук. Мы не рискнули включать бани, согреваясь поцелуями, объятиями и адреналином. Время пролетело совершенно незаметно, я едва успела переодеться и подсушить волосы, как приехала администратор, которой Мэтт вернул ключи.

За десять минут между звонком и приездом ко мне, он забрать их не мог, получается, что продумал все заранее, а обставил как спонтанное решение. Но моего настроения это нисколько не ухудшило. Даже наоборот. Я только порадовалась, что Мэтт так тонко меня понимает. Теперь я чувствовала себя спокойной, отдохнувшей и готовой ко всему. Даже к свадьбе!