Чтение онлайн

— Ты называешь смерть своих братьев везением? То, что случилось — истинная трагедия. Утром я говорил с Леаной, потом с Мари и наконец с детьми Мириан. Они разбиты, Безелик. Беспрестанно молятся — так тихо, что даже Боги их не услышат.

— Богам стоило бы прислушаться раньше, — голос Безелика был бесстрастен и пуст, словно сыплющийся песок. — И послать предупреждение в одной из своих песен.

— Из твоих уст льётся яд, сын. — печально отозвался жрец. — И мне остаётся лишь надеяться, что ты ограничиваешься в своей ереси словами, но не действием. Я люблю тебя всем сердцем, как и каждого из моих детей, надеюсь, ты знаешь это. Но я никому не прощу непослушание.

— Это предостережение? — судя по влажному, причмокивающему звуку, Безелик облизнулся. — Или обвинение? Зачем мы здесь?

— Ничто не утешит семьи погибших. Но, может быть, получив ответы, им станет хоть немного легче.

— Ответы? — Безелик невесело усмехнулся. — Я скажу тебе, что принесёт им утешение. Несколько трупов солдат с Иль’Тарта, развешанные на кольях вокруг лагеря. Или солдат Иль’Пхора, которые это позволили. Никогда раньше эти ублюдки не допускали бойни, пока острова находятся в облаках. И никто не мог это предвидеть.

— Я тоже был уверен, что всё это лишь случайность, — голос жреца Аурендина вобрал в себя новые оттенки печали, становясь отрешённым. — Был уверен, что ни у кого не было возможности что-то изменить и исправить. А затем я узнал, что возле восточных ворот не было стражи. Это заметил Лун и позвал напарника. И это стоило мальчугану жизни.

Повисла тягучая пауза, когда Астра могла слышать только своё сердце. Казалось, оно бьётся о грудную клетку, словно язык о стенки колокола. И Астра уже решила, что она себя выдала. Однако затем разговор продолжился.

— Я говорил с Мэттью и Жеромом, Безелик. И они рассказали, что именно ты попросил их покинуть восточные ворота и занять места на севере. Укрепил этот вход прямо перед тем, как ушёл на тренировку за пределы лагеря.

Ещё одна пауза — короче, но гнетущей прошлой. А затем Безелик вздохнул.

— Прости, — сказал он. — Я знаю, что в гибели людей есть и моя вина. Я, бездна побери, прекрасно это знаю.

— Мне не нужны напускные раскаяния, — сурово ответил верховный жрец. — Я хочу узнать, что случилось.

— Нечего рассказывать. Накануне нападения я был в городе. Услышал от нескольких рыбаков, что ночью они видели три боевых фрегата без флагов. Я предположил, что может начаться битва. И так как Иль’Прит находился в облаках, — порт с цепными подъёмниками был единственным местом, откуда могли напасть солдаты с Иль’Тарта. Так что я распорядился укрепить ближайшие к порту ворота лагеря. Но солдаты пришли с другой стороны.

— Ты ведь служил с Жеромом почти восемь лет в разведывательном отряде. — Это был не вопрос. Скорее утверждение, ледяное, как укол клинка.

— Да. Потому он меня и послушал.

— Послушал и покинул свой пост? Настолько доверился твоим сведениям? Вместе с напарником, при этом оставив один из входов в лагерь полностью без защиты? Он ведь не так глуп, Безелик. И я тоже. Знаешь, как эта ситуация видится мне? Ты не хотел укрепить северные ворота. Ты хотел ослабить восточные. Ты и Жером. А может быть, и Мэттью тоже. Сегодня я говорил с Фером, стражником у северных ворот. Он действительно видел Жерома и Мэттью. Однако Жером пришёл к нему перед самым нападением, если не позже. И знаешь, что ещё он вспомнил? Он клялся мне, что перед этим почувствовал запах дыма. Запах дыма за некоторое время до того, как пришли солдаты Иль’Тарта.

— Что ж, — отчётливо произнёс Безелик. — К тому моменту, как солдаты напали на лагерь, они уже успели поджечь несколько лесопилок по пути из порта. Ну... Или у старика Фера просто разыгралось воображение.

— Боги, Без! — почти закричал жрец Аурендин, заставив Астру вздрогнуть. Ни разу ещё ей не доводилось слышать от него столь ярких чувств. Столь явную потерю контроля. И это пугало даже больше смысла его обвинений. — Сперва пропали несколько наших разведчиков! Потом этот пожар! А теперь твои исчезновения! Сайнир волнуется за тебя!

— Исчезновения? — медленно повторил Безелик. — И откуда же она об этом узнала? Сайнир теперь следит за моими тренировками?

По спине Астры пробежал холодок. Голос Безелика стал таким жёстким и шершавым, словно он обращался лично к ней. Будто заметил её сквозь книжный стеллаж или... услышал её страх. Неужели... Неужели именно из-за её слов, сказанных Сайнир, жрец Аурендин теперь допрашивает Безелика?

— Безелик, я лишь хочу, чтобы ты всё рассказал мне, — настойчиво повторил Аурендин. — Только знания могут защитить наш лагерь.

— А ты, Аурендин? — огрызнулся Безелик. — Ты всё нам рассказываешь? Ты говоришь про исчезновения разведчиков. Но знают ли в лагере, что именно они ищут? Или, может быть, ты расскажешь всем, что делал Дайч, пока я был на Иль’Прите? И почему он вернулся вчера весь испачканный кровью? Ведь даже Сайнир не знает, где он был, не так ли? Так может быть, ей стоит последить за ним вместо того, чтобы мешать моим тренировкам? Или ещё за кем-то из твоих убийц?

— Ты... — Аурендин выдохнул, будто получил удар под дых. — Ты ведь знаешь, что все мои действия направлены только на защиту нашего лагеря.

— Что ж, — Безелик усмехнулся. — Мои тоже. Надеюсь, от этого тебе стало легче.

И после этих слов, Астра услышала, как ботинки Безелика шаркнули по ковру. Услышала, как легонько скрипнули от его шага половицы. И она, окоченевшая от страха и от необходимости контролировать своё дыхание и сердцебиение, готова уже была броситься бежать. Она отклеилась от стеллажа и почти выбежала в спасительный проход, как вдруг Безелик продолжил:

— Ещё кое-что, Аурендин. В этом году у меня нет учеников, которых я собираюсь выдвинуть на испытания.

Астра замерла, как вкопанная.

— Нет... Ни одного?

— Слабый помёт, — беззаботно отозвался он, и Астра вновь ощутила лёгкий укол гнева, сквозь напускную апатию. — Они не готовы. А кое с кем... Кое с кем, я думаю, мне и вовсе придётся расстаться.

— Ты говоришь об Астре?

— В том числе, да. Я слышал, её уже несколько раз выгоняли с занятий. На моих тренировках она тоже... весьма своевольна. Я не думаю, что из неё может выйти толк.

— Ты... Уверен? — спросил Аурендин как-то жалобно. — Я обещал её отцу...