Чтение онлайн

– Давно, значит, такого не видела, ага, - мрачно прошептала Ананда.

– Ему следовало принять лекарство по дороге, - мрачно отозвался Горм. – Ждите, сейчас подействуют пилюли Агны.

И действительно, тремор пропал, хрипы стихли, а когда минуту спустя Иоганн открыл глаза, во взгляде его не осталось ни капли безумия.

Он протяжно выдохнул и потянулся к бокалу, который тут же отставила Шутница.

– Ну уж нет, никакого алкоголя, ага? – поглядела она снизу вверх, грозя пальцем. – Даже не думай.

Иоганн слабо улыбнулся и поглядел на Горма.

– Доволен?

– Нет, - кивнул тот. – Глупое ребячество. Не нужно демонстрировать силу там, где она не требуется, я вам не враг.

– Тогда прими условия, - ухмыльнулся Иоганн.

И могущественнейший чародей, правящий целой страной, вдруг согнулся пополам в приступе дикого, неудержимого хохота!

Он плакал и стучал кулаком по столу, не в силах остановиться. Наконец, откинувшись на кресле, вытянул руку в сторону и меж пальцев его появилась изящная ручка.

Дочь тотчас же подсунула ему чистый лист, и маг книг быстро и сноровисто принялся испещрять его убористым почерком, затем размашисто подписался и протянул лист Иоганну.

Тот внимательно, точно и не было приступа, проверял каждую букву и, наконец, удовлетворённо кивнул.

– Аластар, - обратился он ко мне, - прошу тебя рассказать профессору Горму свою историю. Ввиду позднего часа прошу тебя не останавливаться на малозначительных мелочах и оглашать лишь самые важные сведения.

Намёк был прозрачней байкальской воды…

И теперь оставалось понять: доверяю ли я Иоганну настолько, чтобы без вопросов выполнять его требования? Готов ли я открыть свою страшную тайну? И поможет ли мне это?

Да. Доверяю. Да. Готов. И почти уверен, что да. Поможет.

И я, отпустив все мысли, страхи и тревоги, начал изливать душу.

– Я прибыл из другого мира. Фотини тоже. Но у неё все иначе. И мне нужны книги, в которых говорится, как создать портал, чтобы убраться отсюда куда подальше.

Глаза Горма округлились, лицо заострилось, он вытянулся вперёд, едва не затрясся.

– Рассказывай. Всё. И клянусь Морриган, вы не пожалеете!

Жажды знаний в этом голосе было столько же, сколько и безумного вожделения. Нет, с этим колдуном точно не всё в порядке. И хрен с ним, я выбор сделал, пойдём вперёд!

И я двинулся, рассказывая историю одного невезучего попаданца, опуская – как Иоганн и просил – некоторые моменты, сокращая и гоня повествование вперёд.

Пару раз нам меняли блюда, товарищи наелись до отвала, даже Иоганн успел немного прийти в себя, а я всё говорил, говорил и говорил.

Когда закончил, горло хрипело, словно у блэк-металлиста на концерте, а руки тряслись. Последние воспоминания выдались не очень приятными, их хотелось забыть.

Я налил ещё воды и залпом осушил бокал, после чего уставился на Горма.

Тот будто бы впал в транс. Золотистые, серебряные, бирюзовые полосы на его ладонях и лице светились ярко, искрясь, и их стало много, очень, очень много!

Чародей, точно заворожённый, глядя в одну точку, потянулся к блокноту и ручке и начал писать. Дико, неистово, точно от этого зависела его жизнь! Узоры вспыхивали символами на коже, перелетая с неё на бумагу, оседая пыльцой.

Одна страница, вторая, третья… Маг словно забыл о нашем присутствии, безумно заполняя листы блокнота и не думая больше ни о чём. Реалта поднялась, подошла к ближайшему шкафу и достала из него здоровенную кипу бумаги, которую переложила на книгу и аккуратно пододвинула её поближе. Горм даже не заметил этого, погрузившись в увлекательный мир творчества.

Лазуревокожая красавица очаровательно улыбнулась мне и сказала:

– Спасибо.

– За что?

– История захватила отца, я вижу это. А он давно уже не увлекался ничем.

– Это хорошо?

Очаровательности в улыбке стало ощутимо меньше.

– Для вас? Наверняка. Если, конечно, вы не испытываете острого желания вновь повстречаться с благородным Фаеланом.

Пришлось сдерживаться, чтобы не скрипеть зубами.

Как же меня это всё достало! Убегать, прятаться, пресмыкаться перед сильными мира сего, которым достаточно легкого мановения пальца, чтобы стереть меня с лица земли, и которым почему-то есть до меня дело.

Осточертело выпрашивать крупицы знаний, убивать ради грошей, трястись за свою шкуру, волноваться за товарищей, таиться в тени и видеть смерть, кровь и страдания.

Заколебало отвечать ударом на удар, показывать, что достоин жить, что моя доброта и человеколюбие – не слабость… Хотя сколько их осталось уже, этой доброты с человеколюбием? Не знаю и не хочу знать!

Но больше всего мне надоело жить надеждой, искать то, чего, может, и в природе нет, но что я обязан достать – способ убраться из Дамхейна куда подальше.

Чуча пискнул и, оказавшись на макушке, распластался, пустив волну ободряющих образов и мыслей, и я чуть заметно улыбнулся, почесав спинку зверю, после чего поглядел на товарищей. Все они усиленно делали вид, что ничего не знают, не понимают, и вообще – их тут нет. Предатели…

Впрочем, какая уже разница? У нас есть неделя неприкосновенности и свободный выход. А ещё – месяц без преследований. Королевские условия! Хватит ли моей истории ещё на что-нибудь? Очень даже может быть, что да. Вот сейчас и выясним это.

– Скажите, госпожа, - начал я, собираясь с духом, - ваш батюшка надолго, ну, так?

Я указал на лихорадочно пишущего мага, который и не думал останавливаться, работая, как заправский мастер бульварного чтива.

Этот вопрос заставил Реалту задуматься.

– Всё зависит от того, насколько ваша история распалила его вдохновение. Такие вещи сложно прогнозировать, но всё выглядит так, что минимум на пару суток, возможно – дольше.

– Из моего рассказа, наверное, можно понять, что я… имею некоторые виды на архивы Ойлеана.

Фиолетововолсая красавица звонко рассмеялась, и в голосе её я впервые услышал по-настоящему тёплые нотки.

– Не волнуйтесь. Я немного превышу свои полномочия и обеспечу доступ в библиотеки. Для тех же, кого подобное времяпрепровождение не интересует, придумаю что-нибудь ещё.