Чтение онлайн

От ссоры их спасло то, что заявился Альф.

– Привет, – сказал он, входя. – Ехал мимо и решил зайти к вам в гости. Как насчет того, чтобы отправиться всем вместе в кабак?

Он огляделся. От него не ускользнуло, что в воздухе висела напряженность. Свен выглядел растерянным и подавленным. Эва с ногами сидела в кресле и старательно тыкала окурком в пепельницу, хотя он давно уже был потушен.

Другой на месте Альфа понял бы, что пришел не вовремя, и поспешил бы ретироваться. Альф, однако, непринужденно уселся на подлокотнике кресла и стал рассказывать о поездке в Карелию, откуда только что вернулся один из знакомых байкеров. Несмотря на то, что Альф, как и Свен, прибыл в Стокгольм всего два часа назад, он уже успел разузнать все последние новости, случившиеся в его отсутствие.

Эва сидела, погруженная в свои мысли, но Альф пришел словно специально затем, чтобы помешать ей это делать. Он периодически выдергивал её из задумчивости, адресуя ей свой рассказ и тем самым требуя внимания.

– Нет, я никогда не была в Карелии, – ответила Эва хмуро, когда он её спросил, была ли она в тех краях. – Делать там нечего.

Зазвонил телефон. Свен снял трубку. Альф, подождав немного и по некоторым признакам определив, что тому предстоит не самый короткий разговор, обратился к Эве:

– Что-то ты неважно выглядишь.

– Спасибо, – по-прежнему хмуро ответила она. – Обожаю такие комплименты. Каждый день бы слушала.

– Курила много? – продолжал Альф, не обращая внимания на её колкость.

– Курила. Полпачки в день.

– Ого! Ну, знаешь, ты должна послать всех этих жалких людишек подальше, – заявил Альф.

– Я и послала, – невесело усмехнулась Эва.

– Плохо послала. Так, что получилось, что они вроде как победили. А нужно назло всем знать и никогда не забывать, что ты – королева, и пусть они хоть треснут от злобы, но это так.

– Постой, откуда ты всё знаешь? Я даже Свену… Тебе кто-нибудь из девчонок рассказал?

Эва имела в виду своих сокурсниц. Недавно она узнала, что пока Анне-Лиза приставала к ней с просьбой познакомить её с Альфом, сам Альф познакомился с двумя другими её сокурсницами, Ирмой и Эльзой. Он привозил их на тусовки по очереди.

– По тебе видно: ты настроена проиграть, – ответил Альф.

Он всё сидел на ручке кресла, облокотившись на спинку. Свен продолжал разговаривать по телефону. Вид у него был скучный. Он не столько говорил, сколько слушал, что говорят ему.

– Пойдем на балкон, – предложил Альф. – Это его мама звонит. Это надолго.

Они вышли на балкон, оставив дверь в комнату приоткрытой. Эва закурила, Альф тоже.

– Почему ты сказал, что я настроена проиграть? – спросила Эва. – Я просто не хочу больше посещать факультатив. Я и не обязана. Актерское мастерство – не основная дисциплина. Я танцовщица. Я записалась просто из интереса.

– Пойми, ты же классная девчонка. Все это знают, и именно это и выводит их из себя. Поэтому они решили тебе досадить. Почему ты допускаешь, чтобы у них это получилось? Объясни мне.

– Понимаешь, сначала было всё нормально, – стала рассказывать Эва, – но потом эта…

Она запнулась, подыскивая слово.

– Старая стерва, – подсказал Альф.

– Она не такая уж и старая.

– Нет, старая.

– Ты же её не знаешь! Ей сорок пять лет, и она…

– Ну, я о чем и говорю! – засмеялся Альф. – Стареющая тетка с проблемами в личной жизни. Только такие и портят жизнь молодым красивым девчонкам. Давай, рассказывай дальше.

Эва улыбнулась. Альф действовал на неё хорошо, и она почувствовала себя значительно бодрее.

– Мы ставили спектакль. Вдруг она на меня взъелась, выставила меня на всеобщее обозрение, чуть ли не пальцем в меня тыкала, какая я, мол, бездельница; вот, полюбуйтесь все. И роль я не учу, и со шведским у меня плохо, а с английским совсем беда. Но я шведским занимаюсь всего семь месяцев! И потом, вы же все меня понимаете, и студенты в колледже тоже, и я вас понимаю. Никто из вас ни разу не сказал, что я говорю как…

– У тебя всё отлично, – перебил Альф. – Я только что-то не пойму: разве у тебя роль с монологами? Типа, Офелия, Джульетта, Дездемона?

– Вот это да, – восхитилась Эва. – Ты знаешь Шекспира?

– А ты думала, что если я гонщик, то в голове у меня только шестеренки и машинное масло? – парировал Альф, смеясь. – Рассказывай дальше. Мне интересно про Джульетту.

– У меня две фразы и танец, – сказала Эва, тоже смеясь. – Это хореографический этюд на тему «Сна в летнюю ночь». Я танцую одну из фей.

– Твой шведский самое важное в этом танце, – кивнул Альф. – Без него никак. Дальше.

– С тех пор она ведет себя так, словно меня нет на репетициях. Теперь по большей части я просто сижу на стуле и смотрю, как остальные репетируют. Она ждет, когда я сама брошу ходить.

– Как её зовут?

– Миссис Уиггетс.

– Англичанка к тому же! Что она делает здесь?

– Она преподает в академии актерское мастерство.

– На шведском?

– Да. Она здесь давно живет. Она какая-то заслуженная…

– Заслуженная стерва, я понял. Надеюсь, ты не ревела из-за этой миссис Уиггетс?

С последними словами Альф слегка обнял Эву за плечи и заглянул ей в глаза.

– Нет, – ответила Эва.

Он продолжал испытующе разглядывать её лицо.

– Честное слово, – добавила Эва.

– Почему?

– Ну… – растерялась Эва и добавила: – А зачем?

Альф еще раз внимательно посмотрел на неё, затем неожиданно рассмеялся.

– Ты что? – удивилась Эва.

Он словно не слышал её вопроса, продолжал рассматривать её, а потом негромко сказал:

– Так, ничего.

Эва оглянулась в сторону комнаты. Свен всё еще сидел с телефонной трубкой возле уха, но смотрел на них с озадаченным видом. То ли он заметил действия Альфа, то ли разговор с мамой его так загрузил, понять было трудно.

– Знаешь, Лейф нам обоим предлагает перейти в кольцевые гонки, – сказал Альф.

– Да? Ничего об этом не знаю, – удивилась Эва. – Наверное, Свен просто не успел мне сказать. Он приехал, а тут я сижу, такая…

– …не в настроении, – подхватил Альф. – Ясно. В общем, как ты понимаешь, кольцо – это шикарно.

– Я понимаю, – сказала Эва.

Хотя она не особо разбиралась в видах мотоспорта, но что такое кольцевые гонки – знала, и они волновали её воображение. В них, на её взгляд, было больше кайфа, чем в мотокроссе. Это так красиво: гонки по шоссе, никакой грязи, никаких кочек – и напоминает их ночные заезды.