Чтение онлайн

Ривиэль, поднявшись, нежно улыбнулся и посмотрел на меня своими масляными глазами цвета первой листвы… в моем мире, так как здесь растительность отличалась более агрессивными оттенками. Вот уж точно, как с гуся вода.

— Неудовлетворенная женщина — печальное зрелище! — притворно вздохнул он, и, — словно жалуясь, — склонил голову на плечо внешне равнодушному магу. — Пойдемте отсюда, пусть девица горюет в одиночестве…

И, послав мне воздушный поцелуй, поспешно ретировался за дверь: видимо, опасаясь еще одного подсвечника в спину. Незнакомые уваки выскочили следом за другом. Я с мольбой посмотрела на Роже. Но тот лишь высокомерно развернулся и спокойно пошел к выходу. Хлопнула дверь.

Обреченно вздохнув, я торопливо выскочила из-под одеяла. И тут же натолкнулась на весьма красноречивый взгляд Роже: он просто закрыл за цваками дверь, сам и не думая уходить. Ноги словно приросли к полу, пока анах бесцеремонно рассматривал мое тело. Через долгую минуту, он перевел взгляд на мое застывшее о смущения лицо и совершенно серьёзно произнес:

— Да, Ривиэль много потерял. В темноте ночи всех подробностей не разглядишь…

Я вспыхнула до корней волос и, метнув в бесстыдника подушкой, кинулась в сторону ванной.

Через десять минут: одетая и причесанная, но все еще донельзя смущенная, я резво взбежала по крутым ступенькам и вошла в комнату, в которой уже давно гудели голоса. При моем появлении воцарилось молчание. Ривиэль тут же вскочил, и, взяв меня под руку, бережно усадил подле себя. Я мельком взглянула на Роже. Лицо его ничего не выражало, взгляд был отрешен. Казалось, маг и не заметил, что я пришла.

Впрочем, лица у всех были донельзя серьезными, это уже были не те балагуры, что ввалились ко мне полчаса назад.

— Что-то случилось? — спросила я: голос внезапно стал хриплым.

— Война случилась, — тихо произнес Роже, и, посмотрев в глаза добавил: — Я хотел сказать сперва тебе, но немного отвлекся… Проклятье сработало до конца, охватив сразу всех цваков. Кроме тех, кто находился в радиусе десятка калонов отсюда, а также в Валраде. Этих защитила твоя магия.

Роже торжественно объявил, что фарс приказал мастеру, то есть — мне, исцелить пораженных заклятием. Сам же он присутствует здесь как магическая поддержка. Два новоприбывших цвака оказались из числа недавно исцеленных. Это брат Ривиэля и его друг. Их на помощь мастеру прислал тукан — видимо, в качестве живых щитов. Причем добровольных: мой поклонник клятвенно обещал ограждать меня своим горячим телом днем и ночью. Я уже устала отбиваться от настойчивых ухаживаний Ривиэля, и в ответ только нервно огрызалась.

Брат Ривиэля прочитал мне воодушевленную лекцию на тему, как он рад, что в их семье появится такой замечательный чужак как я. И хотя цваки обычно против подобных союзов, для мастера они с удовольствием сделают исключение. На слабые возражения, что, дескать, я и не собиралась пополнять их семью своей особой, никто не обратил ни малейшего внимания.

— Чтобы исцелить всех цваков, нам придется переместиться в самую гущу событий, — перебил спорящих анах. В надежде, я почти бегом бросилась к магу: чтобы переместить, ему придется обнять меня… Презрительно скорчившись, Роже отстранился и добавил: — Сперва пойду я, а затем вы — по магическому следу…

И исчез. Рассчитывая на некоторую ревность, я была просто в бешенстве от реакции анаха. Неужели установившаяся между нами в первую же встречу, такая волшебная потусторонняя связь была плодом моего неуемного воображения? Плечи поникли: внутри как будто что-то сгорело, стало пусто и тоскливо.

Цваки тем временем взялись за руки и встали вокруг меня. Слаженно запели, так хорошо, словно полжизни работали в церковном хоре. Мозг отказывался принимать информацию: хотя я понимала отдельные слова, смысл песни ускользал. Свет рождался внутри их тел и с каждым словом все увеличивал яркость, накрыв в конце и меня ярким облаком. Должно быть, это заклинание перемещения групп, если судить по эффекту.

Когда краски потускнели, я увидела, что мы оказались в каменном мешке с низким нависающим потолком. Было сыро, в нос ударил запах пожухлой травой и еле заметный кислый запах гниения. Из небольшой пещерки с сырыми камнями стен открывался вид на огромное поле, поросшее низкой багровой травой. Цваки тут же выскользнули наружу. Ривиэль объяснил, отвечая на мой немой вопрос, что они будут охранять подступы к нашему небольшому партизанскому отряду. Лагерь цваков, подвергнувшихся проклятию находился совсем рядом и он сам решил разузнать планы темной армии. Ривиэль торопливо чмокнул меня в нос и исчез вслед за товарищами.

Я же поежилась от промозглого холода, с дикой радостью набросившегося на оголенные плечи. Да и легкое платьишко не могло защитить тело от сырости, царившей на свежем воздухе. Ну вот, как всегда, экипировочка у мастера страдает. Конечно же, я привыкла к небольшим неудобствам: иногда выступать приходилось в совсем нереальных условиях, даже порой зимой на снегу, поэтому мы всегда глотали перед выходом какую-нибудь горячую гадость из аптеки, чтобы потом не загреметь в больницу с пневмонией. Здесь же подобных удобств не было, местные знахари могли бы предложить только отвар из здешних трав… хотя, кто знает — может статься, что такое лечение гораздо эффективнее.

Пока я, синея от холода, предавалась воспоминаниям, от природы синий Роже уже расчистил от мелких камней небольшую площадку и принялся устанавливать по кругу черные магические свечи. Полюбопытствовав зачем, я услышала в ответ, что сие действие необходимо для усиления моей ворожбы, чтобы уж точно покрыть как можно большую площадь мира. Я хотела было узнать, как он рассчитал диаметр нужного круга, но тут в пещерку ворвался пронырливый Ривиэль. Он бросил ироничный взгляд на ползающего по кругу на корячках Роже а затем торжественно сообщил мне, что наступление на анахов назначено на утро. И, весело подмигнув, тут же умчался обратно. Похоже, чокнутому цваку вполне по вкусу подобные приключения. Меня же стал бить озноб.

— Роже! Мне кажется, я не справлюсь. Я какая-то пустая, ничего не помню, не испытываю никаких эмоций. Во всяком случае, положительных, — я потянула анаха за капюшон, отвлекая от нелепого занятия: анах в который раз медленно обходил созданный круг, придирчиво рассматривая его и чуть поправляя антрацитовые свечи.

Похоже, я сорвалась на скулеж.

— Соберись, Кира! От тебя сейчас зависит не только твоя, но и моя судьба, — отмахнулся маг, не прерывая движения.

Я растерянно выпустила натянувшуюся ткань из рук и, вскинув голову, вопросительно посмотрела на него, недоумевая над последней фразой.

— В смысле? — сердце сладко замерло: вот сейчас он скажет, что хочет быть со мной…

Маг раздраженно передернул плечами: мол, зачем спрашивать про очевидные вещи! Потом, обреченно вздохнув, попытался объяснить:

— Еще неизвестно, что стоит за проклятием. Но маг, наславший его не мог не знать, что в результате анахи уничтожат цваков. Чем обернется моей расе эта война? Я верховный маг — несу ответственность за магическую силу анахов. Если мы проиграем сейчас, фарс убьет меня, а ты никогда не сможешь стать женой Ривиэля. Тукан никогда не примет чужака, а вот спасительницу всего рода цваков — с распростертыми объятиями. Ты должна сейчас думать только об этом, бери силы в своей любви. Это огромная сила, совершенная магия. У тебя все получится, я в тебя верю.