Танго алого мотылька. Трилогия
Шрифт:
Однако едва она продралась сквозь проверку документов и получила в руки единственный небольшой чемодан, который везла с собой, едва вышла из здания аэропорта и стала садиться в машину, которая должна была отвезти её в новую квартиру, как поняла, что водитель, сидящий за рулём, ей не знаком.
Кирстин подалась назад, чтобы уточнить у начальника охраны, как это понимать, но стоило ей двинуться, как за спиной застрекотал автомат.
Первым порывом было нырнуть в машину подальше от нависшей угрозы — автомобиль наверняка был непробиваем для пуль. Но после всего, что произошло с ней год назад, последнее, что сделала бы Кирстин — это села бы к незнакомому человеку в автомобиль.
Раньше, чем захлопнулась дверь, успевшая больно ударить её по ноге, Кирстин кубарем выкатилась прочь и прижалась к борту автомобиля снаружи.
Машина взвизгнула шинами и рванулась вперёд, оставляя её на растерзание бивших со всех сторон в асфальт пуль. Один из охранников тут же метнулся к ней, закрывая собой, а через полминуты всё уже было кончено, и звуки выстрелов стихли.
— Что за чёрт? — выдохнула Кирстин, от испуга крепче прижимаясь к прикрывшему её мужчине.
— Уже всё, — ответил тот. — Садитесь в автомобиль.
Только теперь Кирстин заметила, что уже другой мерседес тормозит около неё. На сей раз за рулём сидел Улле, которого она знала достаточно хорошо, и Кирстин с облегчением забралась в салон.
Рей, встречавший её в квартире, набросился на Кирстин с порога и принялся целовать.
— Что это было? — спросила Кирстин, прижимаясь к нему. Кровь стучала в висках, а сердце билось как бешеное, но Рей ничего не собирался отвечать.
Не давая Кирстин оглядеться по сторонам, он потащил её в спальню, раздевая на ходу.
— Рей, я вся в пыли! — рассмеялась Кирстин, тем не менее прогибаясь под каждым поцелуем, и Рей прекрасно видел, что она хочет продолжения не меньше его самого.
— Боишься, — прошептал он, опускаясь на колени и целуя её плоский живот, продвигаясь поцелуями вниз. Та выгнулась и издала протяжный вздох, но ответить не смогла.
Справившись с собой, Кирстин оторвала от себя любовника и толкнула на кровать, чтобы тут же оседлать его и потереться о его пах.
— Рей, можно я? — прошептала она.
Рей, не отвечая, подхватил её за ягодицы. Крепко стиснул и поддал бёдрами, толкаясь в неё.
Кирстин впилась поцелуем в его губы, перехватила пакетик с презервативом, взятый Реем с тумбочки и одним движением натянула на его член а потом рывком насадилась на него.
Перехватив ласкавшие её руки Рея она завела их высоко за голову мужчине.
Грудь Рея с силой вздымалась напротив её груди, он дышал так же шумно, как и Кирстин, когда та подхватила упавший рядом ремень и принялась приматывать запястья Рея к спинке кровати.
Рей чуть прикрыл глаза, чтобы видеть Кирстин и одновременно погрузиться в разливавшуюся по телу сладкую негу. Член горел и мучительно хотелось чтобы Кирстин подвигалась, но Рей лишь стискивал кулаки впиваясь ногтями в ладони, понимая, чего добивается Кирстин — ей нужна хотя бы толика контроля над ним и над собой.
Рей не заводил таких игр ни с кем очень давно. Он никому не доверял настолько, чтобы передать власть над собой. Тем более странным казалось ему собственное желание принадлежать этой девушке, наполнившей его жизнь собой.
Он успел забыть, запечатать в себе то чувство, которое теперь дарила ему Кирстин.
Рея унесло с первых же толчков. Он потерялся в плену обнимавших его рук и скользивших по плечам губ. Мысли исчезли напрочь, и только из тумана, затопившего комнату, время от времени выплывало красивое, будто выточенное из слоновой кости лицо Кирстин, её бирюзовые глаза, пристально и сосредоточенно смотревшие на него.
Рука Кирстин легла на его живот, бёдра задвигались быстрей.
Рей что-то шептал, но не слышал собственных слов — тянулся к ней всем телом, и тут же снова вытягивался на кровати, позволяя нежным рукам ласкать свои грудь и бока, пока набухающий в животе огненный шар не взорвался. Следом и Кирстин обмякла, падая на него.
— Успокоилась? — спросил Рей, тяжело дыша и наблюдая.
— Я не хочу чтобы ты выходил, — пожаловалась та, — когда мы так близко друг к другу мне так хорошо.
Рей позволил себя обнять и закрыл глаза. Он не знал, сколько времени прошло, но подозревал, что не более пяти секунд, прежде чем дверь распахнулась, и радостный голос Майкла колоколом ударил по мозгам:
— Это не Кагерт, Р…
Голос умолк, и наступила тишина.
Кирстин, сонная с дороги, чуть приподняла голову, непонимающим взглядом окинула Майкла, затем Рея.
Рей напрягся как струна и стиснул привязанные к кровати кулаки.
Девушка мгновенно бросилась снимать ремень, и уже через мгновение Рей прижимал её к себе обеими руками. Он смотрел на Майкла, и взгляд его пронзал того как копьё.
— Я зайду потом, — буркнул Майкл и хлопнул дверью так, что фотографии задрожали на стенах.
Когда Рей, отправив Кирстин разбирать вещи, всё-таки вышел к нему, Майкл был ощутимо зол.
Рей не испытывал беспокойства — хотя и был несколько смущён.
— Тебе следовало стучаться, — с порога переходя в атаку констатировал он.
— Ты делаешь это с ней. Ты доверяешь ей, — Майкл проигнорировал провокацию. Он отвернулся от окна и посмотрел на Рея в упор.
Рей закатил глаза.
— О да, капитан очевидность. Представь себе, я делаю «это» уже целый год. Для того я и взял её к себе в дом.
— Нет, Рей, — мягко произнёс Майкл и шагнул к нему, вклиниваясь в личное пространство и вызывая навязчивое желание отступить, — ты не просто трахаешь её. Ты позволяешь ей то, что не позволил бы никому. Ты отдаёшь ей власть над собой. Ты, блядь, чёртов мачо-мен, который ни одной задницы в агентстве не пропустил, спишь позволяешь этой девке связывать себя! — с каждым словом всё сильнее повышая голос, рявкнул он.
Рей молчал несколько секунд. Во взгляде его постепенно проступала насмешка.
— Что ж, — сказал он, — видимо, так. Но, по-моему, какие задницы я выбираю — касается только меня.
Майкл тяжело дышал. Сердце билось как бешеное.
— Она для тебя не просто «задница» Рей! — прошипел он.
Рей сморгнул, не сразу врубаясь, чего Майкл добивается от него. Потом наконец сообразил.
— Мне кажется, Майкл, или я говорил тебе об этом уже много, много раз? Поздравляю, до тебя наконец дошло.