Чтение онлайн

– Так, значит...
– Марго взяла бокал с шампанским, сделала глоток. Так вы не из-за меня поженились?

– Поженились мы из-за меня!
– В голосе Энн звучала гордость.
– Боже, мне до сих пор в голову не приходило, что ты можешь так думать!

– Ну а потом? Тебе ведь, наверное, было страшно тяжело! Ты была так молода, - попыталась объяснить Марго.
– В незнакомой стране, одна, да к тому же с маленьким ребенком на руках.

– Ты никогда не была для меня бременем, Марго. Иногда, конечно, бывало трудно, - добавила она с легкой усмешкой, - но бременем ты не была. И ошибкой юности - тоже. Так что выкинь эти мысли из головы. Мы должны были пожениться, Марго, потому что любили друг друга. Безумно, отчаянно любили! И ты - дитя этой любви.

– Мамочка, прости меня, пожалуйста! Мне очень жаль...

– Жаль? Да за четыре года я получила столько счастья, сколько другим женщинам за всю жизнь не выпадает!

– Но ты потеряла его...

– Потеряла. И ты тоже. Ты знала его так недолго, но он был отличным отцом. И, Боже мой, как же он тебя любил! Он часто смотрел на тебя спящую, а потом осторожно, словно боялся разбить, проводил пальцем по твоей щеке. И улыбался при этом во весь рот.
– Энн прижала руку к губам, потому что эта картина до сих пор стояла у нее перед глазами.
– Прости, что я раньше тебе об этом не рассказывала!

– Ничего.
– Дышать стало легче, но ужасно хотелось плакать.
– Хорошо, что ты рассказала мне об этом сейчас, мама.

Энн прикрыла глаза. Как только сердце может вмещать столько любви, радости и горя?!

– Он любил нас обеих, Марго. Он был очень хороший человек и добрый; и мечтал о том, как мы будем жить все вместе, как у нас будет много детей...
– Она вытащила из кармана платок и вытерла слезы.
– Глупо плакать об этом через двадцать пять лет.

– Не глупо!
– Для Марго все это было откровением, удивительным откровением. Если четверть века спустя есть еще горе, значит, была и любовь. Настоящая любовь!
– Просто, если тебе тяжело, мы можем об этом больше не говорить.

Но Энн покачала головой. Надо рассказать все до конца, это ее долг перед дочерью.

– Когда они вернулись той ночью... Боже мой, какой был шторм на море! И гроза. Молнии словно раскалывали небо надвое!
– Она открыла глаза и взглянула на дочь.
– Я сразу все поняла... Не хотела верить, но поняла, что его нет, еще до того, как они сказали об этом. Потому что внезапно что-то пропало. Вот тут, - Энн прижала ладонь к сердцу.
– Просто пропало. И я знала, что он забрал часть моей души с собой. Я не думала о том, смогу ли я без него жить. Я просто не хотела жить без него.

Энн стиснула пальцы. Ей было трудно говорить.

– Я была тогда на четвертом месяце.

– Ты...
– Марго больше не могла сдерживать слезы.
– Ты была беременна?!

– Я очень хотела родить Джонни сына. Он говорил, что это было бы здорово, тем более что лучшая в мире дочь у нас уже есть. Утром он поцеловал нас на прощание - тебя и меня, - а потом положил мне ладонь на живот. И улыбнулся. Ох, Марго, его не нашли, и я даже не смогла взглянуть на него напоследок! Той ночью я потеряла ребенка. И Джонни, и ребенка. У меня осталась только ты.

"Как можно было выдержать такое и жить дальше? И сколько же на это надо сил!" - думала Марго.

– Жаль, что я не знала всего этого.
– Она взяла руки матери в свои. Если бы я знала, мама... Я бы старалась быть лучше!

– Что за ерунда!
– Энн подумала, что все-таки не так все рассказывает.
– Я слишком мало сказала о том хорошем, что было у нас. Ведь я знала не только горе и печаль. Он столько лет был частью моей жизни! Увидела я его впервые, когда мне было шесть лет, а ему девять. Очень красивый мальчишка, Джонни Салливан! С дьявольским смехом и ангельскими глазами. И я сразу поняла, что мне нужен только он. Я делала все, чтобы он меня заметил.

– Ты?!
– изумилась Марго.
– Ты с ним кокетничала?

– Самым бессовестным образом! Когда мне исполнилось семнадцать, я сломила его окончательно и прямо-таки вырвала из него предложение руки и сердца!
– Энн усмехнулась, а потом вздохнула.
– Пойми меня и поверь мне, Марго. Я любила его безумно. Когда он погиб и погиб наш ребенок, я тоже хотела умереть. Но у меня была ты. Я была нужна тебе, а ты мне.

– Почему ты уехала из Ирландии? Там же была твоя семья. Они могли помочь тебе.

– Потому что я потеряла то, что надеялась сохранить навсегда. То, что я любила, то, о чем мечтала всю жизнь... Мне все было без него немило! И нужно было начинать новую жизнь. Совершенно новую.

– Ты боялась?

– Только смерти.
– Энн вдруг тоже захотелось шампанского; она взяла бокал Марго и отпила из него.
– Но у меня все получилось Так что, может быть, ты похожа на меня больше, чем мне казалось. Я всегда была к тебе несправедлива, Марго. И только недавно поняла это. Но я молилась за тебя! Ты была таким красивым ребенком, и ты знала, чего хочешь. Очень опасное сочетание. Я боялась любить тебя слишком сильно, потому что... потому что не хотела снова искушать Господа. И я скрывала от тебя свои чувства, потому что, если бы я потеряла и тебя, я не смогла бы больше жить.

– Мне всегда казалось...
– Марго замолчала, покачала головой.

– Договори. Не держи этого в себе.
– Мне казалось, что я недостаточно хороша для тебя.

– И в этом, наверное, моя вина.
– Энн уже не могла понять, почему они говорят по душам впервые за столько лет.
– Но дело было в другом. Я просто всегда боялась - тебя и за тебя. И очень огорчалась тому, что ты хочешь столь многого. Меня беспокоило то, что ты живешь в доме, где есть все, и это все принадлежит другим... Может быть, я до сих пор тебя не понимаю, но я люблю тебя! Наверное, мне надо было чаще говорить тебе об этом.

– Об этом нелегко говорить. Но я всегда знала, что ты меня любишь.

– Но ты не знала про то, как я горжусь тобой!
– вздохнула Энн. Наверное, об этом я не говорила тебе из гордыни. Мне было так приятно, когда твоя фотография впервые появилась на обложке журнала. И потом тоже...
– Она снова отхлебнула шампанского.
– Я все их храню.

– Ты хранишь мои фотографии?!
– изумилась Марго.

– Все до единой! Мастер Джош присылал их мне, и я наклеивала их в альбом. Вернее, в альбомы, - поправила она себя.
– Их так много набралось...
– Она взглянула на пустой бокал и странно усмехнулась. Наверное, я пьяная.

Марго встала, открыла холодильник, достала новую бутылку и налила матери еще.

– Так ты собирала мои фотографии в альбомы?

– И статьи тоже. Даже небольшие заметки. Правда, ими я гордилась не всегда. И знаешь, что я скажу? Мне кажется, мальчишка присылал мне не все! Самое худшее он скрывал от меня.

Марго поняла, что "мальчишка" - это Джош, и улыбнулась.

– Наверное, он щадил твои чувства.

– Нет, он всегда думал о тебе. Никогда не видела человека, влюбленного так сильно! Что ты за создание, Марго?! Неужели тебе, как когда-то твоей матери, удалось заполучить мужчину, от которого кружится голова и в постели, и после?
– Марго чуть не фыркнула, и Энн решила, что надо быть посдержаннее.
– Это все от вина. Грешно напиваться среди бела дня.