Чтение онлайн

— Лежи, убьют, — приказал Павел Михайлович.

— Ох, накроют нас, обязательно накроют, — слабо, через силу сказал Сотников и снова потерял сознание.

Около часа с неослабной силой длился обстрел.

На шоссе валялась изрешеченная осколками снарядов машина. Она-то и служила ориентиром для ведения немцами столь неточного огня. Но вот разрывы стали реже, снаряды ложились разбросанно. Затем обстрел прекратился. «Время», — решил Мугалев и подал сигнал шоферу. Все делалось с невероятной быстротой: рожью промчалась машина, уложили навалом раненых и ушли. Немцы засекли, куда направлялся автомобиль, и открыли огонь. Но они опоздали на считанные секунды. «Виллис» уже летел к спасительному рубежу. Мины и снаряды не настигали машину. На том месте, где она только что стояла, взметнулись черные клубы земли и дыма.

Спириденко осторожно привел «виллис» в медсанбат. Когда раненых осмотрели и оказали первую помощь, Мугалев спросил у врача:

— Как Сотников?

— С этим плохо, даже очень плохо. Боюсь, в полевых условиях мы не сможем его спасти.

148-й полк потерял своего отважного командира Сергея Ильича Сотникова. Ему было всего 23 года. Мугалев подумал, что нельзя, ограничиться принятыми мерами. Надо еще что-то сделать для спасения молодого офицера. Он попросил командование ввиду особой тяжести ранения отправить Сотникова самолетом в Москву. Командование удовлетворило эту просьбу.

В письме к жене, Нине Игнатьевне, в Москву Мугалев просил, чтобы она постаралась разыскать в госпиталях Сергея Сотникова и позаботилась о нем.

Находчивость конструктора не прошла незамеченной. Командование фронтом за успешное выполнение боевой задачи и проявленное мужество по спасению тяжелораненых бойцов и командира полка наградило Мугалева орденом боевого Красного Знамени, а шофер Александр Спириденко был удостоен ордена Красной Звезды.

Через несколько дней Мугалева вызвали в Москву, в Главное автобронетанковое управление. Решив все служебные дела, он поехал к Сотникову. Нина Игнатьевна нашла его в Яузской больнице. Положение раненого было тяжелым, даже безнадежным. Павел Михайлович предпринял все возможное, чтобы спасти своего боевого товарища. Он обратился за помощью к маршалу Федоренко. И почти умирающего офицера перевезли на Арбат, в Центральный военный госпиталь. На протяжении шести месяцев лучшие врачи бились над спасением его жизни и победили. Они вернули Сотникова в строй.

Тем временем подразделения 148-го полка успешно форсировали Неман и в составе передовых частей армии участвовали в прорыве неманской оборонительной полосы противника, огнем и тралами прокладывая путь к победе.

…Войска 1-го Белорусского фронта, непрерывно преследуя противника, вышли на направление Минск, Барановичи, Слоним, Брест, Ковель, Лунинец, Бобруйск. Здесь в составе войск ударной группировки действовал первенец тральных полков — 166-й Киевский краснознаменный. Подразделения полка участвовали в боях в районе юго-западнее Жлобина, западнее города Ковель, по расширению плацдарма на западном берегу реки Нарев.

Когда минные тральщики вышли к рубежу обороны противника, проходившему западнее Ковеля, в районе Парыдубы — Торговивш, экипажам сообщили данные разведки: здесь пролегала сильно развитая система траншей и ходов сообщения, плотно прикрытая минными полями как на переднем крае, так и в глубине обороны. Сидя в долговременных огневых точках, защищенных с востока противотанковыми заграждениями, железобетонными «зубами дракона», минными полями, противник надеялся остановить продвижение советских войск.

Танки-тральщики 166-го полка участвовали в боях поротно в составе 4-го и 28-го стрелковых корпусов 8-й гвардейской армии под командованием генерал-полковника Василия Ивановича Чуйкова.

После артподготовки и по достижении пехотой первых траншей противника тральщики пошли в атаку, оставляя за собой восемь сплошных проходов в полосе каждого корпуса, углубившись на пять километров в оборону противника.

Здесь впервые в виде опыта Мугалев предложил придать полку тральщиков саперный батальон. Идя вслед линейным танкам, по узким колеям тралов, саперы быстро расширяли обозначенные тральщиками проходы в минных полях до десяти метров. Этим они обеспечивали бесперебойное продвижение моторизованной пехоты и колесных машин. Результаты оказались успешными — более 50 противотанковых и до 100 противопехотных мин подорвались на первых же километрах пути. Тральщики и саперы потерь не имели.

Танк-тральщик идет по минному полю.

Начальник инженерных войск 8-й гвардейской армии полковник В. М. Ткаченко 30 августа 1944 года доносил:

«При правильном сочетании действий тральщиков с поддерживающими их линейными танками и саперами они представляют собой мощное средство при прорыве оборонительных полос противника.

Кроме того, движущийся по минам тральщик оказывает большое моральное воздействие на наши войска, повышая их наступательный порыв, и деморализует обороняющегося врага».

166-му полку предстояло пройти весь путь в составе прославленной 8-й гвардейской армии до самого Берлина. Личный состав полка гордился возложенной на него почетной задачей.

В боях за освобождение Польши мужество и храбрость показали многие бойцы и командиры полка. Командующий Василий Иванович Чуйков не раз благодарил их, отмечая правительственными наградами. Среди других был награжден и Василий Молчанов, командир взвода разведки. Он и прежде, на всем пути движения полка, обеспечивал командование необходимыми разведданными. Что собой представляет передний край, где наибольшая плотность минирования, какие эти мины, какими огневыми средствами прикрывает их противник — все эти данные доводились до командования с безупречной точностью и своевременно. А когда надо, он и «языка» мог привести, как это было под Люблином. Да еще какого матерого фашиста достал!

Здесь, на освобожденной польской земле, в перерыве между боями в сосновом лесу воины-тральщики сыграли свадьбу. Старший лейтенант Иван Гаврилович Петренко и 17-летняя Лида Рыбалко заключили семейный союз. Названными родителями молодых были Павел Михайлович Мугалев и Николай Михайлович Лукин. Весь личный состав полка праздновал свадьбу лихого танкиста и отважной санитарки, желая им счастья и долгой жизни.

Под Ковелем часть подразделений тральщиков получила приказ выйти в полосу войск 1-го Белорусского фронта.

Саперы с миноискателями.

В штабе фронта Мугалева принял командующий бронетанковыми и механизированными войсками фронта генерал-лейтенант танковых войск Г. Н. Орел.

Немногословный, несколько медлительный генерал Орел, внимательно оглядев Мугалева, сказал:

— Пройдемте посмотрим ваши тралы.

И уже на месте, возле машин, он спросил прибывшего в распоряжение фронта полковника, где воевал тот с тралами и как они показали себя в боевых операциях.

В тот же день Мугалев с представителем штаба инженерных войск фронта уточнили по карте участки своего минирования и наиболее вероятные участки сплошного минирования противника. На основе этих данных наметили направления движения тральщиков и порядок их взаимодействия с поддерживающими подразделениями.

После боев генерал Орел докладывал командующему войсками 1-го Белорусского фронта генералу армии К. К. Рокоссовскому о действиях подразделений тральщиков и танковых войск армии:

— Тральщики проделали 13 сплошных проходов в минных полях, взорвав до 300 противотанковых и свыше 1000 противопехотных мин. Ценность минных тральщиков состоит в том, что в самые ответственные периоды боя — во время атаки — они обеспечивали возможность сзади идущим боевым порядкам без задержек и излишних потерь пройти зону заграждений и развить успех наступления в глубине обороны противника.