Чтение онлайн

— Не пугай ребенка, — тихо сказал опустившийся рядом Хилд. — Не знает — и хорошо.

Эван бросил взгляд на обрезанную по плечо левую руку трупа и промолчал. Убивать, калечить — себя ли, других ли — в какой-то момент это становится неважно. Кто-то жил, цепляясь даже за такую жизнь, а кто-то не выдерживал. Те, у кого была семья, оставляли свое тело "на прокорм" родным, а те, у кого ничего не было, кроме своей несчастной, никому ненужной жизни, уходили в пустыню. Магия могла Обновлять плоть почти вечно — было бы "топливо". Поэтому если маг хотел свести счеты с жизнью и при этом не попасть под нож такого же страждущего бедолаги, он уходил в пустыню. И шел так долго, как только мог — пока магия не начинала пожирать его изнутри. Но тогда было уже поздно. Обратно до Урбы он дойти уже не успевал.

— Что случилось? — раздался недовольный голос. Геккон подбежал к ним поближе; на его спине стояла хмурая Кайя в длинном и совсем простом платье. Тонкая ткань была полупрозрачной, и сквозь нее был хорошо видны изгибы крутых бедер и округлости налитой упругой груди.

Эван перевел взгляд с волнорезки на полувысохший труп и обратно. Вот они, две крайности: жизнь и смерть.

Отвечать ей, впрочем, никто не стал. Хилд безмятежно развалился на еще толком не согревшейся под тучами крышей, Ник ретировался во внутреннее помещение, а Эван сел обратно в седло.

— Эй, мех! — нагнало его, стоило сунуть руку в перчатку. — У тебя ведь и правда не стояло. Мы оба это знаем!

— Конечно, нет, — скривился Эван и поспешил нырнуть в биос.

"Можно идти?" — поинтересовался Танк скучающе.

Когда у него ничего не болело, он предпочитал двигаться бегом.

"Да, вперед", — Эван похлопал его по шее.

Танк подобрался и с места взял разбег. Некоторое время они ехали молча. Эван наблюдал за тучами, гадая, когда же все же разразится буря, а потом Танк неожиданно спросил:

"Где ты будешь делать кладку?"

— ЧТО делать?! — от удивления Эван спросил это вслух и, кажется, очень громко.

— Что? — переспросил Хилд за спиной. — О чем ты?..

Эван обернулся к нему и буквально согнулся от смеха, наконец поняв ход мыслей Танка.

— Он решил, что у нас с тобой будут дети, — выдавил сквозь смех. — Спрашивает, где гнездо вить будем. В смысле, яйца откладывать!

Хилд на несколько секунд "завис", приподняв голову, а потом расхохотался.

— А что, я не против, — заявил он. — Осталось определиться, кто будет мамой.

— Конечно, ты! — фыркнул Эван.

— Это почему это? — Хилдебранд недоуменно выгнул бровь.

— Ты красивее, — Эван пожал плечами, давая понять, что даже не стоило объяснять очевидное.

— Зато я выше, — парировал Хилд.

— А я сильней, — Эван победно хмыкнул. — Членами меряться будем?

— Ставлю на блондинку! — крикнула Кайя с геккона.

Хилд мрачно на нее покосился и, рывком поднявшись, пересел к Эвану, вытянув по бокам длинные ноги и навалившись грудью на спину.

— Она меня бесит, — пробормотал, пристроив подбородок у него на плече. — Как ты с ней жил?

— Поверь, она — далеко не худший вариант, — вздохнул Эван.

Он оглянулся на геккона и встретил пристальный взгляд волнорезки. Слышали ли Кайя их вчера? В целях хоть какой-то конспирации, они с Хилдом перебрались на защищенную от нескромных взоров лапу Танка. Судя по взгляду — слышала. Глядя на нее, Эван лишний раз порадовался, что маги воды не могут воздействовать на людей на расстоянии, и отвернулся, осторожно прислоняясь щекой к виску Хилда.

— И кто был самым… — начал было тот, но оборвался сам себя: — Хотя нет. Этого я знать не хочу.

— Этого я бы тебе и не рассказал…

Против воли в памяти замелькали самые отвратительные и постыдные картинки из жизни, и Эван был даже рад, когда из их круговорота его выдернул хлесткий порыв ветра.

— Идем, — он похлопал Хилда по колену. — Буря начинается.

Хилдебранд в ответ лишь хмыкнул.

— Не волнуйся, — шепнул он и обнял его обеими руками. — Смотри, что будет.

Разыгравшийся ветер начал подхватывать песок и швырять его в стороны — все сильнее и больше, пока не взметнулся сплошной песчаной стеной. Танк затормозил, останавливаясь, но потом недоуменно завертел головой и осторожно пошел дальше: буря расступалась перед ним, образуя коридор, и смыкалась снова за хвостом. Нырнув ненадолго в биос, Эван убедился, что геккон не растерялся, спрятавшись от непогоды под пузом Танка. Теперь его голова торчала у Танка между передних лап, и тот старался бежать строго по прямой, чтобы ненароком не задеть малыша когтями.

— Тебе не сложно так ее сдерживать? — спросил Эван, повернувшись к Хилдебранду.

— Нисколько, — улыбнулся тот. — Магия почти не нужна — природа все делает за меня.

Он поднял руку вверх, ладонью к небу, и очертил широкий круг. Несколько секунд ничего не происходило, а потом тучи будто порвались у них над головой, пропуская столб солнечного света — такой узкий, что макушки и плечи в него помещались, а коленки уже нет.

Эван повернулся — только чтобы увидеть, как солнце вызолотило волосы Хилда — и улыбнулся.

— Кажется, я начинаю понимать значение слова "романтика", — протянул он, совсем не уверенный, что шутит.

Хилд улыбнулся в ответ, но взгляд у него почему-то стал грустным.

— Я бы многое хотел тебе показать, — сказал он тихо. — Но все еще надеюсь, что однажды смогу.

Как и много раз до этого, Эван не стал ничего спрашивать. Какие бы тайны ни прятались за осторожно произнесенными словами, он не готов был столкнуться с ними лицом к лицу.

Ник сидел на кровати, забравшись на нее с ногами, и нежно гладил Сферу пальцами. Эван ненадолго оставил Хилда на крыше, а сам спустился за водой.

— Тебе налить? — спросил он Николаса и нахмурился, когда тот рассеянно покачал головой. — Эй, с тобой все в порядке?

Ник поднял на него покрасневшие глаза и неуверенно кивнул.

— Да, я просто… — сказал он сдавленно и снова уставился на Сферу.

Немного помедлив, Эван вернул стакан на место и подошел к кровати.

— Ну ты чего? — спросил как можно мягче.

— Я все думаю… — Николас помедлил, но все же ответил, не глядя на него. — Там, в клетках… Они ведь жили. И отчаянно боялись смерти. Следили за мной во все глаза, и запах страха сшибал с ног. Страха за свою жизнь, жизнь друзей и родных. А этот человек сегодня… — его пальцы напряглись, обхватывая Сферу плотнее. — Неужели жизнь может быть хуже смерти?..