Чтение онлайн

Взгляд, который она кинула на Хилдебранда был весьма неприятным.

Эван почувствовал, как Хилд напрягся, словно был готов удерживать его рядом с собой. Вот только Эван и не думал никуда бежать. Высказанные волнорезкой опасения приходили ему в голову не раз. День за днем эти мысли возникали в его голове — и безжалостно разбивались о то, с каким упорством Хилдебранд учил Ника защищаться, с какой гордостью хвалил, когда у того получалось отразить его атаки и с каким искренним беспокойством бросался ему на помощь, когда что-то шло не так.

И как же отчаянно, до боли, до спазма в глубине механических внутренностей не хотелось верить, что притворством могло быть и другое. Жадные ласки. Затуманенные страстью глаза. Постоянная отчаянная потребность в прикосновениях, которая не давала порой вздохнуть ночью. Вот и сейчас, услышав обидные злые слова, Хилдебранд притянул его к себе ближе.

— Тебе-то что с того? — наконец сухо ответил Эван. — Хочешь, чтобы чай был только наш? А лучше, по всей видимости, только твой?

— А что, я бы не отказалась, — неожиданно легко призналась Кайя. — Да и в принципе… Наблюдать за вашим цирком поинтереснее, чем сидеть сутки напролет в каменной норе в Урбе. Давай поспорим, мех, — она хмыкнула. — Я ставлю на то, что блондинка водит вас за нос. Если выиграю, ты будешь послушным правильным мехом целую ночь.

Эван стиснул зубы. Хилдебранд молчал, не пытаясь оправдываться, и его молчание почему-то казалось очень весомым и вместе с тем — беззащитным.

— Не надейся, — решительно сказал Эван наконец. — В твою постель я не лягу ни при каких обстоятельствах.

— И так, чисто для проверки логики… — все-таки сказал Хилд насмешливо. — У меня есть доступ к чаю. Так зачем мне с кем-то делиться?

— А мне почем знать? — Кайя кольнула его неприязненным взглядом. — Приказ у тебя такой. Может, на тебе Печати Смерти стоят, и ты сделаешь все, чтобы выполнить его.

Хилдебранд усмехнулся и повернулся на спину.

— Откажи женщине, и ты уже смертельный враг. Откажи дважды, и месть будет страшна, — протянул он насмешливо.

— Так в чем проблема? — хмыкнула Кайя. — В твоих силах все исправить прямо сейчас.

— Увы. Твое мнение волнует меня чуть меньше, чем то, куда полетит струя, если ссать из окна, — отбрил Хилдебранд с ленцой в голосе.

Кайя фыркнула, кажется, довольная получившейся перепалкой, и снова вытянулась на кровати.

— Включи, что ли, свои картинки, — сказала вдруг она после нескольких минут молчания. — Там, — и указала на потолок.

— А получится? — живо заинтересовался Хилд. — Хотя бы не так четко, как на песке?..

— Попробую, — Эван неохотно встал с кровати.

На этот раз возни с биосом было меньше — Танк уже понял алгоритм и сам корректировал задаваемые настройки. Картины вышли вполне неплохо, хоть и были все зловещего багряного цвета — потолок, как и стены, были насыщенного цвета плоти.

— Ты его видел? — шепотом спросил Эван, когда нанощетки выложили картину его выдуманного леса.

— Да, — Хилдебранд улыбнулся и шепнул ему на ухо: — Почти похоже.

Кайя покосилась на них, но промолчала, и Эван совсем не ожидал, что она заговорит, когда появится изображение танка.

— Такой был у моего отца.

С потолка на них смотрел шипастый эублефар с большой треугольной головой. Проигнорировав ошарашенные взгляды — Эван даже приподнялся на локте, вглядываясь в ее лицо — Кайя безжалостно продолжила:

— Их обоих убил такой же танк, как у тебя. Я сварила его заживо, едва получила инициацию в крови умирающего Фара.

Повисла изумленная неловкая тишина. Почему-то представить все это оказалось невероятно легко. Пиратство процветало и сейчас — маленькие танки старались затеряться в песках по-одному или небольшими группками, а большие частенько объединялись в охотничьи группы, добычей которых далеко не всегда становились змеи. Но сразу после разрушения Оазисов и смерти Хтавора, железной рукой поддерживающего порядок в умирающем мире, воцарился полнейший хаос. Эван и сам убил тогда немало танков, защищаясь, но никогда, даже в самые тугие времена, не нападал первым.

А вот Джозеф Хант, третий выживший Наездник из их спецгруппы, не был таким щепетильным. Самая мощная и самая многочисленная шайка пиратов пустыни в считанные месяцы пустила на органику сотни танков, их Наездников и связанных с теми Контрактами магов. Видимо, среди них были и родители родители Кайи…

— А мать? — глухо спросил Эван, отгоняя видение бьющегося в агонии большеглазого танка и залитую его кровью девочку.

— Не дошла до Урбы, — ответила Кайя без единой эмоции в голосе. — Она была магом огня. Я не могла ей помочь.

— Сколько тебе было? — спросил Хилдебранд тихо.

— Одиннадцать. Почти двенадцать.

Все они снова надолго замолчали, осмысливая услышанное. Эван вспоминал прожитые с волнорезкой месяцы, наконец понимая, что было причиной необоснованной, казалось, злости и постоянных попыток задеть побольнее и его самого, и ни в чем неповинный Танк. Почему при обнаружившейся в волнорезке любви к животным, во взгляде, обращенном на них обоих, читались лишь презрение и ненависть.

— Отец был почти роботом, — голос волнорезки все-таки дрогнул. — Ничего не делал без приказа. Я думала, вы все такие…

Кайя так и не посмотрела на Эвана — но это было и не нужно. Его сердце было почти полностью механическим, но оставшаяся человеческой часть прекрасно поняла, что она хотела сказать.

— Не смей, — вдруг нарушила Кайя повисшую тишину. — Если ты хотя бы секунду станешь меня жалеть, я точно сварю твои яйца!

— А мне можно? — немедленно вскинулся Хилд.

Кайя, не поворачиваясь, выставила руку с оттопыренным средним пальцем.

— Ну вот опять, — притворно вздохнул Хилдебранд. — Меня преследуют эти пальцы. Может быть, я что-то делаю не так?

— Ну что ты, — протянул Эван, изо всех сил сдерживая смех. — У людей просто нет чувства юмора. А ты душка.

— Слышала? — Хилд с самым победным видом глянул на волнорезку. — Я душка!

Кайя демонстративно закатила глаза, но в кривой усмешке на ее губах Эван разглядел и спрятавшуюся настоящую улыбку — то ли от шутки, то ли от того, что Хилдебранд впервые обратился к ней первым.

Небо темнело так же стремительно, как сгущался вокруг холодный воздух, но Эван даже не заикался о том, чтобы вернуться в Танк. Хилдебранд мерил шагами крышу Танка, неотрывно глядя вверх, и иногда взлетал повыше.

— Все с ним будет в порядке, — сказал Эван уже в который раз, но уверенности в собственных словах у него не было.

Сколько энергии может понадобиться танку, чтобы летать? Эван не мог даже представить. Он честно пытался делать какие-то расчеты, даже залез в биос, пытаясь прикинуть приход-расход, но так и не смог понять, сколько усилий будет затрачиваться на то, чтобы махать крыльями. Сложнее ли это, чем взмах руками или, допустим, прыжок? Если нет, то по идее расход энергии должен быть аналогичен, а если сложнее, то насколько? Одно он мог предположить наверняка: энергия не кончится внезапно, особенно, в солнечный день, а значит, рухнуть с высоты Нику не грозило… При условии, что новоиспеченный дракон не сбросит его случайно или намеренно. И что не запутается в крыльях, к которым не прилагалось никаких базовых инстинктов. И что Ник не ошибся с пропорциями, когда приделывал летательный аппарат созданию, которое в природе рождено было ползать.