Чтение онлайн

УКАЗ ПРЕЗИДИУМА ВЕРХОВНОГО СОВЕТА СССР

О НАГРАЖДЕНИИ ВТОРОЙ МЕДАЛЬЮ «ЗОЛОТАЯ ЗВЕЗДА» ГЕРОЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА ГВАРДИИ ГЕНЕРАЛ-ПОЛКОВНИКА РЫБАЛКО П. С.

Очерк о замечательном советском танковом военачальнике, дважды Герое Советского Союза маршале бронетанковых войск Павле Семеновиче Рыбалко я хотел бы предварить небольшими отрывками из воспоминаний его сослуживцев, боевых товарищей и начальников.

«По моим наблюдениям, — писал Маршал Советского Союза Г. К. Жуков, — из командующих армиями Верховный выделял А. А. Гречко и К. С. Москаленко, ныне Маршалов Советского Союза, маршалов бронетанковых войск П. С. Рыбалко, П. А. Ротмистрова, генерала армии Д. Д. Лелюшенко, генерала армии И. И. Федюнинского. Он хорошо знал их лично, ценил их знания и преданность делу и, когда возникала особо ответственная задача, в первую очередь поручал ее решение этим людям…».

А вот как вспоминал о Павле Семеновиче другой наш выдающийся военный деятель Маршал Советского Союза А. М. Василевский: «…Павел Семенович Рыбалко, впоследствии маршал бронетанковых войск, прошел чрезвычайно интересный жизненный путь. Сын рабочего, он участвовал в Первой мировой и Гражданской войнах, сражался против интервентов, а также петлюровцев, деникинцев, бандитов. Был комиссаром бригады. Разносторонне образованный в военном отношении, он сразу же выдвинулся как незаурядный военачальник. Был военным атташе СССР в ряде стран, читал лекции в военных учебных заведениях. С весны 1942 года он стал командующим танковыми армиями, с триумфом освобождавшими Украину, Польшу, Чехословакию и участвовавшими в Берлинской операции. После Великой Отечественной войны до самой смерти в 1948 году он руководил бронетанковыми и механизированными войсками Советских Вооруженных Сил…».

Как о боевом, решительном командире говорит о П. С. Рыбалко и Маршал Советского Союза К. К. Рокоссовский. Его слова имеют особую ценность. С будущим танковым военачальником Константин Константинович познакомился еще в середине двадцатых годов, когда они оба служили в Монголии и им приходилось принимать участие в кровавых стычках с недобитыми бандами.

Особенно же тепло о Павле Семеновиче отзывается Иван Степанович Конев, Маршал Советского Союза и старый товарищ известного танкового командарма. «Я хочу рассказать об этом незаурядном человеке несколько подробнее, чем это можно сделать по ходу изложения боевых действий, представить его читателю таким, каким он остался в моей памяти, попробовать дать нечто вроде его портрета, причем, разумеется, это будет портрет военного человека», — пишет И. С. Конев в своей книге и далее:

«На войне я встретился с Рыбалко впервые только в 1944 году. До этого в качестве командующего 3-й танковой армией он уже провел ряд крупных операций по освобождению Украины, форсированию Днепра, освобождению Киева, наступлению на Западной Украине. Я встретился с ним, принимая командование 1-м Украинским фронтом, в мае 1944 года.

Эта первая встреча на войне была далеко не первой в жизни. Я знал Рыбалко с начала двадцатых годов по учебе на Курсах высшего начальствующего состава при Академии имени Фрунзе. Впрочем, тогда она еще так не называлась. Фрунзе был жив, и именно он послал целую группу старых боевых комиссаров (человек тридцать) учиться на курсы. Я говорю „старых“, но тогда этим комиссарам насчитывалось от роду всего лет по двадцать шесть — двадцать семь. В числе их были и мы с Рыбалко.

После окончания курсов Павел Семенович пошел уже не на комиссарскую, а на командную должность, командиром полка. Командовал полком, дивизией, потом был некоторое время военным атташе в Польше. Потом — вновь на командной работе. В ходе войны стал командующим танковой армией. В этой роли я его и встретил почти через 20 лет после академии.

Павел Семенович был широко образованным человеком и в общем, и в военном отношении. Он окончил не только Курсы высшего начальствующего состава, но несколько лет спустя и Академию имени Фрунзе, где мы опять учились вместе. И на курсах, и в академии учился он превосходно, был в числе первых. Это характерно для его натуры.

Высокая теоретическая подготовка, разносторонний командирский опыт сделали Рыбалко сложившимся, знающим свое дело и уверенным в себе военачальником. Ему была свойственна исключительная выдержка, сочетавшаяся с энергией и волевым началом, ярко выраженным во всех его действиях.

В дружеских беседах он бывал остроумен, находчив, любил и умел полемизировать. Но главным положительным качеством Рыбалко, я бы сказал, высоким его достоинством было умение сплотить коллектив, который его окружал и которым он командовал.

Рыбалко действовал не методом уступок и поглаживания по головке, задабривания или всепрощения. Напротив, всегда предъявлял к подчиненным (в условиях армии это было необходимо) самые суровые требования, но при этом умел оставаться справедливым и заботливым. Ему было свойственно далеко не всегда встречающееся качество, которое я особенно ценю в военных людях. Полною мерою взыскивая с подчиненных за любой промах, он потом, когда за тот же промах подчиненного приходилось отвечать ему самому, не давал его избить, смять, уничтожить. Большую часть ответственности он всегда брал на себя.

Очень правильно строил он свои отношения с Военным Советом. В 3-й гвардейской армии Военный Совет был хорошим, сплоченным руководящим органом, работал дружно, разумеется, при неоспоримом приоритете командующего. Член Военного Совета С. И. Мельников, о котором я уже упоминал, хорошо дополнял П. С. Рыбалко, и это, по справедливости, было их обоюдной заслугой…

Павел Семенович Рыбалко был бесстрашным человеком, однако никак не склонным к показной храбрости. Он умел отличать действительно решающие моменты от кажущихся и точно знал, когда именно и где именно ему нужно быть. А это необыкновенно важно для командующего. Он не суетился, как некоторые другие, не метался из части в часть, но, если обстановка диктовала, невзирая на опасность, появлялся в тех пунктах и в тот момент, когда и где это было нужно. И в этих случаях его ничто не могло остановить.

У нас было немало хороших танковых начальников, но, не преуменьшая их заслуг, я все-таки хочу сказать, что, на мой личный взгляд, Рыбалко наиболее проницательно понимал характер и возможности крупных танковых объединений. Он любил, ценил и хорошо знал технику, хотя и не был смолоду танкистом. Он знал, что можно извлечь из этой техники, что для этой техники достижимо и что недостижимо, и всегда помнил об этом, ставя задачи своим войскам.

Во второй половине Великой Отечественной войны танковые войска были передовым родом оружия, задававшим тон в операциях. И Рыбалко, умело используя силу своих войск, задавал этот тон, определяющий темп всей операции. Разумеется, это было непростым делом, и каждую свою операцию он готовил с ювелирной тщательностью…»