Чтение онлайн

К началу Великой Отечественной войны в составе Северо-Западного фронта, сформированного на базе Прибалтийского ВО (8-я, 11-я, 27-я армии, 3-й и 12-й механизированные корпуса), насчитывалось 379,5 тысячи человек, 4938 орудий и миномётов, 1274 танка, 1078 боевых самолётов.

В составе 3-го мехкорпуса находились 2-я и 5-я танковые дивизии и 84-я моторизованная дивизия. Формирование 3-го корпуса было начато в июле 1940 г. и закончено к концу лета того же года.

В 3-м корпусе на 20 июня 1941 г. состояло:

Кроме того, в корпусе имелось 224 бронеавтомобиля БА-10 и БА-20.

Замечу, что 5-я танковая дивизия была единственной в округе частью, где состояли танки Т-34. Увы, все 50 танков Т-34, поступившие в дивизию, были отправлены на хранение в парк и в эксплуатацию не вводились.

К началу июня 1941 г. части корпуса были дислоцированы:

2-я танковая дивизия — в Укмерге.

5-я танковая дивизия — в южном военном городке Алитуса; гаубичный артиллерийский полк, отдельный зенитно-артиллерийский дивизион — в северном военном городке.

84-я моторизованная дивизия — в Вильнюсе.

18 июня все части корпуса были подняты по тревоге и выведены из мест постоянной дислокации. Соединения расположились:

2-я танковая дивизия с 18 июня находилась в районе станции Гайжюны, Рукле, 5-я танковая дивизия в нескольких километрах южнее Алитуса, а 84-я моторизованная дивизия в лесах района Кяйшадорис (на берегу притока реки Вилия), причём 21 июня 1941 г. в дивизии вышел приказ о запрете жечь костры по ночам. Управление корпуса располагалось в Каунасе.

21 июня 1941 г. в Каунас прибыл командующий ПрибОВО генерал-полковник Ф.И. Кузнецов. Он предупредил командование корпуса о возможном в скором времени нападении Германии. Было приказано под видом следования на учения выводить части корпуса из военных городков в близлежащие леса и приводить в полную боевую готовность. Однако собрать корпус на одном направлении Кузнецов не разрешил — немцы могли накрыть части на марше.

Управление 3-го механизированного корпуса во главе с генералом А.В. Куркиным убыло в Кейданы (Кедайняй), севернее Каунаса. Туда же перешёл 1-й мотоциклетный полк корпусного подчинения.

Из штаба ll-й армии сообщили: 5-я танковая дивизия, оставаясь на самостоятельном алитусском направлении, подчинялась непосредственно командующему 11-й армией.

Принятые меры безопасности позволили избежать возможных больших потерь при первых налётах немецких люфтваффе на места постоянной дислокации войск. Например, в 10 ч 45 мин противник нанёс сильный авиаудар по району прежнего расположения 2-й танковой дивизии. Бомбы легли на пустое место. Дивизия потерь не имела. Не удалось сразу немецким лётчикам обнаружить и 84-ю моторизованную дивизию: первый сильный авианалёт она испытала только рано утром 23 июня.

Здесь я вновь отойду от хронологического порядка и расскажу отдельно о действиях дивизий корпуса [35] . В 16 часов 22 июня командиры подразделений 2-й танковой дивизии получили первый боевой приказ о сосредоточении в районе Расейняй для удара по прорвавшемуся противнику. Спустя час полки дивизии выступили в поход. С наступлением темноты подошли к Ионаве. Авангардный 4-й танковый полк застрял на дороге из-за большого потока беженцев на автомашинах и повозках. Шедший за ним 3-й танковый полк изменил маршрут следования: перейдя мост через реку Нярис, проследовал на Ионава — Расейняй — Тильзит. Дивизия продвигалась просёлочными дорогами. При движении колонн пользование радиостанциями строжайше запрещалось. Марш и сосредоточение дивизии в тёмное время суток, без потерь от авиации противника, хорошо организованный командованием дивизии, приводился в послевоенных учебниках в пример.

В середине дня 22 июня командование 11-й армии вывело 84-ю моторизованную дивизию из подчинения командира 3-го мехкорпуса и в дальнейшем это соединение в корпус так и не вернулось. Управление 3-го мехкорпуса, располагая к исходу дня одним лишь мотоциклетным полком, в ночь на 23 июня перешло в расположение своей единственной танковой дивизии. Тогда же штаб корпуса посетил начальник Автобронетанкового управления фронта полковник П.П. Полубояров, поставивший задачу корпусу на 23 июня наступать в западном направлении до дороги Таураге-Шяуляй и далее в юго-западном направлении на Тильзит. Наступление следовало начать в 12 часов дня.

Встретив противника на западном берегу реки Дубисса, 2-я танковая дивизия начала разворачивать в боевой порядок 2-й мотострелковый полк, который должен был прикрыть сосредоточение обоих танковых полков. С утра 23 июня завязались бои. 3-й и 4-й танковые полки, подтягивали отставшую технику и приводились в порядок после длительного и тяжёлого марша. Вскоре левый фланг дивизии был обойден танками противника. На опасный участок были посланы шесть танков 3-го танкового полка, которые отбросили немцев, подбив у них два танка и семь обратив в бегство. (Судя по описанию этого боя, это были танки КВ.)

2-я танковая дивизия начала наступление в полдень короткими ударами. Продвинувшись на 3–4 километра, действовавшие в первом эшелоне танковые полки остановились, ожидая подхода мотопехоты. Ширина наступления дивизии не превышала 10 км, что обусловило высокую плотность танков в первой линии. Как вспоминал в «Военно-историческом журнале» [36] один из участников тех событий, танки шли так плотно, что почти каждый выпущенный снаряд из немецких противотанковых пушек достигал своей цели.

Особенно тяжёлый бой у Скаудвиле с подходившими подкреплениями немцев — 114-м моторизованным полком, усиленным двумя артиллерийскими дивизионами и около сотней танков — вылился во встречное сражение. Продвижение вперёд застопорилось. Даже танки КВ, беспрепятственно проходившие через боевые порядки немецкой пехоты, гусеницами давя артиллерийские позиции противника, давя и тараня танки 38(t), не смогли исправить положения. После подхода 2-го мотострелкового полка с танковой ротой и его закрепления на занятом рубеже понёсшие потери танковые полки были отведены в исходный район. Всего за день 2-я танковая дивизия 6 раз предпринимала атаки.