Чтение онлайн

– Что произошло? Кого ты увидела? – Трэвис не бросил попытки узнать правду.

Он имел на это полное право – его привезли в этот мир насильно. Заперли в темнице, потом переместили в академию. Никто не говорил ему, зачем его здесь держали. Вероятно, потому что и сами не знали. Я с трудом представляла, что мы будем делать дальше. Гвардейцы считали, его можно посадить на трон. Беатриса сказала – им нужен Трэвис. А Фергус поручил его обучать. И я лишь следовала их просьбам и приказам. Как и всегда я исполняла чьи-то приказы. И больше не могла отдавать их сама.

В груди клокотало от накатывающего и пропадающего раздражения – оно ударяло словно волна, приходящая к берегу и мерно отступающая от него. Я сильнее сжала руки в кулаки.

– Это связано с моей семьёй, – хриплым голосом произнесла я.

Лёд тронулся. Я сделала маленький шаг по направлению к нормальным отношениям с человеком. Вряд ли Трэвис захочет обучаться и занимать трон, если не сможет доверять хоть кому-то из академии. Пусть этим человеком стану я.

Вскинув голову, я выпрямилась и глубоко вздохнула, пряча страх с гневом в недрах души. Проследив за реакцией Трэвиса, во взгляде которого исчезла злость, сменившись хитрым блеском, я поняла, что моё лицо вернулось в привычное состояние. Холод и уверенность во взгляде – как и учили.

– А я их ненавижу.

Трэвис опешил – смешинки исчезли из его взгляда. Видимо, это было слишком даже для него. Парень так и прирос к месту, где стоял, пока я, медленно обходя его, скрывалась в глубине тёмных коридоров академии.

Эти два предложения стали моим максимумом в нормальном общении. Я усмехнулась собственным мыслям.

«Какого чёрта?».

Я глубже погрузилась в горячую воду в деревянной ванне. Стены купальни тоже покрывало дерево. В ней не было окон, только двери, ведущие в холл, где девушки обычно оставляли одежду. Это женская купальня. В конце коридора, в левом крыле, находилась мужская. Они располагались на каждом этаже. Все купальни делали одинаковыми – исключительно из дерева, лишь с одним небольшим трёхрожковым канделябром, ведь дерево не терпело огонь.

Как я его понимала. Вынырнув из воды, я усмехнулась и, прислонившись к деревянной стенке ванны, прикрыла глаза. Встреча с семьёй в ближайшее время не входила в мои планы, но вчерашний день перевернул всё с ног на голову.

Лотти. Я вздохнула, вспоминая хищный оскал младшей сестры. Она так изменилась с последней нашей встречи. Когда я убегала из дома, ей было всего лишь девять. Она постоянно капризничала, манипулируя отцом, растившим нас в одиночку. С трёх лет Лотти не знала материнской заботы, не видела, как её сумасшедшая мамочка издевалась над старшими детьми своего мужа. Но казалось, в Лотти осталось что-то от матери. Отношение к старшим братьям и сёстрам, ход мыслей, способы, которыми она добивалась желаемого. Это всё словно перешло от пропавшей без вести Миры Сильвермун по наследству.

И стоило же пересечься с ней именно во время урока с Трэвисом. С трудом забывалось, как глупо я сорвалась и как жалко выглядела перед ним.

«Нельзя показывать свои слабости каждом встречному, душа моя».

Нельзя.

Я закрыла лицо руками, нажимая ладонями на глаза, словно пыталась выдавить их из глазниц. Или подавить боль, которая со вчерашнего дня не давала покоя. После странного разговора с Трэвисом, когда он пытался добиться правды, я оказалась в комнате и до самого вечера просидела над книгой заклинаний, тренируясь в ритуалах.

В разговоре с наследным принцем мы ходили по тонкой грани, и я не могла сказать прямо, что нам он нужен на троне в качестве короля, который всё изменит.

Казалось, я вновь пыталась убежать от отвественности, но в этот раз не так далеко. На сегодня планировалось очередное занятие. Вчера я попросила дедушку Купера отнести Трэвису книги по истории Тардрагона, по рунописи и латинскому языку. И, конечно, еду из столовой, а то по его вчерашним разговорам можно было подумать, что его морили голодом. И попросила Купера предупредить Трэвиса о том, что сегодня с утра мы начнём заниматься на тренировочном поле.

Через пару дней наступит девятый месяц года, а вместе с ним придёт не только праздник венчальной ночи, но и начало занятий в академии. Если до меня правильно дошла информация от Фергуса – Беатриса зачислила Трэвиса на пятый уровень. Человека, который магией может только дверь открыть. На пятый уровень? Я не стала утверждать, что это самоубийство чистой воды. Хотя существовала вероятность, что он умел намного больше, чем показывал.

Но было и другое условие от директрисы – Трэвис должен как можно меньше появляться на уроках, среди ребят. И это могло означать только одно – мне придётся давать ему частные уроки. Человеку, который вчера вряд ли хоть что-то усвоил, потому что был занят собственными мыслями о том, зачем он нужен магической академии.

Я выбралась из ванны. Как бы хорошо мне не было в тёплой воде, я не могла провести здесь всё утро. Скоро сюда придут другие ученицы, а щеголять перед ними в одном ночном халате я не собиралась. Поскольку рано утром в купальнях и коридорах никого не было, я специально не приходила сюда в привычной одежде. Лишь меняла ночное платье на халат бежевого цвета – гипюровый, расшитый красивым узором из листьев, с широкими рукавами и шёлковым поясом. Кайма халата, как и пояс, была сделана из нежного шёлка.

Дорогой и несомненно ценный во всех смыслах атрибут из всей моей одежды. Это подарок Вивьен на мой восемнадцатый день рождения. И откуда только четырнадцатилетняя девочка тогда знала, какой подарок будет самым нужным?..

Я усмехнулась, закрыв за собой дверь комнаты. По коридору удалось прокрасться без приключений – никто не встретился по пути. Моих соседок в комнате уже не было. Хелена отправилась на утреннюю пробежку с Риком. Они почти каждое утро начинали с неё, а после купались в озере, предпочитая прохладную бодрящую воду тёплым купальням. Катрин скорее всего отправилась в лес вместе с нашей целительницей. Подруга часто помогала ей собирать травы для мазей и отваров.

В нашей комнате было три деревянных кровати, каждую из которых дополняла тумбочка с масляными лампами. Над кроватями висели зеркала, и лишь над моей ещё находилось небольшое круглое окно. Письменные столы и шкафы академия тоже выделила для каждой из нас лично.

Уголок Катрин был уютным: над кроватью висела картина со всей семьёй девушки, на тумбочке лежали пучки душицы и шалфея, но на столе творился хаос. Ступы, весы, склянки, пергаменты – всё находилось в полном беспорядке. На кровати, заправленной красным покрывалом, спала, свернувшись клубком, чёрно-рыжая пятнистая кошка. Амулия – талисман Катрин, её верная подруга. У Амулии была удивительная мордочка – наполовину рыжая, с золотым правым глазом, а наполовину чёрная с небесно-голубым левым глазом. В академии практически каждый ученик держал животное в комнате, это никогда не являлось запретом, наоборот доброта к питомцам и ответственность за их воспитание и содержание поощрялись. Но коты и кошки всегда ценились на континенте. По легенде, сама богиня Видая жила бок о бок с любимой чёрной кошкой.

Уголок Хелены тоже нельзя было назвать идеально чистым. Повсюду лежали раскрытые книги – и на кровати, и на тумбочке, в которой я недавно так нагло рылась. Не составило труда догадаться, что это трактаты с легендами, которые девушка обожала до глубины души. Письменный стол покрывали документы и чертежи зданий. Хелена часто в свободное время увлекалась расчётами и чертила красивые уютные домики. С детства она мечтала заниматься застройкой Вадрахана, но её семья посчитала это занятие слишком непрестижным и непозволительным для юной девушки, настояв на том, чтобы Хелена больше времени отдала физической нагрузке и военной службе.