Чтение онлайн

— Ты взяла эти цифры с потолка, — отвечаю я.

— То есть крупным телекомпаниям можно снимать дебильные любовные истории, а мне нельзя придумать пару чисел?

— Ты хочешь сказать, что «Несчастливые семьи» похожи на мыльную оперу?

— Я хочу сказать, что все в порядке, но мне не терпится уже закончить снимать.

— Понятно.

— Так что хватит волноваться по пустякам.

— Ладно, — но раз уж мы подняли эту тему и вряд ли захотим в ближайшее время поднимать ее снова, я поспешно спрашиваю: — Может быть, мне удалить ваши видео?

— Зачем?

— Вдруг тебе неприятно, что они висят у всех на виду. Вы там… проявляли свои чувства.

Сочетание потрескивающего синтезатора Тони и горлового вокала Джек привлекало подписчиков, но самой милой фишкой их видео было то, что они никогда не скрывали своих отношений и даже целовались в кадре после песни о любви, которую Тони посвятил Джек. На ее месте я бы немедленно все поудаляла.

— Это все еще хорошая музыка, — отвечает подруга. — Перемены в наших отношениях не влияют на качество звука. Подумай хорошенько: куча ребят из музыкальных групп встречалась и расставалась. Джек и Мег Уайт, Гвен Стефани и Тони Канэл. Они и не подумали сносить отовсюду записи, которые сделали, пока встречались. Если ты музыкант, ты не имеешь права успокаиваться таким образом.

Я медленно киваю, не зная, что ответить. Джек - корифей мира музыки, а я - всего лишь невежда. Я пытаюсь сменить тему:

— Как ваш папа?

— Говорит, что нормально.

Пару недель назад мистер Харлоу прекратил жаловаться на головные боли. Как бы домочадцы ни просили его, он отказывается идти к врачу. Вся их семья тревожится, но плановый осмотр назначен только на следующий месяц, и, если и есть повод для волнения, надеюсь, врачи успеют его обнаружить.

— Поберегись!

Я сдвигаюсь в сторону; Пол тут же ныряет под горку и садится, заложив руки за голову.

— Эй! — кричит именинник, прыгая в нашу сторону. — Эй, это нечестно!

— Все честно! — Пол все еще закрывает голову руками, как будто боится шестилетки. — Я тебя догнал, так что теперь все вернулось на круги своя и можно продолжать без меня. Ты - вода. Я - концы в воду.

— Не-е-е-ет! — визжит девочка с косичками. — С тобой весело!

— Мне надо веселиться с этими двумя неудачницами, — отвечает Пол, указывая на нас с Джек. — Простите, мы уже договорились играть с ними.

Вокруг нас собрался целый рой грустных детей.

— Боже, — бормочет Джек себе под нос. — Какая-то «Деревня проклятых»!

— Пожа-а-а-а-алуйста! — надувается именинник. — Поиграй с нами еще пять минуточек!

— Простите, дети, я старый и уже устал.

Пара детей начинает реветь, но тут Джек высовывает голову из-под горки и монотонным, неживым голосом произносит:

— Я ведьма, и прокляну вас, если вы сейчас же не пойдете прочь.

— Ты не ведьма! — кричит девочка с косичками. — Мама сказала, ведьм не бывает!

— Твоя мама лжет. Таш, прекрати! — Джек зловеще перебирает пальцами перед лицом девочки. — Ты же не хочешь испытать на себе мой гнев?

Девочка с косичками, кажется, ей не верит, но именинник неловко пятится назад. Неожиданно он срывается с места с воплем: «Я вода!» — и про Пола все забывают.

— Ты невозможна! — упрекаю я Джек. — Нельзя говорить девочкам, что их мамы врут.

— Все родители врут, — парирует подруга.

На этих словах Пол хмурится и кидает в нее еще горсть песку.

— Настало время горящих задниц! — провозглашает он. — Солнце в зените. Пусть победит сильнейший!

Мы садимся. Джек выигрывает в третий раз подряд. Восемнадцать секунд непрерывного контакта кожи с раскаленным металлом.

— Я трехкратный чемпион! — ревет она и принимается ощупывать ожоги на бедрах.

***

На следующий день я сижу у Джек. Она монтирует видео, а я читаю комментарии к последней серии - «Анна переступила черту». Завтра мы с раннего утра снимаем в столовой у Харлоу, так что я решила там же и переночевать. Уютное молчание нарушают только клики мыши, но я вдруг замечаю, что Джек хмурится, рассматривая что-то на экране.

— Что случилось? — спрашиваю я, опасаясь, что у нас какие-то проблемы с материалом: нет ни одного пристойного кадра с нужного угла или какая-нибудь большая дыра в сюжете, которую нечем заткнуть.

— Ничего, — отвечает она и хмурится еще сильнее. Я подвигаюсь поближе и заглядываю ей в экран:

— Точно?

Джек закрывает экран руками, чтобы я ничего не увидела.

— Да, — похоже, она взволнована сильнее обычного. — Все хорошо.

— Тогда почему ты закрываешь экран? — я пытаюсь оторвать ее пальцы от ноутбука, но терплю поражение.

— Ладно, — произносит подруга. — Только обещай, что не будешь психовать.

— Показывай уже!

Джек отнимает ладони от экрана. Там светится пост из Тамблера. Длинный такой пост.

— А вот и хейтеры пожаловали, — произносит подруга.

***

Есть что-то нездоровое в том, чтобы раз за разом прокручивать у себя в голове какие-нибудь фразы, даже если речь идет о чем-то приятном. Даже когда ты перестаешь специально повторять те или иные слова, они уже вертятся в сознании на автомате, пока не протрут в мозгу дыру. У меня так уже бывало с тем самым видео Тейлор Мирс и с парочкой сообщений от Фома. Некоторые слова и фразы крепко заедают в мозгу и жизнерадостно колесят по извилинам взад-вперед, сводя меня с ума.

И это я еще про хорошие слова говорила. С плохими все куда как хуже.

Я читаю пост из Тамблера раз, другой, третий. Потом наконец реагирую и начинаю говорить все быстрее и быстрее. Я уже несу полный бред, когда в комнату заходит Пол с баскетбольным мячом в руке. У него красное лицо, а волосы забраны в хвост. От него пахнет потом и солнцем. Джек прерывает мой монолог фразой:

— Даже не думай сейчас трогать мою мебель! Только пол.

Ее брат послушно бросает мяч и падает на пол.

— На что мы злимся в этот раз? — спрашивает он.

— Какой-то идиот, которому нечего было делать, решил написать критический разбор «Несчастливых семей». Блин, чувак, я бы поглядела, как ты будешь ставить сериал без денег и с кучей всяких организационных проблем. А еще, кажется, он не понял, что мы еще даже школу не закончили, так… Что, Джек?

У подруги такой вид, как будто она с трудом сдерживает смех.

— Обожаю, когда ты хочешь кого-нибудь убить, — говорит она. — Тебе идет.