Чтение онлайн

«Ты когда-нибудь боялся церемонии? — спросила я пару дней назад. — Это, конечно, не “Оскар”, но иногда я об этом забываю».

Фом тогда ответил: «Постарайся не нервничать. В прошлом году, когда меня первый раз номинировали, я тоже крепко себя накрутил, и я бы куда лучше провел время, если бы меня так не трясло».

А потом добавил: «И если бы знал, что не выиграю, я бы не поехал, лол».

«Чего так? — удивилась я. — Это все равно шикарный шанс завести новые знакомства».

«Мне и старых хватает», — отозвался Фом.

Наверно, так и есть. Фом гораздо лучше меня освоился в этом мире. В прошлом году «Голос из пробирки» выдвинули сразу в трех номинациях: «Лучший влог», «Почетный ботаник» и «Лучшая харизма». Он, конечно, ни одной не выиграл, но сам факт выдвижения дорогого стоит. Что ж, по крайней мере, меня будет колотить в три раза меньше.

«Надеюсь, я хотя бы не расплачусь», — написала я тогда.

И Фом ответил: «Не волнуйся, я захвачу побольше салфеток».

Пока никаких серенад, но что-то определенно происходит. Что-то многообещающее. Похоже, Фом тоже чувствует, что после церемонии наши жизни не будут прежними. Либо все наши надежды оправдаются, либо окажется, что реальность не соответствует нашим ожиданиям. При одной мысли о встрече меня начинает колотить — не то от страха, не то от нетерпения.

Интересно, а как представляет это Фом? Если все пойдет гладко, может быть, он захочет со мной целоваться? Или… захочет большего? Вполне возможно, он ни о чем таком не думает, так что совершенно ни к чему ему рассказывать. Как вообще сказать парню, который тебе нравится, что ты не хочешь с ним спать и, возможно, не захочешь никогда? Об этом не прочтешь ни в Cosmopolitan, ни в учебнике по ОБЖ. И не спросишь у Пола с Джек, это уж точно.

Даже если я задам вопрос на форуме, никто не сможет подсказать мне, как именно это выразить, сообщением или вслух. «Фом, ты мне очень нравишься, но мое тело не хочет иметь ничего общего с твоим». Как сформулировать это, чтобы не звучало, как отказ? Чтобы он не решил, что я просто какая-то недотрога? Какому восемнадцатилетнему парню понравится это слышать? Кому это вообще может понравиться?

Так или иначе, совершенно необязательно говорить ему сейчас. У меня есть время до самой «Золотой тубы», когда станет ясно, сбудутся наши мечты или разлетятся на тысячу кусочков.

14

Я просыпаюсь от того, что на меня льется солнечный свет и поток ругани Джек.

— Что тебе опять не нравится? — бормочу я, недовольно глядя на окно, на котором подруга как раз раздвинула шторы.

— Вставай! — отвечает она.

Я смотрю на часы. На них 8.52. Через восемь минут у нас запланировано начало съемок.

Вчера я забыла поставить будильник, и Джек, кажется, тоже.

— Джордж и Серена уже пришли, — сообщает она, стягивая спутанные волосы в хвост. — Черт, Джордж никогда нам этого не забудет. Да поднимай ты уже задницу, Таш!

Этого не может быть. По крайней мере, такого ни разу не бывало. Мы с Джек всегда соблюдаем расписание и ведем себя как настоящие профессионалы. И вдруг - просто верх дилетантства! Я сбрасываю с себя одеяло и принимаюсь рыться в сумке. Успеваю достать шорты и футболку и как раз надеваю лифчик, когда за моей спиной распахивается дверь. Я оглядываюсь через плечо и не могу сдержать визга.

— Ого! — Пол прикрывает глаза рукой и поспешно захлопывает дверь. Через секунду он осторожно приоткрывает ее снова: — Таш, прости. Я, ну, просто хотел спросить, нужна ли вам сегодня моя помощь. И там уже народ собирается.

— Мы в курсе, — говорит Джек ледяным тоном, в котором явно слышится угроза назревающего насилия.

— Тогда скажешь, если я могу чем-нибудь помочь.

— Да, конечно, — отвечает Джек. — Подай пока гостям чаю с булочками.

— Ой, ну тебя! — дверь хлопает гораздо громче.

— Хватит его доводить, — прошу я, застегивая шорты. — Больше нам никто не поможет.

— Все нормально, — отвечает подруга. — Пола так просто не доведешь.

***

Вообще-то, мы собирались встать в семь и не спеша подготовить столовую к съемке. Действие происходит ночью, так что мы должны были заклеить окна солнцезащитной пленкой и разобраться со светом. Ну и вообще, надо много чего сделать, чтобы превратить обыкновенную столовую во что-то похожее на библиотеку престижного университета.

Но в семь мы не встали, так что теперь нам предстоит не меньше получаса суеты, прежде чем можно будет даже подумать о съемке.

Джордж, конечно, недоволен. Даже у Серены расстроенный вид. Она сидит в кресле и читает сценарий, сложив руки на груди. Она поднимает взгляд, только чтобы сообщить:

— Мне надо уйти не позже трех. У меня свидание с Беном.

— Мы позже и не задержимся, — заверяю ее я. — Сейчас только девять.

— В девять уже начинать надо! — Джордж так кривит лицо, как будто рожает слоненка. — В девять надо уже командовать: «Мотор!» Поверить не могу. Ева даже еще не пришла!

Как по команде, раздается звонок в дверь. Я бегу открывать. Ева запыхалась от быстрого бега и кричит, что проспала будильник, но больше это никогда не повторится.

— Сегодня можешь не извиняться, — утешаю ее я.

К тому моменту, когда мы заходим в столовую, Джордж и Джек успевают поругаться.

— Если вы нам поможете, мы не так уж и задержимся, — объясняет Джек. — Надо заклеить окна, передвинуть шкафы, настроить свет - и можно снимать.

— Но это не моя задача! — произносит Джордж с такими драматическими интонациями, какие можно услышать только от актеров. — Моя задача - выучить слова и хорошо сыграть. Делайте свою работу, а я буду делать свою.

— Боже, Джордж! — осаживает его Серена. Она, кажется, уже смирилась и отматывает большой кусок солнцезащитной пленки. — Ты еще не в Гильдии актеров!

— Вообще-то, проспал тут не я.

— До этого они все делали идеально, так что хватит уже!

Джорджу плевать. Мы с Джек, Сереной, Евой и Полом стараемся как можно быстрее подготовить столовую, а он сидит за столом, читает сценарий и периодически принимается громко сопеть.

Когда мы наконец начинаем снимать, ситуация не улучшается. Ева так торопилась выйти из дома, что забыла прихватить с собой помаду, которая была на ней в прошлый раз, и теперь у нас нарушается целостность повествования.

— Пусть зрители думают, что она успела сбегать перекраситься между ужином и чаем, — предлагает Джордж. — Девочки же так делают, правда?

— Джордж, заткнись! — просит Джек, у которой все симптомы передозировки Джорджем.

После этого он начинает специально перевирать слова и даже перебивает Серену. Она сдерживается из последних сил и, в конце концов, посреди дубля ударяет его по плечу и кричит:

— С этим индюком невозможно работать!

— Это в «неудачные кадры» не включать, — бормочет Джек.