Таулос. Книга первая. Северный ветер
Шрифт:
Сенгтай молча слушал старика. Он был задумчив и немного встревожен. Заметив это, Даргон спросил его:
— Что-то случилось?
— Да, — ответил Сенгтай, — раньше я и понятия не имел о том, что недавно увидел, и моя жизнь казалась вполне нормальной. В ней было все: и радость, и разочарование. Но теперь, — Сенгтай на миг остановился, — я переполнен тревогой от того, что знаю, и потому что одинок в своем знании.
— Мне знакомо это чувство, — согласился Даргон и похлопал Сенгтая по плечу, — а теперь представь, каково мне. Ведь я видел и знаю гораздо больше! И ты однажды узнаешь все, что знаю я. Перед тобой откроются все тайны. Но не сразу. Иначе это убьет тебя.
— У меня остался лишь один вопрос, — произнес Сенгтай.
— Я слушаю тебя, — Даргон придвинулся ближе, давая понять, что он готов ответить.
— Как это произошло? Как я мог стать свидетелем того, что скрыто от глаз? Как можно увидеть то, что было много тысячелетий назад, если даже сама история давно похоронила это в своих глубинах?
Даргон почесал затылок, прежде чем ответить на вопрос.
— Я скажу тебе кое-что, но ты не должен пока просить большего, — он посмотрел на Сенгтая. Тот кивнул головой.
Недавно ты упрекнул меня в скрытности, решив, что я не честен с тобой, ты помнишь это?
Да.
Ты хотел взглянуть мне в глаза, чтобы понять, что я за человек, с кем ты имеешь дело.
Я помню, — произнес Сенгтай.
Так вот, — продолжил Даргон, — ты сделал это, посмотрел мне прямо в глаза, и теперь ты знаешь, куда тебя это привело.
На минуту в пещере воцарилась тишина. Сенгтай обдумывал то, что услышал.
То есть все это я увидел внутри вас? — спросил он.
Да, — ответил старик, — именно. Ты видел то, что некогда довелось увидеть мне. И однажды я объясню тебе, что это значит, но не сегодня.
Сенгтай ничего не сказал. Он просто на миг прикрыл глаза, что означало полное согласие.
Даргон поднялся на ноги и расправил одежду.
— На сегодня наши беседы окончены. Теперь тебе есть о чем подумать, но, лучше, начни делать это завтра с утра. А сейчас пора отдыхать, — сказал он и направился прочь он Сенгтая. Тот посмотрел ему вслед, а потом повернулся на бок.
Сон — это хороший отдых, когда твоё тело и разум измучены. Он вернёт им силы и тогда, немного позже, будет время, чтобы во всем разобраться.
Глава 8
За яркой пеленой света можно
не заметить даже самую глубокую
тьму.
Двенадцатый день месяца быстрых ручьев. 2852 год Четвертой Эпохи.
Зима после долгих недель сопротивления наконец-то отступила, и на просторы Великой Равнины пришла весна. Солнце, поднимаясь с каждым днем все выше над горизонтом, растопило снега, вплоть до последнего грязно-серого сугроба, отчаянно цепляющегося за землю, в тени начинающего покрываться молодой листвой, кустарника. Ветер подул с юго-востока. Теперь он был теплым. Природа оживала, наполняя воздух пением птиц. В прошлогодней траве засуетились насекомые. Все чаще стали появляться мелкие животные, проснувшиеся после зимней спячки. С каждым днем становилось все теплее и теплее. И вот уже на дорогах появилась пыль, поднимавшаяся каждый раз, как легкий ветерок проносился мимо.
Около полудня двенадцатого дня месяца быстрых ручьев по одной из таких дорог ехали два всадника. Одного из них звали Юнак. Он был советником императора Таулоса. Второго звали Ло-Мук. Он был помощником наместника Соули, который управлял небольшим городом Охос, куда оба держали путь.
Юнак был отправлен туда по просьбе генерала Муна, командира конницы. Его задача заключалась в том, чтобы проверить, как идет подготовка к пополнению конных отрядов империи лошадьми. Именно на земле санилов уже на протяжении многих веков разводили самых быстрых и выносливых скакунов во всей империи. Князь санилов Митц обещал лично позаботиться о том, чтобы все прошло гладко. Но, к великому сожалению, он не смог встретить Юнака, чтобы показать ему свои конюшни со специально отобранными лошадьми, предназначенными для императорской конницы. В начале весны он отправился в город Тонк, где через несколько дней тяжело заболел. Его сын У-Фас последовал вслед за отцом, чтобы оставаться рядом с ним до тех пор, пока тому не станет лучше. Поэтому вся ответственность за проведение этой встречи легла на плечи наместника Соули.
Разумеется, он не мог покинуть Охос и отправил своего верного помощника Ло-Мука навстречу Юнаку. Тот выехал немедля, как только весть о том, что император выслал своего советника, долетела до стен Охоса.
Ло-Мук встретил советника, когда до Охоса оставалось три дня пути. Тот оказался весьма приятным собеседником, да и сам Ло-Мук был не прочь поболтать. В разговорах незаметно прошли три дня, и путешествие подходило к концу.
Двигаясь по дороге, Юнак то и дело смотрел по сторонам.
— Что вы высматриваете? — спросил Ло-Мук.
— Ничего, — ответил Юнак, — просто никак не могу привыкнуть к вашим бесконечным просторам.
— Вам не приходилось бывать в наших местах?
— Один раз, — ответил советник и повернулся к помощнику наместника, — и то это было зимой. Даже не помню, в каком году, — Юнак невольно улыбнулся и пожал плечами. Он поднялся в стременах и сделал глубокий вдох.
— Жизнь во дворце мне тоже не кажется пресной, — произнес Ло-Мук и вопросительно посмотрел на советника.
— Нет, конечно, но во всем есть свои особенности, — ответил Юнак, — мне нравится дворец и то, чем я занимаюсь, однако все же приятно иногда оказаться в таком месте, — он повёл рукой, как бы предлагая взглянуть вокруг, — здесь настоящая свобода! Оказавшись в таком месте можно пожалеть, что не имеешь крыльев.
— О да! — Ло-Мук рассмеялся, — уж чего-чего, а простора у нас хватает.
— Если бы я не был советником, то наверняка поселился бы именно в таком месте, — воодушевленно добавил он.
— Думаю, что не все согласятся с вашими словами, — сказал Ло-Мук, — а вот жить в Таулосе желают многие. Вот, хоть, к примеру, мой брат. Вы знаете его?
— Ваш брат? — переспросил Юнак. — В городе живет так много людей, что всех просто не запомнить. Чем он занимается?
— Он служит во дворце. Его зовут Ло-По.
— Ах, вот оно что! — воскликнул Юнак. — Ло-По! Как же я не догадался сразу? — сам себе удивился Юнак. — Вы ведь очень похожи. Странно, но я никогда не слышал от него о вас. Он не говорил, что у него есть брат.
— И даже не один, — заметил Ло-Мук, — есть еще Ло-Тан. Он самый младший. Вы его обязательно увидите.
— С удовольствием! — отозвался Юнак. — Чем он занимается?
— Пасет лошадей в трех часах от Охоса. Тех самых, что предназначены для императорской конницы.
— Это очень хорошая работа для молодого мужчины. Кстати, сколько ему лет?
— Тридцать. Еще довольно молод, но он уже опытен, — сказал Ло-Мук. — Он очень любит лошадей и знает про них больше, чем кто бы то ни было. Его бы уже давно назначили главным смотрителем за всеми нашими табунами, если бы не возраст. Должен заметить, что сам главный смотритель господин Амонау уже не раз предлагал на всеобщем собрании отдать Ло-Тану эту должность.