Чтение онлайн

Я знала, что он не хотел это обсуждать. Я понимала его, поскольку тоже никогда не хотела обсуждать то, что со мной сделали. Протянув руку, я схватила его за руку раньше, чем он успел отодвинуть её.

— Мне жаль.

Он сжал мою руку, кивнул, а затем отстранился от меня.

— Я пробыл с ними в течение двух дней, когда вампиры напали, насыщаясь патрулями.

— Ого.

Он оглянулся и покачал головой.

— Кто бы подумал, да? Оказалось, что нежить так же погрязла в превосходстве белых, как и живые. Они не стали бы пить из чернокожего мужчины.

— Всё, что помогает тебе дышать, — заметил Клайв.

Рассел хмыкнул в ответ.

— Я старался держаться как можно тише, надеясь, что они забудут обо мне. И это почти сработало. Когда они уходили, один из них остановился и склонил голову набок.

— Твоё сердцебиение, — сказал Клайв.

Рассел кивнул.

— Да. Он вытащил нож из-за пояса мёртвого патрульного и двинулся ко мне. Он только поднял руку, когда прибыла ещё одна разношерстная группа вампиров. Они следовали за патрулями, и у них украли ужин. Они вступили в драку, разрывая друг друга на части. Я никогда не видел ничего подобного. Это было ужасно. Я понял, что они были прокляты. И всё же я хотел обладать такой силой.

— Они буквально перебили друг друга. Остался один, но он был никакой. Я заключил с ним сделку. Если он сделает меня одним из них, я оттащу его в безопасное место и позабочусь о нём, пока он не выздоровеет, — он снова оглянулся. — Я понятия не имел, на что будет похожа первая жажда, что со мной будет.

— Оглядываясь назад, я понимаю, что он сам был всего лишь новичком. Это не должно было сработать, но на следующую ночь, когда я проснулся, он был мёртв, а я был голоден. Я всё слышал и чуял. Ночь ожила вокруг меня, и я сходил с ума от жажды.

— Да, — пробормотал Клайв.

— Я бежал так быстро, что мне казалось, будто у меня есть крылья. Я нашёл ещё одну группу патрулей… трёх белых мужчин с двумя беглянками-женщинами. Я оттащил ублюдков от рыдающих женщин, сломал двум шеи с большей лёгкостью, чем это было возможно, а третьего испил досуха. Когда мой мозг снова заработал, я увидел двух женщин, обнажённых и прижавшихся друг к другу, их глаза в свете костра были похожи на блюдца. Я велел им одеваться и бежать, указал на запад.

— В течение нескольких недель я был в своём собственном патруле, убивал ловцов беглых рабов и освобождал беглецов. Я стал героем истории о привидениях, которую они рассказывали ночью у костра. Когда они вздрагивали от шума в темноте, они воображали, что это я.

Рассел улыбнулся, я поняла, почему многие боялись его.

— В конце концов, я столкнулся с другими вампирами. Как ни странно, когда они голодали, цвет моей кожи стал менее важным, — он издал звук отвращения в глубине горла, а затем продолжил: — Самый умный, сильный, тот, кто всегда достоверно находил пищу, и это было незадолго до того, как я стал Мастером. Я ненавидел их так же сильно, как они ненавидели меня, но я не могу отрицать глубокое удовольствие от того, что белые люди выполняли мои приказы.

— Примерно через неделю после моего пребывания в должности я обнаружил огромную группу, двенадцать патрульных с двадцатью тремя беглецами. Я спланировал нападение до мельчайших деталей. Они знали правила. Беглецов всегда отпускали. Нас было всего пятеро. Двенадцати патрульных было более чем достаточно, чтобы насытить нас на несколько дней.

— Всё прошло так, как планировалось. Однако на следующий вечер, когда я отправился на поиски следующей патрульной группы, я обнаружил троих беглецов, обескровленных досуха, их мёртвые тела едва скрывались под ветвями деревьев. Оставив вампиров, которых я вёл, тех, кто толкал меня всё дальше и дальше на восток, чтобы найти более крупные группы, я продолжил путешествие на запад. Прошло совсем немного времени, прежде чем я нашёл ещё больше мёртвых беглецов.

— На вторую ночь я нашёл заброшенный сарай в поле, которое осталось под паром. Я слышал шепчущие голоса, крики, которые привели меня к ним. Когда я увидел… я никогда не испытывал такой ярости. Все беглецы, которых, как я думал, я освобождал, были схвачены другой партией вампиров, остальной частью группы, с которой я работал. Мёртвые тела беглецов были сложены, как дрова, вдоль стен, в то время как пятеро, всё ещё дышащих, цеплялись друг за друга в центре загона, с ужасом глядя на окружающих их вампиров.

Рассел наклонился вперёд, положив руки на бёдра.

— Ну, детали не важны. Я вошёл, как рука Божья, и убил их всех. Беглецы были близки к кататонии, когда я открыл загон и попытался освободить их. Вот тогда я понял, что клыки превосходят меланин.

— Я вернулся и нашёл тех, с кем путешествовал. Они были за пределами плантации, жалко пытаясь спланировать нападение, как могут только преступно глупые. Я легко убил их всех, но не испытал триумфа. Я думал, что использую свою новообретённую силу и скорость, чтобы исправить ошибки, найти справедливость. Вместо этого я был просто ещё одним чернокожим, которого невольно использовали, чтобы предать свой собственный народ.

— Ты никого не предавал, — тихо сказал Клайв.

Он покачал головой.

— Скажите это тем, кто думал, что они, наконец, вырвались на свободу, только для того, чтобы быть использованными — по общему признанию, более кровавым и непосредственным способом — другими белыми угнетателями.

Какое-то время мы сидели молча.

— После этого я отправился на запад, следуя своему первоначальному плану. Когда я натыкался на вампиров, я убивал их. Не имело значения, к какому ноктюрну они принадлежали или кем питались. Они были напоминанием о том, что независимо от того, что я делал, какими бы сильными сторонами или талантами я ни обладал, меня никогда не будут воспринимать иначе, как нечто незначительное.

— Двигаясь ночью, я, в конце концов, добрался до Сан-Франциско. Я слышал об этом английском ублюдке, — он указал большим пальцем на Клайва. — И планировал убрать его.

Он усмехнулся, и на этот раз в его смехе не было злобы.

— Я едва сделал свой первый шаг, как уже летел по воздуху и отскакивал от дерева. Я никогда не видел, чтобы кто-то двигался так быстро. Он одолел меня за смехотворно короткое время. Я ждал, когда он возьмёт меня за голову, испытывая небольшое облегчение, если честно, но он спросил, кто я такой и почему я так сильно желал его смерти.

Грудь Клайва задрожала у меня за спиной, когда он засмеялся.

— Мне показалось, что это важная информация.

— Поскольку я предполагал, что я был в нескольких шагах от того, чтобы избавиться от страданий нежити, я извергал все грязные вещи, которые мог, обвиняя его во всех отвратительных вещах, которые делали другие вампиры. Однако вместо того, чтобы взять меня за голову, он протянул мне руку и пригласил выпить с ним пинту, поскольку это прозвучало так, как будто мне пришлось нелегко.