Чтение онлайн

— Лес!

Я могла себе представить в деталях, как прошел этот разговор. Лесли была мастером манипуляции. Скорее всего, Гидеон и не понял, что произошло.

— Ты позже меня поблагодаришь, — сказала Лесли и хихикнула. — Сейчас нам нужно подумать, как поступить с костюмами. Я уже натыкала шариковые ручки в зеленый дуршлаг, в виде шляпы смотрится изумительно! Если хочешь, могу отдать тебе.

Я застонала.

— О господи! Ты действительно ожидаешь от меня, что я на первое официальное свидания с Гидеоном надену мусорный мешок и дуршлаг в виде шляпы?

Лесли колебалась очень коротко.

— Это искусство! И смешно. И не стоит ни копейки, — объяснила она. — Кроме того, он так влюблен в тебя, что ему абсолютно все равно.

Я уже поняла, что мне придется несколько схитрить.

— Ну хорошо, — сказала я, якобы сдавшись. — Если ты настаиваешь, пойдем в роли марсиан. Ты по-настоящему крута. И я даже завидую, потому что тебе совершенно безразлично, что думает Рафаэль по поводу сексапильности девочек с надетым на голову дуршлагом, утыканным ручками. И что ты, танцуя с ним, будешь хрустеть, а на ощупь будешь как… ну, как мусорный мешок. И что от тебя будет исходить легкий химический душок. И что Шарлотта в своем костюме феи отпустит парочку особо мерзких замечаний…

Лесли молчала ровно три секунды. Потом медленно сказала:

— Да, мне все это абсолютно безразлично…

— Я знаю. Иначе я предложила бы, что можем попросить мадам Россини одеть нас на вечеринку. Она бы нам одолжила что-нибудь в зеленых тонах: платья из фильмов с Грейс Келли и Одри Хепберн. Или платья, в которых танцевали чарльстон в «золотых» двадцатых. Или бальные платья из…

— Ну хорошо, хорошо, — перебила меня Лесли громко. — Я уже при имени Грейс Келли была согласна. Забудем о дурацких мусорных мешках. Как ты думаешь, мадам Россини уже проснулась?

— Как я выгляжу?

Мама повернулась еще раз вокруг себя. С того момента, как утром позвонила миссис Дженкинс, секретарша Хранителей, которая попросила ее сопровождать меня к сегодняшней элапсации, она переодевалась три раза.

— Очень хорошо, — сказала я, даже не глядя в ее сторону.

Лимузин должен был прибыть с минуты на минуту. Приедет ли за мной Гидеон? Или он будет ждать меня в штаб-квартире? Вчерашний вечер закончился слишком неожиданно. Нам так много надо было еще друг другу сказать.

— Я — с вашего позволения — считаю, что голубой наряд смотрелся лучше, — заметил мистер Бернхард, смахивающий огромной метелкой пыль с рам портретов в холле.

Мама тут же помчалась наверх.

— Вы правы, мистер Бернхард. Этот костюм смотрится слишком нарочито. Слишком элегантно для субботнего полдня. Он еще подумает не то. Как будто я специально для него так нарядилась.

Я послала мистеру Бернхарду укоризненную улыбку.

— Обязательно нужно было?

— Она спросила. — Карие глаза за «совиной» оправой подмигнули мне, потом он посмотрел в окно: — О, вот и лимузин. Должен ли я сообщить, что сборы немного продлятся? К голубому наряду она не сумеет найти подходящую обувь.

— Я сама скажу. — Я забросила школьную сумку на плечо. — До свидания, мистер Бернхард. И, будьте добры, приглядывайте за вы-знаете-за-кем.

— Разумеется, мисс Гвендолин. Вы-знаете-кто не сумеет даже приблизиться вы-знаете-к-чему.

С едва заметной улыбкой он продолжил свое занятие.

В лимузине Гидеона не было. Зато был мистер Марли, открывший дверь машины, как только я вышла наружу. На его круглом лице было раздражение, как и все предыдущие дни. Может, даже немного больше. И на мою восторженную фразу «Сегодня замечательный весенний день!» он вообще ничего не ответил.

— Где миссис Грейс Шеферд? — спросил он вместо этого. — У меня приказ, незамедлительно доставить в Темпл ее тоже.

— Это звучит так, как будто вы собираетесь отдать ее под суд, — сказала я.

Если бы я знала, как близки к правде были эти слова, вряд ли бы я сохранила свое хорошее настроение.

После того как мама, наконец, была готова, мы добрались до Темпла довольно быстро по лондонским меркам. Нам пришлось стоять всего в трех пробках, и уже через пятьдесят минут мы были у цели, и я спрашивала себя, почему мы не можем просто ехать на метро.

У входа в штаб-квартиру нас ждал мистер Джордж. Я заметила, что он выглядел серьезнее, чем обычно, а его улыбка — несколько принужденно.

— Гвендолин, мистер Марли проводит тебя вниз для элапсирования. Грейс, вас ожидают в Зале Дракона.

Я вопросительно посмотрела на маму.

— Что они от тебя хотят?

Мама пожала плечами, но явно напряглась.

Мистер Марли вынул черный шарф.

— Идемте, мисс, — сказал он. Он схватил мой локоть, но тут же отпустил его, увидев мой взгляд. С плотно сжатыми губами и горящими ушами он резко произнес: — Следуйте за мной. Сегодня у нас очень плотный график. Я уже выставил хронограф.

Я еще раз ободряюще улыбнулась маме и поплелась за мистером Марли вниз. Он взял сумасшедший темп и, как обычно, вел разговоры сам с собой. На ближайшем повороте он едва не врезался в Гидеона, но тот хладнокровно увернулся.

— Доброе утро, Марли, — сказал он небрежно.

Мистер Марли, пусть и слишком поздно, смешно подпрыгнул. Как и мое сердце, когда я увидела, как на лице Гидеона распускалась улыбка, размер которой можно было сравнить с восточной частью дельты Ганга. (Как минимум!)

— Привет, Гвенни, как спалось? — спросил он ласково.

— Что вы здесь делаете? Вы давно уже должны были быть у мадам Россини и быть одетым, — начал ругаться мистер Марли. — У нас сегодня очень-очень плотный график, и операция Черный турмалин тире Са…

— Идите просто вперед, Марли, — сказал Гидеон дружелюбно. — Мы с Гвенни придем через пару минут. И потом я моментально переоденусь.

— Вы не оде… — начал мистер Марли, но внезапно дружелюбие исчезло из взгляда Гидеона, и он стал настолько холоден, что мистер Марли втянул голову в плечи. — Но вы не забудьте завязать ей глаза, — сказал он еще и, передав Гидеону черный шарф, поспешил вниз.

Гидеон не стал ждать, пока он исчезнет с глаз, притянул меня к себе и поцеловал в губы.

— Я скучал по тебе.

Я была рада, что здесь не было Ксемериуса, который тут же бы начал кривляться «Я по тебе то-о-о-оже», обвила руками шею Гидеона и страстно поцеловала его в ответ. Гидеон прижал меня к стене, и мы оторвались друг от друга лишь тогда, когда со стены свалилась картина. Четырехмачтовик в бурном море маслом. Дыша с трудом, я попыталась повесить картину обратно на гвоздь. Гидеон помогал.