Чтение онлайн

— Напрасно ты так, — прошипел Тоби.

— Совершенно верно! — заорал кто-то и, схватив руку Сабрины противной мясистой рукой, поволок ее за собой.

Оказалось, это мистер Брюзгнер. На виске у него вздулась вена, в которой бешено пульсировала кровь.

— Она же первая! — выкрикнула Сабрина.

— А я последний! — прокричал в ответ Брюзгнер

Сабрина сидела в душном, без окон, кабинете мистера Шипшенка и ждала наказания. Секретарша в очках с толстыми стеклами, тихая как мышь, сказала, что советник примет ее, как только освободится. Прошло уже три часа, а он всё еще не появлялся.

Сабрина сидела и вспоминала всё случившееся за сегодняшний день. Этот ее шестой класс — просто кошмар, ясное дело, но никто ей об этом даже не намекнул. Она-то думала: ну учебники, ну задания всякие, ну тесты, но ведь не бандитские же разборки. Ученики всех ненавидят, учителя подлые — в общем, всё как в приюте.

Сабрина уже кипела от гнева, когда наконец явился мистер Шипшенк в галстуке со смеющимися рожицами. Следом за ним вошел негодующий мистер Брюзгнер. Оба сели напротив нее.

— Ну что ж, Сабрина, — начал Шипшенк, — может, хочешь рассказать, почему Натали сейчас в школьном изоляторе с синяком под глазом?

— Я вам расскажу почему! — взревел мистер Брюзгнер. — Вот эта во всем виновата!

Мистер Шипшенк откинулся на спинку и облизнулся, будто ему подали вкусный обед:

— Ну давай, Сабрина, расскажи, что случилось.

— Эта уродина подставила мне подножку, — сказала Сабрина, утирая пот со лба.

— Это, разумеется, ее версия, — перебил Брюзгнер, — а я своими глазами видел, как всё было.

— Если бы вы видели всё, как было на самом деле, мы бы сейчас здесь не сидели! — отрезала Сабрина, удивляясь, что снова закипает от гнева: в висках опять зашумело, сердце бешено заколотилось. Может, она больна?

— Нет, вы видите, какова?! — взревел Брюзгнер. — Не знаю, как там у вас в большом городе, а здесь ты либо будешь уважать меня, либо пеняй на себя!

— Да я уж видела на вашем уроке, что значит «пеняй на себя», — сказала Сабрина. — Видела я, как вы заставляете себя уважать. Одних оскорбляете, других высмеиваете и унижаете. Но со мной — только попробуйте! Только посмейте!

Услышав это, мистер Брюзгнер подскочил в своем кресле так, будто сел на осиное гнездо.

— Неужели вы позволите ей так со мной разговаривать? — вдруг жалобно захныкал Брюзгнер, обращаясь к советнику по учебному процессу.

— Давать волю эмоциям, выпускать, так сказать, пар — это же полезно для здоровья, — заметил Шипшенк. — Потом, у Сабрины есть право что-то сказать в свою защиту.

— Оставьте эти ваши новомодные психологические штучки, — отмахнулся Брюзгнер. — Лучше скажите, как вы собираетесь ее наказать?

— Меня? За что?! — крикнула Сабрина. — Не я же первая начала!

— Мистер Брюзгнер, по-моему, пора сделать небольшой перерыв, — сказал советник, поднимаясь со своего места. Он подошел к кипевшему от негодования учителю, взял его под руку и подвел к двери. — Если обнаружите других желающих стать чемпионами по боксу, пожалуйста, немедленно сообщите мне.

— Но вы ничего не сказали, как вы собираетесь поступить с этой? — запротестовал Брюзгнер, но мистер Шипшенк выставил его в коридор и захлопнул дверь прямо у него перед носом. — Дисциплина — вот основа образования! — крикнул учитель через дверь. — Еще посмотрим, как на это отреагирует директор!

Советник Шипшенк ничего не ответил и, вернувшись за свой стол, широко улыбнулся Сабрине:

— Ну и денек у тебя сегодня, правда?

— Драку не я затеяла, но и в обиду себя тоже не дам, — сказала Сабрина.

— А я и не возражаю, — заметил Шипшенк. — Думаю, Натали получила по заслугам. Она еще в детском саду со всеми дралась. Держу пари, ты лихо ее с ног сшибла.

Сабрина ничего не могла понять: ведь взрослые вечно твердят, что конфликты надо разрешать мирно, а тут…

— И вы не будете говорить со мной о том, что драка не аргумент? — спросила она.

— Допустим, мы уже обсудили это. — Мистер Шипшенк подмигнул ей. — Сабрина, я же знаю: быть шестиклассником нелегко. Кругом много несправедливого, и рассердиться, что кто-то подставил тебе ножку, — нормальная человеческая реакция. А что дальше? Промолчать? Сдержаться? Мы все прекрасно знаем, что будет, если встряхнуть бутылку с газировкой. Едва попытаешься ее открыть, как она тут же взрывается. С эмоциями, я думаю, то же самое. Их надо выплеснуть, как только они появились, иначе потом взорвешься сам.

Даже если всё это новомодные психологические штучки, как утверждал Брюзгнер, Сабрине понравилось то, о чем говорил мистер Шипшенк. Уже давно никто из взрослых не прислушивался к ее словам так, как он. Казалось, ему действительно интересно, о чем она думает.

— Знаешь, давай забудем обо всем, — предложил советник. — Ты здесь просидела так долго, что у тебя было время подумать о случившемся.

Сабрина встала, немного помолчала, а потом спросила:

— Мистер Шипшенк, скажите, а будет когда-нибудь лучше?

Он лишь рассмеялся:

— Хотел бы я ответить «да»… Но не беспокойся: когда-нибудь от этого места не останется ничего, кроме старинных преданий…

Сабрина посмотрела на часы. Уроки закончились пять минут назад, и Дафна, должно быть, ждет ее.

— Мне нужно встретить сестру.

— Конечно, иди, — сказал советник, — но напоминаю тебе: моя дверь всегда открыта и слушать я умею.

Сабрина кивнула:

— Ну, тогда до завтра.

— Жду с нетерпением, — ответил советник. Девочка снова кивнула и вышла в коридор. Натали, та самая драчунья, торчала около шкафчиков раздевалки. Под левым глазом у нее красовался сине-пурпурный синяк. Увидев Сабрину, она повернулась и демонстративно ударила кулаком по дверце шкафчика — да так сильно, что осталась хорошая вмятина. Довольная делом своих рук, эта туша улыбнулась, показав на Сабрину пальцем, и вразвалочку пошла по коридору.

«Блеск! Я не пробыла в школе и восьми часов, а уже нажила себе смертельного врага, — подумала Сабрина. — Интересно, что же будет во вторник?»

— Ничего, Сабрина. Утро вечера мудренее, — раздался голос у нее за спиной.

Сабрина обернулась и увидела ту хорошенькую белокурую девочку из ее класса, которую она видела и в спортзале.

— Именно это меня и беспокоит.

Девочка рассмеялась.

— Меня зовут Белла, — сказала она. — Да не волнуйся, у нас не все такие, как Натали.