Чтение онлайн

Для уменьшения ветровой нагрузки и навала сугроба палатку установили с заглублением и вниз, и вбок в снежную нишу склона, как на правой части рисунка. В таком случае ветер прямо давил только на самый верх палатки, а не на весь скат. И верх бокового ската захватывал меньшее количество сдутого ветром снега, чем весь этот скат. Для уменьшения навала снега и давления ветра дятловцы могли дополнительно над палаткой выложить «бруствер» из плотного снега, чтобы сдутый снег задерживался выше палатки. Но такой «бруствер» вместе с наметенным сугробом постепенно увеличивали нагрузку на пласт снега выше палатки.

Палатка дятловцев по всем признакам стояла именно так, как показано на правой стороне рисунка, - ее затемненный выступающий верхний угол (до 0,5 м высотой) был расположен именно так в момент прихода спасателей. Ниже вся палатка стояла под снегом, - весь снег заровняло ветром вдоль склона. При более высокой установке относительно склона (как на левой части рисунка) ее бы так не замело, неизбежно расшатало крепления оттяжек и завалило стойку ветром за 25 суток. Ведь характер следов указывал на то, что верхний слой свежего снега с момента аварии сдуло вниз, - в момент прихода спасателей снега было меньше, чем во время аварии. Да и на последнем снимке дятловцев видно, что высота верхнего края прокопанного участка была около метра.

При «обычной» установке палатка дятловцев имела высоту и ширину около 150 см при длине 450 см, - две палатки по 200 см с вшивкой центральной полосы шириной 50 см. Расширение палатки для «поперечной» укладки туристов достигалось за счет занижения бортов, - их растяжкой наружу и растяжкой крыши. При такой низкой установке палатка имела высоту 120–140 см (длина лыжной палки-стойки), и ее не так уж трудно было убрать «под козырек склона». Конечно, при уменьшенном наклоне скатов крыши, снег с нее сдувало хуже (на рисунке занижение палатки за счет бортов не показано).

То, что часть палатки устояла под давлением снега и ветра в течение 25 суток, указывает на то, что палатку закрепили достаточно надежно.

По свидетельству Аксельрода из всех участников группы Дятлова только руководитель имел опыт ночлега зимой в горах на склоне, а вот ночлегов в тайге они имели немало. Видимо, Дятлов и обучил группу тому, как должна стоять палатка для защиты от ветра. Для этого он выбрал участок в выемке склона с достаточно глубоким снегом, - не менее 120–150 см, судя по заглублениям лыжных палок на фото наполовину раскопанной палатки. А вот об опасности обрушения на палатку подрезанного снизу снежного пласта, Дятлов, похоже не знал. И группа не могла знать, что в ночь с 1 на 2 февраля придет холодный фронт с падением температуры на 24 градуса и усилением ветра.

Плотный наст дятловцы раскололи ледорубом на куски, прикрыв ими края ямы сверху и с боков. Рыхлый снег сгребли лыжами, ведрами и ногами, выравнивая площадку. На площадку уложили лыжи и поставили палатку, закрепив ее на лыжных палках и двух боковых стойках из лыж для поддержки центра. На дно палатки последовательно уложили пустые рюкзаки, телогрейки и два одеяла. Остальные одеяла и куртки расстелили, чтобы накрыться ими внакладку с перекрытием стыков и с бортами на краях. Дорошенко и Колмогорова напилили дрова-чурки и набили ими печку, чтобы утром всем согреться, отогреть и надеть замерзшие ботинки. И натопить немного воды из снега для питья после тренировки с настоящей «холодной ночевкой».

После установки палатки, подготовки печки и веселого общения в ходе ужина с выпуском газеты «Вечерний Отортен» группа улеглась на ночь. Легли ногами к склону. Головой от склона - по описанию Аксельрода, но не исключено, что двое у входа легли головой к склону, - ведь две пары ботинок лежали не там, где остальные, а у другой стенки палатки. Легли плотно, согревая друг друга. Да и длина 4,5 м палатки не позволяла лечь по-другому. Очевидно, что было очень холодно, особенно тем, кто лежал с краев (Дятлову и Золотареву). Укладка поперек палатки была более «теплой», поскольку вдоль холодных стенок лежали всего двое, а не четверо, как бы случилось при укладке вдоль палатки. Теплоотдача от ног и головы заметно меньше, чем сбоку, а утеплить ноги и голову легче.

Ночью мороз усилился, палатка дрожала от ветра, который засыпал ее снегом, сдутым с горы. Внутренний край палатки проседал под тяжестью накопившегося снега в нише между палаткой и склоном. Именно поэтому дятловцы легли головой от склона: легкое придавливание ног просевшим краем палатки вполне допустимо, а вот если бы этот край давил на голову, - вот это было нетерпимо.

Из-за холода приходилось часто менять положение тела, лежа на холодном полу палатки то на спине, то боком. Возможно, в таких условиях заснуть смогли не все, потому коротали ночь в полудреме, каждый со своими мыслями о походе, об учебе, о любви…

Внезапно на палатку в темноте навалилась какая-то тяжесть, раздался треск ткани и крик раненых. Тяжелый пласт снега выше палатки оторвался, провалился и сполз вниз, придавив палатку со стороны задней стенки. Тех, кто лежал с этой стороны и в центре палатки, сильно прижало к полу. Золотареву и Дубининой обвал снега сломал ребра, а Тибо-Бриньолю и Слободину нанес черепные травмы из-за опоры головы на жесткие предметы. Тибо-Бриньоль получил вдавленный перелом черепа из-за опоры головы на концентратор: фотоаппарат или каблук ботинка (предположения Аксельрода и Попова). Все крупные травмы явились результатом компрессионного сдавливания между пластом снега и жестким дном палатки. Вероятно, кто-то быстрее других догадался о том, что произошло, и крикнул: «Лавина! Нас засыпало!». Многие получили сильный удар по голове, - Тибо и Слободин определенно, да и следы в виде ран, ссадин и царапин от этого удара остались на лице почти у всех дятловцев. Характер и условия схода обвала подробно описаны в предыдущей главе.

Палатку наполнили крики и стоны. Многие и после остановки обвала оказались придавлены статической (весовой) нагрузкой остаточного слоя снега, - особенно сильно Золотарев и Дубинина. Это давление на Дубинину вызвало кровоизлияние в стенку правого желудочка сердца. Дятловцы ворочались в придавленной снегом палатке, отжимая навалившийся снег. Сильные парни, видимо, смогли перевернуться на грудь и руками, ногами и всей силой мышц спины вдавить часть снега усилием вверх и отвоевать часть пространства. Наибольшую дееспособность сохранили участники у входа, - в полости у устоявшей стойки палатки. Им пришлось срочно разрезать палатку по складке бокового ската, поскольку вытащить пострадавших из обвала через вход боковым смещением было невозможно. Первая попытка разреза кончилась неудачей, - нож уперся в многослойную диагональную складку палатки, идущую от стойки. Удачную попытку разреза выполнили с начальным проколом выше по этой диагональной складке. После разреза мешавший кусок крыши вырвали силой, и первые смогли покинуть палатку и через открытый вход, и через дыру в крыше.

Одну из курток силой вдавили в снег в скат палатки так, что он треснул. Куртка осталась в разрыве. Следствием обвала явились и крупные трещины в крыше палатки, - одна вдоль ее наклонного ребра на внешнем (к склону) скате, а другая - на внутреннем скате. Центральная полоска ската палатки не оторвалась.

Те, кто выскочил наружу, вырвали и второй фрагмент крыши, мешавший извлечению пострадавших (фрагмент со стороны задней стенки). Отбросив с палатки часть снега, силой вытащили за руки и за ноги Люду, Сашу и Колю, стонавших от боли. Во тьме и спешке спотыкались об оттяжки палатки и натыкались на скрытые под снегом обвала острия лыжных палок - колышек оттяжек. О них поранились Дубинина (рана на бедре), когда ее волоком вытаскивали из палатки.

Раненых отнесли на 15–20 м ниже по склону, - зона палатки была опасна, поскольку новый обвал мог сойти в любую минуту. Теперь, когда такое несчастье произошло, дятловцы не могли пренебрегать этой опасностью, она психологически давила на них, хотя причины ее они во многом не понимали. Механизм получения и опасность травм дятловцы, конечно, также глубоко понять не успели. Неизвестность, непонимание того, что с ними случилось, тоже явились психологическими факторами, усложнявшими положение группы.