Тайна аварии Дятлова
Шрифт:
Дилетантам и людям, которые плохо разобрались с этой ситуацией, отступление дятловцев кажется настолько «непродуманным» и «необоснованным», что для него непременно ищется какая-то дополнительная причина, какая-то «опасность», от которой надо было срочно «бежать» вниз. «Опасности» здесь были налицо, - в виде возможности схода нового обвала на палатку, в виде холода и ветра на открытом склоне горы, и в виде тяжелых травм, последствия которых были непонятны. Могли быть и еще какие-то «составляющие» событий, которые нам сейчас не видны.
Дятловцам удалось достать несколько теплых вещей, - одеяло, пару курток и меховую безрукавку, которые надели на пострадавших, - Тибо, Золотарева, Дубинину. Конечно, следовало достать и всем надеть теплые веши, - куртки и телогрейки. Но остальные тепло одеваться не стали, не смогли или не успели.
Большая часть группы какое-то время простояла на ветру, приводя в чувство раненых. Людмила и Саша, видимо, постепенно пришли в себя и ощутили, что могут идти вниз с поддержкой товарищей. Ситуация требовала для спасения действовать быстро и решительно. Но как?
Всем было понятно, что место опасное, что палатку восстановить нельзя, что группа должна быстро отступить, пока раненые не замерзли и не потеряли дееспособность. Ведь согреваться активным движением они не могли.
Ясно, что доминанта действий: «Вниз! Вниз, в безопасное место!..», - в той или иной мере овладела всеми и явилась определяющей. Факторы давления стихии и стремление быстрее уйти от них возобладали, - они погнали группу на спуск.
Примечание. Достаточно обычная альтернатива (выбор варианта спасения) в ходе аварии сводится к дилемме: что делать, спасаться самим, или спасать «среду обитания»? Например, когда корабль тонет, можно сразу начать пытаться спастись самим. Либо попытаться общими действиями спасти корабль и спастись всем вместе с ним. При воздействии сильного испуга, психологического шока, первые действия обычно направлены на «спасение» путем бегства или ухода от источника опасности, а не на сохранение защитной «среды обитания». Это - достаточно обычная ошибка человека в шоковом состоянии (связанная с проявлениями инстинктов самосохранения). Такая ошибка является роковой, когда спасение путем бегства невозможно (когда не просчитаны последствия такого бегства), и тогда, когда спасение возможно, реально достижимо или просто необходимо только путем спасения защитной среды обитания (палатка, корабль, самолет и.т.п.). В данном случае, видимо, была допущена именно эта ошибка: действия туристов были направлены на «самоспасение», включая и спасение травмированных участников. При этом действия по «сохранению защитной среды обитания» оказались недостаточными.
На переходе стали терять отдельные мелкие вещи: фонарь, тапочки, отдельные носки. Переход затянулся, поскольку раненые не смогли идти быстро. Немного ниже попали в ложбину, где усилился боковой ветер при выходе из-под защиты отрога горы. В полукилометре дошли до границы леса, но редкий и мелкий лес здесь не мог защитить от ветра. Пришлось пройти еще около километра до крупного кедра.
У кедра, приняли решение разжечь костер, согреться, и частью группы вернуться за снаряжением. Но чем разжечь костер? Жечь одежду «с себя» нельзя, - ее и так не хватало. Видимо, для разжигания костра решили пожертвовать суконным одеялом, используя его обрезки в качестве трута. Позже обрезок этого одеяла (Колеватого) нашли на настиле в виде «обмотки шинельного сукна» с тесьмой и «завязками». Не исключено, что в качестве трута использовали и запасную фотопленку, оказавшуюся у кого-то в кармане.
Кроме трута, требовались сухие дрова. Валежник находился в основном под снегом, - поисковик Коптелов отмечал отсутствие какого-либо «валежника» у костра. Сушины найти в темноте трудно, а молодые пихты не горели совсем. Лес оказался очень «плохим» с точки зрения разведения костра без топора и пилы.
Неплохо горели ветви кедра, - чтобы их обломить, залезали с подсадкой на дерево и ломали крупные нижние сучья, наступая на них сверху и подтягивая снизу. Руки уже начали серьезно замерзать, - от этой работы на коре кедра остались клочки окровавленной кожи. Но перерубить или перепилить сучья было нечем. Дров явно не хватало, и скоро стало ясно, что небольшой костер у кедра всех не согреет, поскольку ветер уносил большую часть тепла. Требовалось оборудовать укрытие, более защищенное от ветра, чтобы в нем не только прятаться от ветра, но и согревать друг друга. В 70 м от кедра на скате к ручью откопали в снегу нишу и внутри соорудили настил из сломанных пихт. Настил покрыли лапником, срезанным с молодых елочек. Сюда снесли пострадавших, чтобы укрыть их от ветра, и чтобы они могли согревать друг друга.
При переохлаждении мог серьезно сказаться фактор намокания одежды из-за отсутствия телогреек и теплых курток (теплой верхней одежды). Одежда намокла уже при выходе в «теплом» состоянии из палатки через слой снега. На спуске и у кедра сильнее намокли те, кто совершал самую тяжелую физическую работу, кто пытался отогреться у костра без теплой верхней одежды. И у кого свитера, легкие лыжные куртки и футболки сильнее промокли на ветру от снега в процессе работы.
В какой-то момент все стали понимать ошибочность поспешного отступления от палатки без снаряжения, обуви и теплой одежды. Дятлов вместе с Колмогоровой и Слободиным предприняли отчаянную попытку вернуться к палатке. Двигаясь на открытом ветру пространстве ложбины, эта группа погибла в борьбе. Здесь развязка событий сопровождалась разделением группы. Видимо, Дятлов приказал или разрешил товарищам идти к палатке в одиночку, дав им шанс спастись и оказать помощь всей группе. По положению тел они ползли или легли отдохнуть на последней остановке, где изнеможение от холода и потери сил остановили их навсегда из-за отказа конечностей. Колмогорова была лучше одета, чем Дятлов и Слободин, и смогла приблизиться к палатке ближе всех. Видимо, она погибла последней из этой тройки. Слободин мог потерять сознание из-за черепной травмы головы. Лежа в снегу, он погиб не сразу, - ледяной нарост у его лица образовался от долгого дыхания в снегу. Дятлову, видимо, мороз сильно прихватил руки и ноги из-за слабой защиты конечностей вследствие потери носков потерял в снегу. Обездвиженный, Игорь заснул навсегда у молодой березки.
Ветер мог иметь такую силу, что не позволял двигаться стоя, прижимал к снегу. Подобный ветер встретили поисковики, когда несли погибших к вертолетной площадке на перевале, и когда Слобцова порыв ветра сбил с ног. По всем признакам эта тройка дятловцев именно так и погибла в борьбе, пытаясь пробиться к палатке, чтобы спастись и спасти товарищей, принеся им одежду и снаряжение.
Оставшиеся у костра два Юры, - Дорошенко и Кривонищенко тщетно пытались согреть замерзающие руки и ноги в пламени костра. Самые крупные парни, они, видимо, были наиболее легко одеты и очень сильно выложились на физической работе, помогая спускаться пострадавшим и при заготовке дров. Намокание их одежды снаружи и изнутри от физической работы и попыток согрева от костра привело к еще более сильному охлаждению. А ожоги рук, на которых кожа была сорвана до мяса, могли вызвать шоковые болевые реакции на морозе. Поэтому не удивительно, что «два Юры» очень сильно страдали от холода и стали сдавать раньше раненых товарищей. Ведь пострадавших все, как могли, старались отогреть у костра, они были лучше одеты, а потом их спрятали в снежное укрытие, в котором они были защищены от ветра и все же обогревали друг друга. С ранеными оставался Саша Колеватов, - он пытался разжечь костер в укрытии вблизи ручья и временами возвращался к костру у кедра. У Колеватова тоже остались следы ожогов на руках и на рукавах одежды.
В какой-то момент действия участников у костра и ручья стали неадекватными, плохо осознанными. Потеря сознания и гибель Дорошенко и Кривонищенко могла быть вызвана шоком от ожога рук в костре при потере и восстановлении чувствительности рук из-за обморожения с сильной болевой реакцией. Для шока характерно нарушение болевых реакций, что, похоже, имело место по состоянию их ожоговых травм. При шоке наряду с потерей болевой чувствительности могут происходить резкие болевые реакции, угнетающие психику и парализующие человека. Намокшая одежда их не согревала и мешала согреться от костра. Кроме того, попытки согреться у костра привели к загоранию одежды: Юра Кривонищенко сжег брюки. По всем признакам Дорошенко и Кривонищенко так замерзли, что промокшая заледенелая одежда им показалась лишней обузой. Чтобы стало теплее, они разделись, пытаясь согреться у костра, накрывшись одеялом. Но одеяло промокло от снега и тепла костра. Все эти усилия вместе с большими тепловыми потерями от работы и травмами от ожогов привели к засыпанию или потере сознания, с последующей гибелью от замерзания.
Примечание. Сильное переохлаждение вызывает нарушение координации движений. Из-за тяжелого угнетения холодом нарушается психика, а действия становятся плохо осмысленными, беспорядочными и медленно затухающими (см. книгу А.Бартон, О.Эдхолм. «Человек в условиях холода», Москва, Иностранная литература, 1957). Поражение холодом вызывает и нарушения работы мозга, которые на стадии агонии вызывают неадекватные действия. Люди иногда пытаются согреться любой ценой, надевают на себя одежду погибших. Другие наоборот, раздеваются на морозе, поскольку им кажется, что одежда уже не согревает, а охлаждает их. Холод давит подобно тяжелому бревну, которое человек удерживает на себе какое-то время, но потом нагрузка приводит к физиологическим нарушениям, приводящим к гибели. Поражение холодом парализует конечности и лишает человека способности сопротивляться. При наступлении «холодной усталости» человек уже не может согреться движением, - и на это, и на поддержание движения не хватает энергии, поскольку тепловые потери заметно превышают тепловыделение. Обездвиженный человек засыпает, чтобы уже не проснуться. Во сне холодной комы наступает смерть от нарушения работы кровообращения, дыхания и нервной системы (см., например, статью А.Долинина «Приказано выжить-7. По следам прошедших холодов». Журнал ЭКС № 1 за 2003 г., с. 50).
Первыми погибли от холода те, кто наиболее сильно выложился на работе, кто понес самые сильные тепловые потери, кто имел наиболее легкую одежду или кто отдал свою одежду пострадавшим, кто сильнее намок, кто длительно находился на ветру, кто хуже переносил холод. Предположительно это Дорошенко и Кривонищенко. И погибали те, кто был ослаблен дополнительно полученными травмами, - по совокупности всех этих факторов, каждый из которых мог быть превалирующим в той или иной степени.
Находившиеся в укрытии дятловцы были лучше защищены от ветра, лучше одеты и, несмотря на травмы, продержались немного дольше, чем их товарищи у костра. Колеватов сходил к костру и обнаружил погибших Дорошенко и Кривонищенко. Он взял снятую ими одежду, чтобы использовать ее для товарищей, оставшихся в живых. Возможно, он срезал с них свитера, - тот факт, что свитер на Дубининой был срезан, говорит о том, что его невозможно было снять обычным образом с живого человека (да и надеть на травмированную Люду целый свитер было непросто). А может, было и наоборот: может, свитер хотели снять с погибшей Дубининой, порезали его, но снять не смогли или не успели. Действия Колеватого из-за переохлаждения тоже стали плохо осмысленными. В укрытии, видимо, первым погиб Тибо-Бриньоль, а за ним затихла Люда Дубинина, - у нее остановилось сердце от травмы и холода. Не исключено, что живые немного отодвигали погибших в стороны или вниз с настила. Понятно, насколько тяжело лежать рядом с мертвыми. Поэтому Дубинина и Тибо-Бриньоль после и оказались немного в стороне от Золотарева и Колеватого, лежавших вместе и по всем признакам погибших последними.
После гибели Дубининой Колеватов пытается спасти Золотарева, надев на него куртку и некоторые вещи Дубининой, и согревая его своим телом. В них обоих, видимо, еще теплилась надежда на помощь товарищей, ушедших к палатке за вещами и снаряжением. В ожидании возвращения оба забылись тяжелым сном и уже не проснулись. Они так и остались лежать, - Колеватов обнял Золотарева со спины, прижавшись к нему грудью, чтобы согреть товарища и согреться самому.
Трагические картины «холодных аварий» несут не себе печать незавершенности действий. Люди, пораженные холодом, уже не могут приложить нужные усилия, не могут поднять потерянные вещи, не могут помочь друг другу… Выражаясь образно, их попытки, - это «сбор выбитых зубов сломанными руками»! Все эти действия оставляют следы непонятного хаоса, разбросанность людей и вещей. Вещи странным образом разбросаны, сломаны, разрезаны, перепутаны. Ветер и плохо осмысленные действия людей хаотично разбрасывают по склону одежду, предметы снаряжения и людей. Люди погибают в разных позах там, где холод лишил их подвижности, где у них парализовало руки и ноги, где они уснули вечным сном. Все эти картины достаточно похожи, - и на склонах пиков Ленина и Победы, и на склонах Эльбруса, и в лесу под горой Холатчахль. Такое разбрасывание людей и вещей очень «смазывает» концовку всех холодно-ветровых аварий, делает ее непонятной, нелогичной, противоречивой. У людей «непосвященных» итоговая картина «холодной аварии» вызывает недоумение, трепет и «комплекс непонимания». Людям кажется, что произошло что-то необычное, и людей впечатлительных фантазии здесь заводят достаточно далеко. Но некоторые моменты событий понятны. Например, значительная часть тряпок, потерянных в снегу, - это попытки как-то утеплить замерзающие ноги и руки. Но тряпки - не обувь. Они плохо держались на ногах, а вот попытки искать их в снегу и вновь заматывать ноги замерзающими руками заканчивались быстро.