Чтение онлайн

Однако увидев его растерзанные и окровавленные ноги, один из сирийцев слез с коня и подошел к Кассию, предложив ему флягу с водой.

Кассий не ожидал такого поворота от «врагов», но слегка помедлив, принял флягу и начал жадно пить.

Один из наездников, с черной бородой и длинной загнутой саблей в ножнах, богато украшенной изысканным рисунком, видимо был самым главным из солдат. Он что-то коротко приказал всем остальным и те, развернув своих коней, направили их к подножию горы. Сириец взял его коня за поводья и сев на него, потащил коня Кассия за собой.

Кассий почувствовал, что от большой потери крови, вновь начал терять сознание. Очнулся он, лежа в каком-то неизвестном ему месте. Над его головой склонилось двое чужестранцев: молодая черноволосая девушка и седоволосым сириец, тот самый, что дал ему воды.

Девушка и сириец начали о чем-то говорить между собой, по их интонации Кассий понял, что они обсуждали его.

Он поднял голову и посмотрел на свои ноги, одна из них была замотана на пятке, другая полностью по колено. Пальцев на обеих ногах он не чувствовал, от того, что он увидел, его затрясло и он тихо промычал:

– Где я? Кто вы такие?

Черноволосая девушка начала говорить с ним на сирийском.

– Когда тебя привезли, ты истекал кровью, тебя знобило, у тебя был сильный жар. У тебя были рваные раны по всему телу, а на ногах особенно сплошные открытые. Моему отцу пришлось сделать все возможное, чтобы спасти твои ноги. Он наложил швы, положил лекарство, а затем перевязал тебя. Мой отец – наш местный лекарь. Его зовут Джераб. Меня зовут Асмин, я знаю сирийский язык, потому что мой отец-сириец, а мать-арабка.

Кассий, сжавшийся от шока, перевел взгляд на оракула, в его глазах заблестели слезы, но он взял себя в руки, так как был воином, и сквозь зубы процедил: «Спасибо, что спас меня от смерти! Как мне отблагодарить тебя, Джераб?”

– Не нужно мне твоей благодарности, я выполнял свой долг перед раненным воином. Единственное мое желание, чтобы ты смог ходить! – произнес Джераб.

По исхудавшему, болезненному лицу Кассия, покрытого потом, потекла скупая мужская слеза. Как же я смогу теперь ходить?

Ты издеваешься надо мной? Лучше бы я умер от зубов волков, чем всю жизнь оставаться храмым инвалидом.

Асмин посмотрела на него с состраданием и слезы покатились из ее больших и карих глаз. Она плакала вместе с ним, и это были слезы сопереживания. Через минуту, она уже взяла себя в руки, утерла слезы и предложила выпить Кассию вина из кувшина и немного простой сирийской похлебки. Кассий поел, выпил вина, и поблагодарил Асмин за ее доброту. К вечеру оракул пришел навестить больного и сменить ему повязки на ранах. Он промыл их жгучим спиртом, от боли Кассий вновь чуть не взревел. Но сжав зубы, мужественно перенес эту гадкую, но нужную процедуру. Ежедневно Асмин и Джераб ухаживали за раненным воином. Так прошел месяц, за который Кассий научился сам вставать и ходить припрыгивая, опираясь о большую палку. Тем временем, над деревней, где жили местные, надвигалась очередная беда. В один из светлых солнечных дней, в нее приехал гонец, привезший дурную весть.

У гонца был свиток из пергамента, с подписью и печатью императорского дворца.

Гонец огласил приказ, по которому все мужское население деревни от 18 до 55 лет должно было взяться за оружие и примкнуть к полкам сирийских воинов, защищающих страну от нападения иностранных врагов.

Кассий слушал приказ и в его голове родился план: ему, как спасенному сирийцами, суждено было воевать на стороне сирийского народа против своего.

Для него это было делом чести. Но к его большому сожалению, его не взяли в отряд.

Ему было приказано оставаться в деревне и защищать ее от нападения.

Кассий был потрясен, его мужское самолюбие было уязвлено настолько, что у него не было слов, выразить весь тот гнев, что вскипел в его душе.

По натуре он был горяч, но последнии события сильно поменяли его, он стал не то, чтобы покорнее, а скорее мудрее, он хотел приносить пользу людям, а кому – ему калеке было уже не так важно.

Среди своих он считался погибшим от стаи волков, а среди сирийцев – одноногим калекой, не годным даже считаться мужчиной.

Так думал Кассий, пока один из мальчуганов, лет 16, не подбежал к нему и не спросил:

– Это правда, что вы будете охранять нашу деревню от врагов? Я бы хотел тоже участвовать в этом. Но я еще несовершеннолетний, меня не взяли в отряд.

– Не стоит переживать о том, кому повезло больше, юнец. В конце-концов нас всех могут ждать суровые испытания. Ты умеешь драться на мечах?

– Немного, мой отец, иногда показывал некоторые приемы самообороны, сейчас он уходит на войну, среди призванных.

– Как тебя звать? – спросил парня Кассий.

– Я – Мустафа, сын Абдуллаха.

– Хорошо, Мустафа, приходи сегодня к вечеру ко мне в хижину, я покажу тебе как нужно владеть мечом.-

А как зовут тебя? – поинтересовался Мустафа. – Я – Кассий, Победитель волков.

Мустафа ждал наступление вечера весь день. Он рассказал об этом отцу, который собирался на войну и тот был растроган. Он по-отечески скупо, но с добротой в глазах, посмотрел на своего резко повзрослевшего сына и сказал:

– Мне так хотелось разделить с тобой момент твоего взрослениявчера, после известия гонца, и я боялся, что этого я мог уже и не увидеть.

– Но сегодня я понял, что этот день настал. И наш с тобой разговор очень ценен для меня. Ступай, учись у Кассия всему, и береги себя, Мустафа.

Мустафа обнял Абдуллаха, и молча вышел из хижины. По дороге к дому своего будущего учителя, Мустафа встретил еще мальчишек-подростков, которые также оставались в деревне. Он рассказал им о Кассие, и они тоже захотели пойти с ним.

Так, к вечеру возле хижины Кассия образовался отряд молодых и юных сирийских мальчишек, сгораемых любопытства и ожидания встречи с Победителем волков.

Кассий после разговора с Мустафой тоже находился в приподнятом настроении. Его жизнь, наконец, обрела какой-то смысл. Он почувствовал, что стал кому-то нужен, это грело его душу, на чью долю выпало столько страданий.

Он рано проснулся в этот день, так не мог заснуть после такого волнительного разговора. Повелитель волков наточил и отполировал свой меч и ждал прихода Мустафы.