Чтение онлайн

Ксу, обернув остатки халата вокруг живота, хлопотала возле поваренка, перевязывая ему грудь другой полоской халата. К ним подбежал первый прыгнувший с лодки пират, бежавший на помощь товарищам. Ксу, не вставая, набрала в ладонь песка и резко бросила в лицо пирата. Тот остановился и, ругаясь, стал тереть глаза. В это время к ним подбежали Киу и Донг, который без труда отправил пирата в Царство теней.

— Уходите к тому берегу, где стояла наша джонка. Я задержу их, — приказал Донг, помогая поднять поваренка. — Я приду, Киу, — сказал он, обращаясь к другу, но сам тепло смотрел на Ксу или Роу, он потом обязательно разберется.

Киу кивнул и, подхватив Юна, побежал вместе с Ксу в спасительную глубину острова.

Донг уложил еще одного пирата и не стал дожидаться остальных. Он скрылся за прибрежными кустами, нашел пологую трубку бамбука и, стараясь держаться под водой, поплыл к джонке, решив обойти ее с кормы.

Почти все пираты ушли с джонки на помощь товарищам. Они не могли понять, что произошло. Что за крики и возня начались на берегу. Пленников всего трое, и одна из них девчонка. А на берегу находилось больше десяти человек. Кто на них напал?

Добежав до берега, вокоу нашли убитых и раненых, которые показали, в какую сторону направились Киу, Ксу и поваренок Юн.

Пираты разделились: двое остались на берегу, остальные, в том числе и Темный с Вертлявым, начали преследовать пленных.

Тем временем Донг, подплыв к джонке, ловко взобрался на палубу и стал как можно тише пробираться к пирату, стоящему на носу. И как ни старался Донг, представляя себя ползущей змеей, тот почувствовал его взгляд и обернулся. Донгу ничего не оставалось, как сделать огромный прыжок, перевернувшись в полете, и ударить пирата обеими ногами. Вокоу, удивленный и мало что понявший, полетел за борт и плюхнулся в воду, подняв волну брызг, а также наделав шума.

Другой вокоу, очевидно, недавно ставший пиратом, вокоу растерянно и испуганно смотрел на приближающегося Донга. Донг видел его испуг.

— Я не буду тебя убивать, если ты поможешь мне. И никому не скажу, что ты пират, — предложил он юноше.

Тот молча кивнул и отбросил катану.

— Сейчас мы поплывем к тому берегу, где стояли вчера. Ты займись парусами. Лодку поведу я.

Рассвело. Последние звезды покинули небо. Всё громче пели птицы. Остров проснулся, освещенный утренним солнцем, и зажил своей жизнью, не обращая внимания на страсти людей.

А джонка медленно отходила от берега. Вслед ей раздавались проклятия оставшихся на берегу вокоу.

Киу понимал, что с раненым поваренком они далеко не уйдут. Так, может, спрятаться в какой-нибудь расщелине. Но Донг сказал, что он придет к берегу, поэтому надо торопиться. Киу посадил Юна себе на плечи и побежал. За ним, боясь отстать, побежала Ксу. Но пираты двигались быстрее, да и пленники устали.

У Киу закружилась голова. Как не вовремя! Он начал спотыкаться и почувствовал, что сейчас упадет. Но собрался и приказал себе добежать.

Ксу, зацепившись за куст, потеряла набедренную повязку, сделанную из остатков халата, и теперь бежала голой. Но это ее почти не беспокоило, она смотрела на мелькающие ноги Киу и старалась ставить свои ноги там же, где он. Только не запнуться, только не упасть.

Вот и спасительный берег, и приплывшая джонка, как и обещал Донг. Еще шесть джэй, и они будут у воды. Всего тридцать метров!

Но по песку бежать труднее, чем по камням.

Донг, стоя на носу, мысленно подгонял друзей. Он не мог бросить джонку на юного пирата, который помог ему — не мог так рисковать. Но что делать — один из пиратов уже настигает Ксу и Киу.

— Как тебя звать? — быстро спросил Донг юного пирата. — Ты сын обедневшего крестьянина?

— Да. Меня зовут Изао.

— Изао, мне нужно помочь своим. Держи джонку. Я — монах-воин «Черного лотоса», я обещаю тебе, что ты станешь настоящим воином и будешь сражать со злом. Небо благословило тебя, Изао.

С этими словами Донг прыгнул в воду и кинулся к берегу.

Киу на ходу спустил поваренка с плеч и, подобрав валявшуюся под ногами бамбуковую палку, стал защищать отход Юна и Ксу. Он, ловко вращая палкой, несколько раз ударил догнавшего их пирата. Тот согнулся от боли.

Подбежавший Донг выхватил палку у Киу.

— Беги! Надо помочь им забраться на джонку! — прокричал он, вступив в бой со вторым подбежавшим пиратом. Донг не стал тратить драгоценное время — он оттолкнулся от бамбуковой палки как от шеста и в полете ударил двумя ногами пирата в голову. Всё было кончено.

Донг побежал к джонке, куда уже все забрались и ждали только его. Донг обернулся — пираты приближались.

— Отчаливайте! — закричал он.

Джонка стала медленно отходить от берега. Киу нашел веревку и бросил Донгу. Донг поймал веревку, полез по ней и вскоре оказался на палубе.

Они, радостные, благополучно ушли в море.

Господин Сию очень нервничал в последнее время, хотя и пытался это не показывать.

Но его жена Чунтао чувствовала, что с мужем что-то творится. И поскольку она была женщиной умной, то не стала пока спрашивать мужа в лоб о его плохом настроении. Если не сказать нервном.

У него неприятности на службе? Финансовые дела семьи терпят крах? Может, он завел любовницу и она шантажирует его? Что еще могла думать госпожа Чунтао.

Сегодня днем она позвала к себе старого верного слугу Гана. Он проработал у них в семье больше тридцати лет и знал ее еще совсем крохой.

— Ган, как твое здоровье? Не нужно ли тебе чего? — спросила она.

Ган по старости лет редко прислуживал господам. Он всё больше работал в саду.

— Спасибо, госпожа Чунтао. Здоровье мое еще крепкое, и я всем доволен, — ответил Ган, гадая, зачем его вызвала к себе госпожа. Уж не хочет ли она взять вместо него молодого садовника?

— Ган, у меня к тебе есть дело. — Госпожа Чунтао помолчала и добавила: — Деликатное дело, Ган.

Ган поклонился госпоже, ничего не спросив.

— Мне нужно, чтобы ты проследил за господином Сию, — сказала женщина и внимательно посмотрела на слугу — какая будет реакция.

Но Ган лишь еще раз поклонился, прижав руку к груди. Он, конечно, старый, но в добром уме. Если госпожа просит, значит, в семье не всё в порядке и он должен помочь. Почему не помочь восстановить равновесие ян и инь.

— Ган, ты понимаешь, что всё должно остаться между нами.

Ган снова склонил голову. Он не в первый раз выполнял такого рода поручения.