Тайна древней гробницы
Шрифт:
«Крокодил кусается сильнее всех животных на планете…»
— Бежим! — шепотом закричал Дэн и резко дернул ее за руку.
Она очнулась и, повернувшись, сломя голову бросилась к лесу. Ноги ее утопали в вязком, рыхлом песке. Теперь это был уже настоящий кошмар.
В какой-то момент она оглянулась. Крокодил преследует их!
— Не беги зигзагом!
Но она и не бежала зигзагом. Просто она начала спотыкаться. Ноги ее будто одеревенели, и коленки тряслись так, что она больше не могла бежать. Наконец, они достигли подлеска. С размаху влетев в густые колючие заросли и исцарапав себе все руки, они ворвались в лес. Эми зацепилась майкой за сучок, с силой рванула ее на себя, оставив кусок на ветке. Они бежали, оглохнув от биения собственных сердец, прыгая через высокие корявые корни и подныривая под свисающие до земли лохматые ветви. И даже в такой гонке они слышали глухой топот его коротких лап, его тяжелое дыхание и свист травы, рассекаемой его хвостом.
Лес был настолько густым, что его кроны сплелись между собой, и Эми казалось, что их накрыло каким-то черным гигантским сачком. В голове гудело от собственного пульса. Животное было совсем рядом. Эми кожей чувствовала его зловонное дыхание. Это конец. Еще секунда, и зверь набросится на нее и надвое перегрызет ей позвоночник.
Вдруг тропинка оборвалась, и неожиданно они снова вышли на открытое пространство. Песчаный берег переливался в серебристом лунном сиянии.
Как будто кто-то зажег свет.
— И куда теперь? — еле слышно спросила Эми.
У воды что-то мелькнуло, и от пальмы отделилась человеческая тень. Они увидели человека в простой белой галабии, какие носят большинство бедуинов.
— Помогите! — крикнула ему Эми.
— Эми… — Дэн жестом остановил ее. — У него нож.
И действительно, человек сделал невольное движение, и в свете лунного сияния в руке у него блеснуло лезвие.
Эми повернулась назад, но оттуда на нее смотрели два зеленых глаза. Тяжело переваливаясь, крокодил приближался. Он был уже почти рядом.
— Теперь уже все равно. Пойдем!
Снова утопая в песке, они побежали к человеку с ножом.
Все же лучше, чем в пасть крокодилу.
Человек вытирал нож тряпкой. Крокодил уже почти дышал им в затылок, ловко скользя по песчаному берегу. Человек выпрямился и, увидев их, бросился к своей фелюге, которую они поначалу не заметили в тесноте.
— Нет! Подождите! Пожалуйста! — закричала Эми.
Человек легко запрыгнул в лодку и начал быстро грести от берега. Эми, не зная себя от горя, зарыдала во весь голос. Ужас сковал ее сердце. Это была последняя надежда. И им некуда больше бежать.
Но человек вдруг начал грести к ним навстречу. А вовсе не от берега, как им показалось сначала. Он им что-то кричит на арабском!
И они побежали так быстро, как не бегали еще никогда в жизни. Несмотря на то что ноги их были словно налиты свинцом, страх заставил их чуть ли не лететь над мелководьем. Крокодил почти дополз до кромки воды. Как только он нырнет под воду, это будут последние мгновения их жизни. Эми это поняла каким-то внутренним чутьем, и по искаженному от страха лицу Дэна было видно, что он тоже понимает, что это конец.
Человек протянул к ним руки. Одной он подхватил Дэна, а другой — Эми. Держа за майки, он, как котят, вытащил детей из воды и бросил в лодку.
Они лежали ничком на дне и тяжело дышали. Парус поймал ветер и надулся, издав глухой хлопок. И почти одновременно где-то совсем рядом послышалось громкое «бултых». Значит, крокодил в воде. Человек молчал. Рот его был сжат в тонкую сухую складку. Он резко вывернул руль, взял курс, и лодка гладко заскользила по течению посередине реки. Эми с Дэном боялись проронить слово, готовые в любой момент к атаке крокодила.
Неожиданно человек улыбнулся и приветливо кивнул им.
— О’кей, о’кей, — сказал он.
Но Эми тряслась как осиновый лист, от макушки до пальцев ног. Она беспомощно смотрела на Дэна.
Их ведь только что чуть заживо не съел крокодил.
Она оперлась руками о палубу и вдруг наткнулась на что-то мокрое и липкое. Она поднесла руку к лицу.
Кровь.
Приехали. Оказаться посреди Нила в одной лодке с человеком с огромным ножом и разбрызганной по полу кровью.
— Мы… мы пришли к вам с м-миром, — пролепетала Эми.
Человек наклонился к ней. В его глазах было темно и пусто. Он вытянул вперед большую мускулистую руку и показал на Дэна. Эми бросилась вперед и загородила его грудью.
— Не-е-ет! — закричала она.
— Да! — прорычал человек с ножом. — Ред сокс!
— Ред… что?
Он снова показал на Дэна.
— Бос-тон. Две тысячи четвертый год. Чемпионат по бейсболу! — по складам прочитал он, глядя на майку Дэна. — Фенвэй Парк! — И он показал пальцем на себя. — Игра Два!
Дэн сел на полу, растерянно хлопая глазами.
— Вы там были? Но это же невероятно!
— Курт Шиллинг!
— Мэнни Рамирес! — Дэн аж просиял от радости. Он повернулся к Эми. — Бейсбол, понимаешь?
Это еще один международный язык.
— А как же нож?
Дэн рассмеялся. Ну вот, так она и знала. Все-таки это с ним случилось. Он совсем сошел…
— Ты что, не чувствуешь? Чем пахнет? — сказал он. — Это же рыбак, Эми! Смотри!
Да. Теперь она почувствовала и запах и наконец заметила стоящее на дне лодки ведро с рыбой. Он как раз чистил ее, когда они увидели его в первый раз.
— Луксор? — спросил рыбак.
Теперь наконец Эми заметила дружелюбие в его глазах. Она устало кивнула.
Река была темной, словно чернила. Эми вздохнула. Сердце ее, кажется, стало биться медленнее. Она откинула назад голову. Среди тесного скопления созвездий она отыскала Большую Медведицу. Ей стало хорошо и легко. Луна залила всю долину неземным перламутровым светом. Блистающие серебром пески Фив, словно заснеженное поле, тянулись к горизонту, искривленному очертаниями скал. Вот показались мерцающие огни Луксорского Храма.
— Поразительно, — прошептала Эми.
— Поразительно, — прошептал рыбак.
Вероятно, это еще одно международное слово.
Рыбак высадил их на пристани рядом с Луксорским Храмом.
— Бай-бай, бостонцы, — попрощался он с ними, помахав напоследок огромной ручищей и улыбаясь во весь рот. — See you later, alligators! [3] — И был таков.
— Мы пришли к вам с миром? — Дэн передразнил ее. — Ты думала, он кто — египтянин или марсианин?
3
Увидимся позже, крокодилы!