Чтение онлайн

— Да откуда я знала, что он болельщик «Ред сокс»? — захихикала Эми.

— Ладно, а теперь куда? — спросил Дэн.

— Тео с Нелли уже наверняка давно вернулись и потеряли нас и лодку.

Однако когда они подошли к своей пристани, катер был на месте, а Нелли с Тео преспокойно сидели на палубе и пили чай.

— Вы ходили погулять? — спросила Нелли.

Эми с Дэном переглянулись. Что делать? Говорить ли им о том, что только что с ними произошло? О Йоне, о похищении лодки, о крокодиле и человеке с ножом?

— Ага, немного прогулялись, — ответил Дэн.

Они оставили Тео с Нелли допивать чай и любоваться ночным небом, а сами спустились вниз, в каюту.

— По крайней мере, они хотя бы лодку вернули, — сказала Эми.

— По крайней мере, он хотя бы летит в Париж, — ответил Дэн. — Вопрос заключается только в том, надо ли и нам туда ехать.

— Ты знаешь, я тоже об этом думала все это время. Дело в том, что когда мы были в Париже, я прочла, что Лувр тоже когда-то был дворцом. Так что когда Дроветти писал «дворец Л», он скорее всего имел в виду Лувр. Помнишь, нам еще Бэй говорил, что Дроветти отправил статуэтку Сехмет в Лувр, а какой-то представитель клана Екатерины умудрился вернуть ее в Египет.

Я готова поспорить, что четвертой Сехмет не существует. Кроме того, все три плана указывают на гробницу Нефертари. Поэтому теперь самое важное — это расшифровать иероглифы и понять, что делать дальше.

— Да, но что от Катерины, что от Грейс немного толку, — вздохнул Дэн.

— Смотри, в своем стихотворении Катерина говорит еще и об Асуане. Помнишь, «Гиза, Асуан, Фивы, Каир»? Мы начали поиски в Каире, где Наполеон нашел первую статуэтку Сехмет в пирамиде Гизы. Говард Картер обнаружил вторую статуэтку в гробнице Хатшепсут в Фивах. Остался только Асуан. И спорю, что ключ мы обнаружим именно там.

— Но это только предположения. Бэй нашел третью Сехмет в Каире. Но прошли сотни и сотни лет после того, как ее неизвестно где спрятала Катерина. Ее могли уже несколько раз найти, даже в Асуане, и продать, и перепродать много раз.

— Все может быть, — Эми пришлось с ним согласиться. — Но вспомни, что нам рассказал Бэй. Катерина чувствовала, что ее не воспринимали всерьез и недооценивали только потому, что она женщина. И заметь, что все статуэтки Сехмет она спрятала в местах, связанных только с женщинами: женщины-фараоны, царицы и богини Древнего Египта. Сехмет, Хатшепсут и Нефертари. Даже в Гизе и то ключ был спрятан в пирамиде царицы.

Дэн не отрывал взгляд от иероглифов.

— Слушай, помнишь, когда Тео водил нас по гробнице, там, на стене, была Исида, где она держит Нефертари за руку. Так вот, над Исидой был точно такой же глиф.

— Спорю, это означает «Исида», — сказал Дэн.

— Точно! Еще одна богиня! — Эми вытащила из кармана свой путеводитель. — Древние египтяне считали, что когда Исида услышала о смерти своего супруга Осириса, она так плакала, что от ее слез Нил вылился из берегов и затопил всю долину, так что она вскоре покрылась зеленью и сделалась плодородной. — Вдруг она посмотрела на Дэна, и во взгляде ее зажегся огонь. — «Другой — всю землю затопил в слезах»!

— А что тогда означает «Где сердце сердца найдено»? — спросил Дэн.

Эми продолжала читать дальше.

— Сет разрезал его тело на части. А Исида нашла его сердце на острове Филэ. Там был построен храм в ее честь.

Проводя по иероглифам пальцем, Дэн прочитал:

— Остров. Исида. Обелиск.

— А где этот Филэ? — спросил он.

— Это в Асуане! — воскликнула Эми. — Все сходится. Проблема только в том, что Грейс нигде не пишет об Асуане. Эх, и почему мы только потеряли ее книжку?

— Мы? — переспросил Дэн.

— Хорошо, я. — Эми покраснела и сердито продолжила: — Если хочешь меня обвинять, то пожалуйста.

— Да нет, просто если бы ты мне хоть раз дала бы взглянуть в эту книгу, перед нами скорее всего не стоял бы вопрос, что теперь делать, — ответил он.

— Но какой смысл? Ты терпеть не можешь умные тексты и исследования!

— Да, но я умею читать, — горько усмехнулся Дэн. — И запоминать. А ты боялась даже дать мне книжку в руки.

— Ты сам вечно ноешь, что исследования — это скучно, — не сдавалась Эми. — Откуда я знала, что вдруг, впервые в жизни, тебе захотелось почитать путеводитель!

— Но это не просто путеводитель! Он принадлежал Грейс! — закричал Дэн. — Ты все хочешь оставить себе! У тебя есть ее ожерелье, статуэтка Сехмет… ты мне вообще ничего не даешь! Ты даже память о ней хочешь забрать себе!

— Это неправда, — ответила Эми. — И это несправедливо.

— Да? Но она не только твоя бабушка, чтоб ты знала! — Дэн стоял совсем красный. — Ты всю ее хочешь только для себя!

— Не говори глупостей! — закричала Эми. — Это самая большая чушь, какую я слышала в своей жизни!

— Почему-то все ты должна решать: добрая она или злая, любит — не любит. Когда в следующий раз будешь орать, какая она подлая и коварная, то постарайся, пожалуйста, доказать мне это! Ты же такая трусиха, что делаешь из-за этого постоянные глупости. Ты нас доведешь до полного провала, и все закончится звонком в 911! Нельзя ненавидеть весь мир только потому, что в нем существует Иан Кабра!

Эми словно пронзило током. Она еще никогда не видела Дэна в таком состоянии. Да, он обзывался и ссорился с ней, но так — никогда в жизни. Чтобы специально делать подлость? Он смотрел на нее с видом победителя, словно только что забил решающий гол.

Точь-в-точь как она, когда ее разразило потоком обвинений в штабе Екатерины и она сама довела его до слез.

Что с ними происходит? Почему? Это из-за тридцати девяти ключей? Предательство и скрытность теперь стали новой реальностью в их жизни.

И это, как отрава, проникало в их кровь, настраивая их друг против друга.

Они больше не узнавали самих себя, становясь людьми, которые им никогда не нравились.

Они превращались в Кэхиллов.

Было всего девять утра, а температура уже зашкаливала за 30 градусов. Они стояли в аэропорту Асуана. Струйка пота заскользила по спине Эми. Она сняла рюкзак со спины и перекинула его через плечо. С каждым шагом он все больнее врезался ей в бок и бил по сумке у нее на поясе. Но она не смела жаловаться. Если она хоть слово проронит, Дэн наградит ее таким взглядом или скажет ей что-нибудь такое, что она не сможет отвечать за последствия.

Либо вообще будет ее игнорировать. Они теперь не разговаривали с друг с другом.