Чтение онлайн

— Но папа…

— Мне то и дело говорят, что женихи за тобою ходят бойкими косяками, — продолжал антимаг Всея Руси. — А ты лишь помыкаешь ими…

— Тебе и не такое напоют, отец, дабы вывести из равновесия.

— Увы, дочь моя, я должен привести тебе ультиматум, — сказал Пётр. — Либо ты идёшь на службу ко мне и принимаешь из моих рук министерство. Либо — выходишь замуж и перестаёшь наводить тень на нашу честную фамилию.

— А если…

— А ежели ты не внемлешь моим просьбам, — произнёс Иваньков, сделав паузу, — я буду вынужден кардинально сократить твоё довольствие. И дом, и слуги, и путешествия — всё на мне. Твоя императорская стипендия, конечно, солидна… Но её даже на прислугу не хватит. Я не ропщу. Я твой родитель, а потому прекрасно осознаю ответственность. Однако же, мы должны приумножать наши силы, а не разбазаривать их попусту.

Алиса побагровела. Она терпеть не могла, когда её попрекали финансами. Даже понимая в глубине души, что претензии папеньки вполне законны.

— Ну же, дочь моя, не сердись, — улыбнулся Пётр. — Я же знаю, что ты влюблена в своего дядюшку. В старшего следователя Императрицы. Да, он чванлив, заносчив, а ещё — бессребреник. Однако же, в мужья годится. И фамилии наши созвучны.

— Никакой он не дядюшка! Мы дальние родственники, — бросила она. — Дальние.

Алиса вспомнила вчерашнюю ночь, вспомнила погружение. Да, Фёдор — слабый маг и отвратительный человек, как бы ему ни хотелось думать иначе. Он годится ей лишь для услады в ложе и для пополнения источника. Почему она помогает ему? Почему столько раз соглашалась погружаться в пучину времён, что выловить в них преступника? Это не любовь, нет. Это страх.

Погружение похоже на сон. В нём она полностью забывает, где она находится и что с нею в самом деле. Она плывет по волнам бурной реки.

Погружение похоже на сон, страшный сон, который ты не можешь контролировать. Вчера, в этом дурном мороке, её сбила машина, а после — изнасиловал юноша. Однако же, Фёдору она сказала лишь половину правды. И нарисовала один портрет. А надобно было два.

Почитание Екатерины Третьей, преклонение пред Нею в Империи достигло абсолюта. Нередко жители Соединённых Штатов Европы, СГА и других передовых государств уезжали в Россию. Отказывались от гражданства и получали подданство. Именем Её Величества называли больницы, школы, библиотеки и телевизионные каналы. Назвать дочь Екатериной было хорошим тоном и у аристократии, и у простого люда.

Однако же, имя Императрицы не должно было ассоциироваться с тёмными сторонами жизни государства.

Ни к тюрьмам, ни к острогам не добавляли приставку «Её Величества». Просто — Острог Нумер Восемь Подмосковного округа. Или — Исправительный Дом для впервые оступившихся Нумер Два. Изолятор для подозреваемых в злочинствах Нумер Три. Разумеется, колючая проволока, лай собак и вооружённые люди — это не про Императрицу.

Следователь побывал во всех исправительных учреждениях Московского и Подмосковного губернаторства. Всюду его знали в лицо. Проверяли кладь формально, улыбались и жали руку. Теперь Фёдор Иванов находился в одном из изоляторов Подмосковья.

Новое здание, аккуратный ремонт. Вместо массивных решёток — аккуратные проволочные сети. Следователь ожидал приглашения в комнате отдыха. Таковая была открыта лишь для дворян. Неплохая обстановка, удобная мебель, кофе и чай. У стены стоял большой телевизор. И здесь — тот самый вездесущий сериал про Императорского Следователя.

— Мать честная! — вскричал Иванов. — Что же это за безобразие?!

Внимание его оказалось привлечено не просто так. Сценаристы разыгрывали сюжет Пропавшей, его дело! Вот только в кино Ксения осталась жива. Да и звали её Надеждой. Однако же, параллели были очевидны. Подмосковная дорога, модный по нынешним временам джоггинг.

Лихач, что сбил несчастную, обесчестил и бросил умирать. Ослабевшая, девушка лежала в больнице и ждала, пока правосудие восторжествует. После успешного разрешения дела Фёдор Иванов уже мог смотреть на это потешное следствие без зубной боли. Напротив, его веселил и сценарий, и игра.

— Выбываем на задержание! — объявил актёр, игравший следователя. — Вооружимся, однако же, применять огнестрельное оружие будем лишь в крайнем случае.

— Так точно, Её Величества Старший следователь! — отчеканил актёр в образе детектива. — Всё-таки, к представителю дворянского рода надлежит проявить толику уважения. Я возьму револьвер, однако патроны сложу отдельно. Дабы не искушать себя и не замарать свою честь перед Её Величеством!

Настоящий следователь такого отношения никогда не понимал. Какая разница, какая кровь течёт в жилах душегуба? Будь он хоть трижды дворянского рода. Этот гонщик стараниями Бориса Липова поставил на уши всю Империю! Даже императрица не смогла пройти мимо. Как и её сценаристы. Служебная машина актёров из сериала прибыла к особняку, облицованному красным кирпичом. Слуги предоставили доступ без лишних разговоров.

— Граф Волконский, — объявил юноше потешный следователь из многосерийного фильма. — Именем Её Величества вы задержаны. До выяснения истины по делу.

— О, нет! — взвыл актёр в образе преступника. — Какой позор! Какая мерзость! Не отмыться мне в веках от такого стыда. Да я и сам собирался сдаваться.

— Но не сдались, — упрекнул его актёр в образе следователя. — Дозвольте зачитать вам ваши права-с, покуда вы будете обдумывать своё признание.

В этом моменте Фёдор рассмеялся. На его памяти никто и никогда не разъяснял права задержанным. Дворяне и сами их знают, а простой люд — на то и простой. Никаких прав, одни обязанности. Иванов настолько погрузился в сериал, что даже не заметил, как дежурный его окликнул.

— Ваше благородие, всё готово-с. Только вас ожидают-с.

— Иду-с, — передразнил его Фёдор. Встал, поправил китель. Пригладил волосы рукой.

Походкой победителя двинулся по бескрайним коридорам в сопровождении дежурного. Для дворян были предусмотрены отдельные камеры и следственные кабинеты. Окна без решёток, мягкие стулья, раковины с водой. За отдельной дверью — унитаз. Федор вошёл в помещение. В кожаном кресле уже сидел адвокат Левако. Он подскочил и бросился к Иванову.

— Ах, какая приятная неожиданность! — произнес он, пожимая руку.

— Полно вам, Серафим Николаевич, — улыбнулся Федор. — Все знают, что сие расследование веду именно я. Вся Империя в курсе. Только что и очередную серию детектива о деле нашем смотрел.

— Однако же, была надежда, что вы не поедете в этот мёртвый дом на допрос лично, — сказал адвокат. — Что отправите молодого следователя, неопытного.

— Дозвольте осведомиться об ордере, — перебил его Иванов. Ему не нравилось панибратство с конкурентами.

Адвокат протянул бумажку, заполненную от руки. Федор проверил название коллегии, фамилию подследственного. Сверил дату. Все корректно. И сей же момент в кабинет ввели задержанного. Он был одет в гражданскую одежду, не в робу. Правда, одеяние было лишено шнурков и молний. Юноша осунулся, спал с лица, хотя со дня его задержания прошли всего сутки.

— Мой подзащитный признает всю вину, — сказал адвокат. — И будет ходатайствовать Её Милость о снисхождении.

— То не в моей юрисдикции.

Преступник после таких слов ещё больше осунулся. Попытался поправить причёску, но его светлые волосы спутались. Однако же, выглядел он неплохо для человека, коему грозила виселица. Фёдор терпеть не мог такой тип молодого дворянина. Богатые родители. Блестящее образование, которое Дмитрий принимал нехотя, как одолжение. Путешествие и по Европе, и по Соединённым Государствам Америки.