Чтение онлайн

Лицо Рут прояснилось.

— Да, я так и сделаю. Дорогой папа! Странно, но до сегодняшнего дня я даже и не подозревала, как сильно люблю его, — она вытерла глаза платочком. — Я вела себя очень глупо. Спасибо вам за то, что разрешили поговорить с вами. Сама не знаю, почему я вдруг ударилась в панику.

Она встала.

— Теперь я полностью успокоилась. По-видимому, мне просто надо было выговориться. Совершенно не могу понять, как я решилась на подобную глупость, на эту поездку.

Катарина тоже поднялась.

— Я рада, что вы чувствуете себя лучше, — сказала она, стараясь, чтобы ее голос звучал как можно спокойнее. Она прекрасно понимала, что за подобной откровенностью неизбежно должна последовать отчужденность, поэтому она тактично добавила:

— Я пойду в свое купе.

Катарина открыла дверь в коридор, куда в это время из смежного купе вышла горничная. Она посмотрела куда-то через плечо Катарины, и ее лицо выразило вдруг сильное удивление. Катарина обернулась, но к этому времени человек, вызвавший такой интерес горничной, по-видимому, ушел в свое купе. Коридор был пуст. Катарина пошла к себе, в соседний вагон. Когда она проходила мимо крайнего купе, дверь его приоткрылась, и на мгновенье из него выглянула женщина. Затем дверь резко захлопнулась, но Катарина надолго запомнила это удивительное лицо. Такое лицо нельзя забыть — овальное, смуглое, покрытое толстым слоем косметики. Катарине вдруг показалось, что она видела его прежде.

Она возвратилась в свое купе без дальнейших приключений и некоторое время сидела неподвижно, раздумывая о только что состоявшемся разговоре. Ей очень хотелось знать, кто эта женщина в норковом пальто и чем может закончиться вся эта история.

«Если мне удалось отговорить кого-то от безрассудного поступка, — думала Катарина, — то это, наверное, хорошо. Но кто знает? Похоже, эта женщина за всю свою жизнь ни разу не сделала глупости, была слишком разумна и эгоистична, и, может быть, для разнообразия ей стоило бы сделать хоть что-нибудь в этом роде. Ну хватит, надеюсь, я ее больше не увижу. Она-то, во всяком случае, не захочет больше видеть меня. Вот самое скверное последствие тех случаев, когда люди открывают перед тобой свою душу. Им потом неприятно с тобой встречаться».

Катарина весьма надеялась, что за ужином они будут сидеть за разными столиками. Не без улыбки она подумала, что в противном случае они обе попали бы в очень затруднительное положение. Внезапно она почувствовала себя страшно уставшей и откинулась на подушку. Медленная поездка по пригородам Парижа с ее бесконечными остановками и задержками была очень утомительной. Когда поезд прибыл на Лионский вокзал, Катарина была рада выйти и прогуляться по платформе. Резкий, холодный ветер приятно освежал после душного вагона. Она заметила с улыбкой, что ее подруга в норковой шубе, дабы избежать неловкости ситуации, по-своему решила проблему ужина. Из окна ее купе высунулась горничная и приняла с платформы корзинку с ужином.

Когда поезд снова тронулся и громким звонком позвали на ужин, Катарина пошла в вагон-ресторан, весьма успокоенная в душе. На этот раз ее визави был совершенно иного рода: небольшого роста мужчина с пышными усами и лысой яйцеобразной головой, явно иностранец, если судить по манерам. Катарина принесла с собой книгу и сразу же заметила, что глаза ее соседа уставились на нее с явным удовольствием.

— Я вижу, мадемуазель, у вас с собой Roman Policier [16] . Вы любите такие книги?

— Они меня развлекают, — призналась Катарина.

Маленький человек кивнул с полным пониманием.

— Мне говорили, они пользуются большим спросом. Но почему, как вы думаете, мадемуазель? Я спрашиваю вас об этом, — я знаток человеческой природы! Почему это происходит?

Катарину все больше и больше забавлял возникший разговор.

— Может быть, они создают у читателя иллюзию потрясающей жизни? — предположила она.

Он с серьезным видом кивнул головой.

— О да, в этом что-то есть.

— Конечно, всем ясно, что ничего подобного в жизни произойти не может… — продолжала Катарина, но маленький человек резко перебил ее.

— Отнюдь, мадемуазель! Отнюдь! Это говорю вам я — человек, который не раз был свидетелем подобных событий!

Она быстро бросила на него заинтересованный взгляд.

— Кто знает, — продолжал он, — может быть, и вы когда-нибудь окажетесь в центре каких-нибудь событий. Это дело случая.

— Навряд ли, — возразила Катарина. — Со мной никогда ничего подобного не происходит.

Он наклонился к ней.

— А хотелось бы вам этого?

Этот вопрос так поразил ее, что она даже затаила дыхание.

— Возможно, это только мое воображение, — бормотал маленький человек, тщательно вытирая салфеткой вилку, — но мне кажется, что вы просто жаждете приключений. За свою жизнь, мадемуазель, мне нередко приходилось убеждаться в том, что человек всегда добьется своего. И кто знает, — он смешно сморщил лицо, — вы, может быть, дождетесь большего, чем ожидаете.

— Это что, предсказание? — с улыбкой спросила Катарина, поднимаясь из-за стола.

Маленький человек покачал головой.

— Нет, я никогда не делаю предсказаний, — важно заявил он. — И хотя я обычно оказываюсь прав, я никогда не хвастаюсь этим. Спокойной ночи, мадемуазель, желаю приятных снов.

Катарина пошла в свой вагон, с улыбкой размышляя о странном собеседнике. Дверь купе ее новой знакомой была открыта, и, проходя мимо, Катарина увидела проводника, готовившего постель. Леди в норковой шубе стояла спиной к двери и смотрела в окно. Катарина успела заметить, что в смежном купе никого не было, на сиденье горничной лежали свернутые коврики и несколько чемоданов. Самой горничной в купе не было.

Постель Катарины уже была приготовлена. Поскольку она чувствовала себя уставшей, она быстро разделась, легла и около половины десятого погасила свет.

Среди ночи она вдруг проснулась. Сколько времени прошло — она не знала. Взглянув на часы, она заметила, что они стоят. Странное чувство тревоги охватило Катарину, и с каждой минутой это чувство все более усиливалось. В конце концов она встала, накинула халат и вышла в коридор. Поезд был, казалось, весь погружен в дремоту. Катарина посидела у открытого окна, с жадностью вдыхая свежий ночной воздух и тщетно стараясь унять свой страх. Наконец она решила сходить к проводнику и спросить, который сейчас час. Не обнаружив его, однако, на своем месте, она после недолгих колебаний прошла в следующий вагон. В длинном темном коридоре она увидела мужчину, взявшегося, к ее удивлению, за ручку двери купе леди в норковой шубе. Возможно, впрочем, она ошиблась, и это было совсем другое купе. Мужчина несколько секунд стоял спиною к ней, по-видимому, неуверенный в своих намерениях, затем медленно повернулся, но, еще не увидев его лица, Катарина каким-то странным, роковым образом поняла, кто это. Тот самый человек, которого она уже видела дважды — один раз в коридоре отеля «Савой», а другой — в агентстве Кука. Мужчина открыл дверь купе и, не заметив Катарины, вошел внутрь и закрыл за собой дверь.

У Катарины мелькнула мысль: а не об этом ли человеке говорила леди в норковой шубе, человеке, к которому она ехала на встречу.

Катарина, впрочем, сразу же сказала себе, что настроена слишком романтично. По всей вероятности, это было просто другое купе.

Она вернулась в свой вагон. Через пять минут поезд замедлил ход. Раздался жалобный визг тормозов, и вскоре поезд остановился в Лионе.

На следующее утро, когда Катарина проснулась, ярко светило солнце. Она позавтракала в вагоне-ресторане, не встретив никого из своих вчерашних знакомых. Вернувшись в купе, она застала там проводника, смуглого мужчину с поникшими усами и меланхолическим выражением лица. Он приводил купе в порядок.