Чтение онлайн

Новость о том, что Джинни Уизли и Гарри Поттер встречаются, такой уж свежей новостью на факультете и в школе не стала. Итак, эта четвёрка везде появлялась вместе, так что две пары Гарри — Джинни и Рон — Гермиона ни для кого новым откровением не просияло. Просто красивый глубокий поцелуй на праздновании Победы в финале Кубка школы по квиддичу поставил жирную точку во всех надеждах, фантазиях и недомолвках. Ну и толпе воздыхателей Джиневры срочно пришлось искать утешения в объятиях других Гриффиндорок. А почему собственно в объятиях только хорошеньких дочерей Дома Годрика Гриффиндора? Полумна или Луна Лавгуд, Когтевранка, Ханна Эботт, Пуффендуйка, часто наведывались в общую гостиную красных, да что там, стали завсегдатаями не только гостиной, но и спален, девичьих, естественно.

Теперь Гарри на законных основаниях мог в открытую, никого не стесняясь, ловить и зажимать Джинни, которая просто визжала от восторга, причём всячески создавала ситуации, чтобы Поттеру это было сделать удобнее. Рон открыто безумствовал с Гермионой, и Избранный как-то намекнул им, что они на его взгляд, со стороны, ведут себя точно как Лав-Лав и Бон-Бон. За что получил от слегка возбуждённо-взбешенной парочки пару забавных заклинаний. Ну, быстрое лишение штанов и Эректо Гигантум в комплекте. Пришлось срывать со стены портьеру, и, обмотав её вокруг бёдер, бежать в спальню для мальчиков, под хохот всех присутствующих в гостиной. Верная Валькирия летела сзади, а ворвавшись за орущим от боли приапизма Избранным в спальню, она не смогла оказать обычную в таких пикантных случаях быструю сексуальную помощь, из-за анатомических несоответствий, естественно. Пришлось срочно применять широкий арсенал экстренных интимных заклинаний первой медицинской помощи, из коллекции Грейнджер, совместно придуманных, разработанных, усовершенствованных и внедрённых в половую жизнь школы. Причём, часто, в роли подопытных хорошеньких крольчих выступали Лаванда и Парвати, ну и Полумна с Ханной, естественно, куда уж без них. Так что новая легенда о Гриффиндорской профессиональной, искусной в любви девственнице — шлюхе, имела под собой все основания. И она пошла себе гулять по всему Хогвартсу, лишив сна и покоя, но одновременно и подстегнув яркие фантазии у мальчишек с других факультетов.

Последней пикантной выходкой стала установка Гермионой и Джинни своей совместной обучающей программы для начинающих в Выручай-комнате. Ханна как-то прошипела Джинни, что она готова убить Гермиону Грейнджер. А получилось вот что. Зубрилка и отличница решила, что каким бы ни было прошлое девушки, попав в Выручай-комнату в первый раз, она стопроцентно должна оказаться девственницей. И в памяти мага — партнёра это останется навсегда. Важный момент для будущего парочки! И всё бы ничего. Но никто не предполагал, что Долгопупсу и мисс Эботт первый визит так понравился, что они отправились туда и в следующую ночь тоже. Да! Никто кроме Невилла так не понимал нашу милую Выручай-комнату! И тут такой прокол! Правда, староста Пуффендуйцев через несколько визитов, наконец, удалось получить ЭТО с первого же раза. Наш доблестный Гриффиндорский мачо Невилл справился, наконец, и смог полностью удовлетворить любвеобильную мисс Эботт. И как им только в один из прекрасных дней удалось затащить с собой ещё и Полумну? Бедная мисс Лавгуд, такая стройная и красивая. А где же её воздыхатели? Где её парень? Наверное, Полумну слегка побаивались, прятав за шутками и подколками элементарный мужской страх перед непонятной, чудной и явно не дурой, талантливой, но очень уж необычной, неординарной ведьмой — блондинкой. Бедная девочка, несчастная жертва своей неординарности…

Несколько счастливых недель мая. Даже проклятые крестражи слегка забылись. Стали меньше уделять внимания тому, что пытался сделать Драко Малфой. У него явно ничего не выходило. Ни Агасфер, ни Живоглот, ни Добби, ни Кикимер, ничего нового о замыслах Слизеринца сообщить не могли. У всех в голове пылала только тема любви, приколов, шуток, ну, скажем, низменных удовольствий. Змей в такой всеобщей атмосфере буйного помешательства чувствовал себя как рыба в воде. Вот он обернулся вокруг талии и бёдер Джинни, проскользнул между её слегка раздвинутых ножек, прополз по плоскому животу, по груди, к её хорошенькой шейке, дотянулся своим трепещущим раздвоенным язычком к её ушку, нашептывая какие-то пикантные глупости, от чего юная мисс Уизли громко хохотала, и вяло пыталась оттолкнуть от себя, стряхнуть с себя этого древнего ползучего, искусного профессионального дамского угодника.

Темой сегодняшнего обсуждения стали новые татуировки, которыми с лёгкой руки Гермионы стали украшать себя все Гриффиндорцы. Появились альбомы с различными цветными рисунками, героического, символического и пикантного содержания. Гарри, расстегнув джинсовую рубашку на кнопках, с гордостью демонстрировал всем цветную татуировку через всю грудь Венгерской Хвостороги, расправившей крылья и извергавшей из пасти огонь. Рон сбросив футболку, бычился как культурист, демонстрируя двуручный меч на спине, с замысловатыми гранями, наподобие страшной пилы, рукоятка, конечно же, была украшена ярко красными рубинами. Оружие представляло собой символический собирательный образ меча Годрика Гриффиндора, Екскалибура Короля Артура и кельтских двуручных мечей для разрубания римских скуттумов — квадратных щитов и медных шлемов легионеров. Рон не понимал, почему девчонки за его спиной явно улыбались, едва сдерживая смех? Он не видел, что на его спине, там, где она переходила в высокую и крутую мальчишескую попку, с двух сторон от угрожающего лезвия оружия был изображён карликовый пушистик Джинни — Арнольд. Гарри улыбался вместе со всеми, но дал себе слово тихо свести со спины друга эти милые художества вконец оборзевшей сестрёнки, слегка поиздевавшейся над крутым брутальным братцем.

Джинни и Гермиона только что продемонстрировали всем, оказавшись на минуту в милых одинаковых бикини, новые цветные варианты кельтских орнаментов на всю спину с переходом на попки. Полумне очень шли рисунки различных тропических бабочек, а Ханна предпочла какие-то восточные мотивы, а ля нежная одалиска в гареме. Волшебные татуировки можно было настроить так, что они меняли цвет, исчезали, переливались всеми цветами радуги. И если они надоедали хозяйке и её партнеру, то можно было без особых проблем татушку убрать или обновить. Столик между двумя диванчиками и креслами в общей гостиной факультета всегда теперь по вечерам был сервирован фруктами, кондитерскими изделиями, из которых преобладала гора шоколадных эклеров, любимых пирожных Рона, и конечно, несколько сортов сливочного пива. Огненное виски можно было достать, но всякий раз, когда оно оказывалось на столе, крайне «жестокая» Гермиона мигом превращала его в тыквенный или апельсиновый соки, даже не утруждая себя объяснениями присутствующим друзьям и гостям, почему. Староста, однако.

В этот вечер, когда все наобжимавшись и нацеловавшись до одури, отполировав до блеска попками и другими пикантными частями тела своих подружек все углы замка, собрались, наконец, на своём штатном месте. Шестой и пятый курсы уже считались старшекурсниками, у них было гораздо больше свободного времени, в отличие от семикурсников, которые одурело торчали в эти великолепные майские деньки в библиотеке и готовились к сдаче выпускной ЖАБА (кажется — жутко академической базовой аттестации). Джинни и Полумне, конечно, надо было готовиться к сдаче СОВ (супер отменное волшебство), и всё «золотое трио», Невилл и Ханна, им активно всячески помогали. Сегодняшний вечер проходил как всегда в тёплой дружески — пикантной обстановке. Джинни и Гарри сидели на своём милом уютном диванчике. Большой диван оккупировал Долгопупс с двумя гостьями, Ханной и Полумной. Рон и Гермиона сидели в двух сдвинутых креслах, причём подлокотники им явно мешали. Болтали о том и о сём, понемногу разговор зашёл в область новых достижений магии и о том, кто из волшебниц современности круче. Согласились, что, несмотря на весь свой сволочизм, Беллатриса Лестрейндж, в настоящее время, как лучшая ученица Тёмного Лорда, является самой опасной и талантливой волшебницей, но при произнесённых кем-то словах «достойный противник», лица Невилла и Гарри как по команде вытянулись. Алиса и Фрэнк Долгопупсы. Сириус Блэк. Такое не забывается. Какой, к чёрту, «достойный противник»? Мразь, талантливая стерва, да, но не достойный противник, абсолютно бессовестная гнида, да и только…

Но и Гермиона была явно уязвлена. Она заявила всем вслух, что Белла уже стареет, хватка уже не та, да и есть волшебницы немного покруче безумной и слегка неудовлетворённой почитательницы Волан-де-Морта.

— Не вы ли мисс, прошу прошения, мэм, бросаете ей вызов? — Чётко спросил подругу Гарри, заглянув в глубины её красивых тёмно-карих глаз.

— А хоть бы и я? И что с того? — Дерзко и с вызовом, глянув другу прямо в зелёные глаза, ответила Гермиона.

— Так как Беллы, слава Мерлину, здесь нет, я приму брошенный ей вызов! — Не смогла остаться в стороне от этого разговора и взглядов, откровенно переглянувшихся друзей, явно уязвлённая Джиневра.

— Ура! Дуэль! Круто! — Громко закричали все присутствующие в гостиной Гриффиндорцы и гости.

— Нет! — выкрикнула Полумна. — Дуэль, но дуэль творческая, кто кого превзойдёт в мастерстве волшебства. То, что обе подружки отлично дерутся на дуэлях и в бою, мы все хорошо знаем! Открытая битва Герми и Лав-Лав в этой гостиной уже была. Ремонт часто повторять не будем. Бюджет школы не выдержит. Попечители забеспокоятся. Повторяться не будем. В мастерстве соревнование посмотрим и победителя выявим! По одному баллу за потрясший нас всех магический приём. Если не потряс, то — ноль. Кто наберёт больше очков, та и победитель! Оценки ставим открыто! Хором! Судейская бригада — Гарри, Рон, Невилл, Ханна и с вашего позволения — я. Пять человек, чтобы голоса не поделились поровну. Первая начинает Гермиона, а Джинни, как младшая, но и принявшая вызов, отвечает! Три тура! Посмотрим, кто кого! Скидок на то, что одна шестикурсница, а вторая пятикурсница, да и на пару лет младше, не будет. На войне, как на войне! Итак, начали! — Завершила своим комментаторским голосом перечисление условий и, давая команду на начало творческой дуэли мисс Лавгуд.

Гермиона вышла на середину Гриффиндорской общей гостиной, где возникло невысокое мраморное возвышение — площадка. Все замерли. Шум и гам утихли вместе со стихшими аплодисментами. В наступившей тишине, Грейнджер объявила: — Магия невидимого снаружи расширения замкнутых помещений и объемов! Прошу! — И изящно-сложно взмахнув своей волшебной палочкой, начала читать какие-то мантры-заклинания, похожие на красивые песнопения на латыни. И тут все присутствующие в зале Гриффиндорцы и гости факультета заметили, как стены стали равномерно отступать назад, потолок приподнялся в воздух. Гостиная Дома Годрика Гриффиндора превратилась в огромный крытый манеж, ну, зал, размером с собор маглов или Большой зал Хогвартса. Гермиона поклонилась всем, сорвав громкие аплодисменты и единодушные крики — Браво! Молодец! Ура! Круто! Один балл! — И гордо вскинув головку, она прошла на своё место, приговаривая — Давай буйный подросток, дерзай… подруга…

Джинни выпорхнула на середину этого великолепного зала, этого огромного пространства под аплодисменты и крики — Давай, Джинни, покажи им всем, что чистокровные волшебники не выродились, и ещё могут кое-что! Покажи этим полукровкам и маглорождённым! Давай! — Джиневра сделала реверанс, а затем, взглянув и улыбнувшись Гарри, взмахнула своей волшебной палочкой и произнесла — Экспекто Патронум! — И это всё? — Засмеялась Гермиона. Но возникший из воздуха большой серебристый Патронус подруги, заставил её замолкнуть! Оборвать смешок! Посреди зала, напротив Джинни стоял огромный серебряный боевой конь. На нём была попона в виде кольчуги, переходящая на голове и груди в броню — чешую. Джинни подошла к нему, взяла за уздцы и повернула свою голову к Гермионе. — Познакомьтесь все, это Буцефал, боевой конь и товарищ знаменитого воина, полководца, правителя и мага античности Александра Македонского. Спасибо, Герми, твой манеж то, что надо, чтобы ему слегка размяться. — И с этими словами она вставила левую ногу в стремя, оттолкнулась от пола и села верхом, перекинув правую ногу через седло. Дав заржавшему коню шпоры, подняла его на дыбы, а затем она проскакала вокруг судей на диванах в центре зала, сделав несколько кругов и показывая ряд приёмов джигитовки на призрачном серебристом коне. То ехала по-женски, то по-мужски. Вставала в седле на обе ноги. То разворачивалась кругом, то проскальзывала под крупом коня на полном ходу. Конечно, тренированное тело ловца в квиддиче позволяло ей технично действовать как скифским королевам, казалось, уже рождавшимся верхом на боевом коне и в полном вооружении. Она неслась под крики — Браво! Ура! Да здравствует магическая кавалерия! Один балл! Правда, Невилл как всегда слегка затупил, сказав Джинни, что у неё славная такая лошадка. На что Джинни настоятельно порекомендовала Долгопупсу повнимательнее посмотреть на то, что находится между задних ног лошадки. Добавив, что на кобылице или на кобыле она не поскачет по идейным соображениям. А кстати, — добавила Валькирия, — кто ни будь, знает разницу между кобылой и кобылицей? Нет? Тогда в другой раз…