Чтение онлайн

Я слышал все, что они шептали. Каждое слово, казалось, имело для меня свое особое значение. Я мог ухватить каждый его оттенок, как если бы я был записывающим устройством. Они оба уговаривай меня прыгнуть на дно ущелья. Они сказали, что я должен вначале ощутить свои нити, затем изолировать одну, которая ведет вниз на дно унынья, и следовать ей." (IV, 262)

Если вы помните, в четвертой книге Кастанеды тема _сновидения_ впервые освещается достаточно подробно. Эпизод, который мы привели, несомненно, относится к практическому использованию навыков, полученных в _сновидении_, на фоне бодрствующего сознания. О _теле сновидения_, о его особой роли в подобных упражнениях мы еще поговорим в следующей главе, сейчас же важно отметить два момента, связанных с устройством энергетической вселенной Орла. Во-первых, человеческий кокон не есть замкнутая форма, помещенная в океан внешних полей, но представляет собой нечто вроде клубка, состоящего из множества нитей, входящих в него извне и туда же возвращающихся. Эта всесторонняя открытость структуры при внутренней ее стабильности позволяет осуществлять постоянный и полноценный энергообмен, который в противном случае был бы просто невозможен. Во-вторых, восприятие, следующее за этими нитями (т.е. элементарными полевыми структурами, составляющими самую сущность пространства-времени), является фактическим перемещением энергии в пространстве, и только от тренированности _внимания_ и _личной силы_ зависит объем посылаемой по этим полям энергии.

От объема энергии, движущейся в нитевидном поле, зависит яркость, или _светимость_ структуры в глазах видящих. Наиболее яркими же формами оказываются те, в которых сосредоточено _осознание_. Можно предположить, что это связано с энергетическим процессом, соответствующим нашему представлению о саморефлексии. Два встречных потока энергии (т.е. сам поток и его отражение) движутся в одном нитевидном поле, и именно это явление называется _осознанием_. Такой процесс лежит в основе функционирования точки сборки.

"Дон Хуан рассказал, что после того, как древние маги _увидели_ точку сборки с окружающим ее сиянием и составили представление о их вероятной функции, они приступили к разработке объяснения. Они предположили, что, фокусируя сферическое сияние на энергетических нитях вселенной, непосредственно сквозь это сияние проходящих, точка сборки человеческих существ автоматически без какого бы то ни было предварительно осознанного намерения собирает эти нити или волокна, формируя из них устойчивую картину воспринимаемого мира.

– Но каким образом волокна, о которых ты говоришь, могут быть собраны в устойчивую картину воспринимаемого мира?
– спросил я.

– Этого не может знать никто,- ответил дон Хуан.- Маги _видят_ движение энергии. Но _видеть_ ее движение недостаточно, чтобы сказать, как и почему это происходит.

Дон Хуан утверждал, что, после того, как они _увидели_ миллионы сознательных энергетических волокон, проходящих через точку сборки, древние маги сформулировали постулат, гласивший: проходя сквозь точку сборки, волокна собираются в пучок под действием окружающего точку сборки сияния. _Увидев_, насколько сильно меркнет это сияние у людей, находящихся без сознания или при смерти, и как оно полностью исчезает у мертвецов, древние маги пришли к убеждению, что это сияние и есть свечение осознания." (IX, 24)

Тем не менее, восприятие эманаций Орла неописуемо. Хотя мы и вовлечены здесь в определенный способ интерпретации, он оказывается шире той совокупности знаков, что предлагает нам язык. Можно, конечно, использовать некие термины (что и приходится делать дону Хуану), однако возможность _узнаваемости_ знака заключается не в нем самом, а в _общности опыта_, которому приписывается избранный знак. Существа способны обмениваться информацией только в том случае, если их переживание мира подобно, иначе коммуникация оказывается бессодержательной, состоящей из абстрактных форм, не доступных идентификации.

"Нет никакой возможности описать словами, что в действительности представляют собой эманации Орла,- пояснил он.
– _Видящий_ должен _увидеть_ их сам.

– А ты их видел, дон Хуан?

– Разумеется. Но, тем не менее, я не сумею рассказать тебе, что это такое. Просто присутствие чего-то, как бы масса какого-то качества или состояния, давление, которое ослепляет. Можно лишь мельком взглянуть на них, впрочем, как и на самого Орла." (VII, 297)

В предыдущем разделе этой главы достаточно было сказано о принципиальных отличиях перцептуального аппарата _видения_ от законов восприятия _тоналя_, а также о том, что даже _видение_ не сообщает человеку облик подлинной Реальности. Дон Хуан недвусмысленно подтверждает эту идею (которая так близка агностикам), исходя из многовековой практики _видения_:

"Орел не имеет никакого отношения к визуальному восприятию. Видящий воспринимает Орла всем своим телом, всем своим существом. В каждом из нас присутствует нечто, способное заставить нас воспринимать всем телом. Видящие объясняют процесс _видения_ Орла очень просто. Человек составлен эманациями Орла. Поэтому для восприятия Орла он должен обратиться к самому себе, к своим собственным составляющим. Вот тут и возникают сложности, связанные с осознанием: оно запутывается. И в критический момент, когда эманации внутри и эманации вовне должны просто обнаружить взаимное соответствие, осознание вмешивается и принимается за построение интерпретаций. В результате возникает видение Орла и его эманаций. _Но в действительности ни Орла, ни его эманаций не существует_. Уяснить же истинную сущность того, что существует на самом деле, не в состоянии ни одно живое существо." (VII, 297-298)

Даже "человек знания", достигший невероятных способностей благодаря восприятию и освоению энергетических полей Вселенной может сказать о мире лишь одно: _он есть_. Какова же она, реальность нагуаля, не знает никто. Тайна мироздания становится особенно впечатляющей, когда вспоминаешь, что эманации Орла наделены _осознанием_:

"[Маги древности] говорили, что сущность вселенной напоминает светящиеся нити, протянувшиеся во всех мыслимых и немыслимых направлениях из бесконечности в бесконечность - светящиеся волокна, _обладающие собственным, непостижимым для человеческого ума самоосознанием_." (IX, 21)

Это, разумеется, не означает, что Орел - живое и разумное существо, "пожирающее" светимость всего живого вокруг себя. Дон Хуан с естественным недовольством говорит о тех "жалких людишках", "сентиментальных глупцах", которые стали _видящими_ по воле случая и привнесли в новую интерпретацию вселенной всю массу собственных слабостей и предрассудков. Учитель Кастанеды считал, что именно такие _видящие_ навязали своим последователям образ Орла, пожирающего человека в момент смерти. "Потом он сказал, что в таком варианте описания налицо некоторая ущербность и что лично ему не нравится идея относительно чего-то, нас пожирающего. С его точки зрения точнее было бы говорить о некоей силе, притягивающей осознание существ подобно тому, как магнит притягивая опилки. В момент смерти под действием этой грандиозной силы происходит дезинтеграция всего нашего существа.

И вообще нелепо представлять такое явление в виде пожирающего нечто Орла, поскольку неописуемое таинственное действо превращается тем самым в тривиальное принятие пищи." (VII, 299)

Отдельный и довольно интересный аспект описания вселенной Орла представляет структурная развертка эманаций. Многообразие воспринимаемых магами миров связано как раз с тем фактом, что эманации Орла распределены в пространстве неравномерно, образуя огромные пучки. Древние видящие назвали эти пучки _большими полосами эманаций_.

Нет смысла пытаться представить себе пространственные соотношения между этими полосами, поскольку их расположение вне трехмерного восприятия человека. Собственно говоря, подобные структуры нельзя даже называть полосами - это еще один условный термин, иероглиф, за которым скрывается непостижимое. Неоднородность распределения энергии в пространственно-временном континууме сама по себе является вряд ли объяснимой объективностью - загадка такого устройства мира в данном случае смыкается с изначальной тайной самого бытия. Очевидно, рассуждая о фундаментальных принципах вселенной (будь то в рамках современного естествознания или самого утонченного оккультизма), мы выходим за пределы вопрошания в ту область, где бессилие интеллекта, всегда интерпретирующего не опыт, а собственные образы _опыта_, делается совершенно явным.