Чтение онлайн

Артур спал без снов.

Едва коснулся головой подушки, и мир яви, как заставка на экране дисплея, моментально трансформировался в таинственный мир грёз.

Сон без сновидений, обычный, крепкий, глубокий.

Тихая дробь капель по стеклу и подоконнику, неспешная мелодия дождя, младшая сестра меланхолии, не отвлекали от отдыха.

В шесть утра Артур открыл окно комнаты и впустил внутрь уличную, наполненную влагой свежесть.

Несколько энергичных физических упражнений и он в норме.

К офису Владимирцева Артур подошёл к восьми утра и застыл. Очень часто он гулял в этой части так называемого среди горожан «старого города» и никогда не обращал на красивое, под старину рубленое здание-терем, внимания.

Толкнул рукой калитку. Закрыто. Нажал кнопку звонка на столбе. Сразу же последовала реакция.

Хлопнула дверь терема.

— Что надо? — раздался с крыльца с лёгкой, после сна, хрипотцой мужской голос.

— Мне назначено.

— Кем?

— Фёдор Витальевич пригласил…

Его не дослушали и неприязненно пробубнили в ответ:

— Нет его. Приходи позже.

— Он назначил к восьми.

— Утра? — съехидничали с крыльца, звеня бисеринками воды на листьях берёзы.

— Вечера, — в тон ответил из-за забора Артур, стараясь придать голосу те же нотки плохо скрытого злорадства.

— Вот и жди вечера, — пожелали с крыльца, и хлопнула дверь.

Фёдор Витальевич, подъезжая, увидел одинокую мужскую фигуру, расплывчато виднеющуюся через мелкую сетку небесной мороси.

Автомобиль остановился возле ворот. Опустилось стекло.

— Артур?

— Здравствуйте, Фёдор Витальевич.

Владимирцев хмыкнул одобрительно.

— Люблю пунктуальных людей. Здравствуй. — Ответил Владимирцев и пригласил в машину, затем кивнул в сторону терема. — Не пускают?

— Не-а!..

— Узнаю фирменный стиль Аскольда Тимуровича. Но это поправимо.

Автомобильный клаксон издал три коротких сигнала.

Снова раздался стук открываемой двери и послышался радостный голос:

— Спешу, бегу, Фёдор Витальевич!

Ворота распахнулись. В чёрной униформе со сдвинутой набок на голове кепке справа, озаряя улыбкой, стоял среднего роста пожилой мужчина.

Владимирцев обратился к сторожу:

— Аскольд Тимурович, впустишь усталых и промокших в пути путников?

Сторож театрально, с чувством, сделал пригласительный жест рукой, предлагая проехать.

— Снова шутите, Фёдор Витальевич! — покачал головой сторож.

— Доброе утро, Аскольд Тимурович, — Владимирцев вышел из авто вместе с Артуром. Поднялись на крыльцо.

Сторож закрыл ворота и присоединился к ним.

— Где ж оно доброе, господь с вами? Через день дождь льёт…

Владимирцев полной грудью вдохнул дождевую сырость, — а, не правда ли, осенью пахнет? — отдающей болотом из озерца за забором.

— Аскольд Тимурович, нужно уметь радоваться жизни, — сказал Владимирцев. — Даже строчки есть в одной песенке в известном кинофильме: у природы нет плохой погоды, — и вошёл, Артур последовал за ним.

Сторож остался на крыльце, протянул ладонь, сразу намокшую от капающей влаги.

— Так то ж в кино поют, — завел он брюзжащую пластинку, — в жизни-то оно попроще будет… — и вытер руку носовым платком.

В кабинете Фёдор Витальевич предложил Артуру сесть.

Артур с удивлением осмотрел помещение. Владимирцев спросил, что не таким желал увидеть кабинет одного из состоятельных людей города; Артур покраснел и ответил положительно. Владимирцев сказал, что ему остаётся всего лишь развести руками, глянцевая обложка журнала не обязательно интересное содержание его самого и сразу же предложил заняться делом. Артур горячо сказал, что готов приступить к работе немедленно. Он готов был говорить и дальше, но интересный предмет обихода, вошедший совсем недавно в нашу жизнь — спутниковый телефон — прервало его.

Владимирцев ответил. Лицо его оживилось. Прикрыв трубку рукой, попросил подождать в коридоре, конфиденциальный звонок.

Звонил Шмидт.

— Я вас слушаю, Алексей Оттович!

Речь его быстрая и сбивчивая. Как всегда, перескакивал с одной темы на другую, он сообщил, что неплохо бы было, если бы их охраняло какое-нибудь агентство.

Фёдор Витальевич напрягся.

— Что случилось, Алексей Оттович?

И Шмидт сообщил о злоключениях его любимого студента, что вчера он пришёл из прогулки в посёлок избитым, едва держался на ногах. И снова состав его разговора перевели на рельсы другой темы. Он чуть ли не плакался, жаловался на дождь. Что он в корне меняет планы экспедиции. Что лета и так не долгое в наших краях.

Здесь Владимирцев рассмеялся, дескать, в небесной канцелярии у него знакомых нет. Придётся смириться. Наступят солнечные дни. В заключение переспросил, всё ли в порядке со студентом. Нужна ли ещё помощь. Услышав, что охраны достаточно, но в самое ближайшее время, заверил, проблема с охраной будет решена сегодня же, отключил телефон.

— Артур, зайди, пожалуйста, — пригласил он юношу.

Артур вошёл в кабинет.

— Рвался в бой?

Артур кивнул головой.

Владимирцев продолжил:

— Вот и задание: охрана членов археологической экспедиции. Там, понимаешь, наверняка, с местными один студент нашёл контактную точку соприкосновения.

— Что с Петрухой?

Владимирцев вопросительно посмотрел на него.

— Хорошая слышимость, — пояснил Артур.

— Знаком?

— Друзья детства.

— С ним сейчас всё в полном порядке, — ответил Владимирцев. — Вот и будешь его охранять. Чтобы не дай бог, не дошло до летальных случаев. Ты будешь старшим взвода охраны. — Владимирцев протянул договор, заготовленный загодя. — Ознакомься. Принят на работу с сегодняшнего числа. Придёт секретарь, напишешь заявление. Формальности уладим позже.

В десять утра Владимирцев проводил Артура и десять его подчинённых на вертолётную площадку.

Охранники разместились в вертолёте первыми. Артур следил за ними, стоя поодаль с Владимирцевым.

— Боевое оружие не игрушка, сам знаешь. Поэтому прошу, Артур, применять его в крайних случаях, — сказал Фёдор Витальевич. — Вот спутниковый телефон. Отчёт каждые четыре часа. Сообщать о каждом происшествии, о каждой находке. Ты — мои глаза и уши. Я должен знать всё первым. Ясно?

Артур приложил руку к козырьку кепки.