Чтение онлайн

Кулак вытаращил глаза и на всякий случай испуганно оглянулся.

—Какие еще акулы?

—Зубастые! — сказал я и, подойдя к окну, добавил:— А ты не мешай, если цел остаться хочешь. Завтра обо всем узнаешь.

Васька пожал плечами и пропел, отходя от окна:

Нам акула нипочем, нипочем,

Мы акулу — кирпичом, кирпичом...

Есть у нас стенгазета «Улыбка». Редактором — ваш покорный слуга. Так уж получается, что газету приходится делать самому. У нас так с первого дня повелось: ты, Балтабаев, редактор — ты и делай газету. И делаю. По воскресеньям. А утром, в понедельник, вывешиваю в классе.

В воскресенье после обеда прибежал ко мне Сервер — запыхался весь, грудь волнами ходит. Цунами, а не грудь.

— Ты улыбаться еще не начинал? — бухнул он, едва я отворил ему калитку. — «Улыбку», говорю, не закончил?

—Листы разложил, обмозговываю пока. — Я тебе тему принес, сейчас ахнешь. Не тема, а мозговая косточка!

—Тема — это хорошо! Главное — придумать тему,— согласился я.

—Придумать?! Ничего себе — придумать! Так отряд обманывать — это ж надо такое придумать!

— Постой, постой, — остановил я Сервера. — Брось стрекотать, объясни толком.

— Ну так слушай! — Сервер плюхнулся на стул и, увидев на столе прямо перед собой графин с водой, схватил его и жадно отпил.

— Слушаю! — напомнил я.

Сервер подался вперед и таинственно вымолвил:

—Ты знаешь, откуда я сейчас?

— Откуда же?

— Из Ташкента, — прошептал Сервер.

— А что ты там делал?

— За Юркой Вороновым следил.

Я рассмеялся:

— Он что же — шпион или диверсант? Следил... Умора!

—А ты сначала послушай, — нахмурился Сервер. — Ты заметил, что Юрка в последнее время из кожи вон лезет, чтобы отряд побольше макулатуры собрал?

—Ничего удивительного, — ответил я. — Юрка у нас за все трудовые десанты отвечает, может, ты забыл?

— Не забыл... А скажи-ка теперь, почему наша макулатура у Юрки в кладовке лежит? — Сервер испытующе смотрел мне в глаза.

—Ты что-то путаешь, товарищ Штирлиц, — усмехнулся я. — Отгадка — проще пареной репы. Не в пионерской же держать бумагу до прихода машины.

Это еще спасибо надо сказать Юрке, что уговорил родителей кладовку для нашей бумаги выделить. А в день сдачи мы ее всегда на тележке в школу привозим и

взвешиваем. Забыл, что ли?

В доме мы были одни, но Сервер почему-то еще больше понизил голос.

—А зачем Юрка сегодня утром кипу бумаги в город повез? Не знаешь? Ну-ка, ответь...

—В город? — удивился я. — Вот уж не понимаю..

Сервер жарко зашептал:

— Так я ведь тоже ничего не понял, когда увидел ранехонько из окошка, что Юрка спешно несет кипу к первому автобусу, что в Ташкент идет.

— И ты спросил у него?..

—Как бы не так. Дай, думаю, погляжу, что это наш Воронов задумал. Выскользнул я из дома и тихонечко за Юркой двинул. Он в автобус с передней двери зашел, а я — с задней.

—И он тебя не увидел?

Сервер обиженно нахмурил брови:

— За кого ты меня принимаешь?.. И потом — ты ведь знаешь, как набит наш автобус в воскресенье. Стою позади, маринуюсь как огурец в бочке, и за Юркой поглядываю.

—И что же? — заторопил я Сервера. — Куда он бумагу вез?

— Сдавать — вот куда!

— Сдавать? — изумился я. — А зачем? Мы ведь в школе ее сдаем, когда машина приезжает.

— Он ее в Ташкенте на приемный пункт сдал, где бумагу, на талоны меняют.

—Какие еще талоны?

—Вот и я спросил — какие, когда Юрка отошел. У приемщика спросил — не у Юрки.

—И что сказал приемщик?

— Он сказал, что за двадцать кило макулатуры дает талон на «Королеву Марго» — через месяц книга будет в продаже. Понял теперь фокус-покус?

— Ловко! — потрясенно выдохнул я. — Это что же получается — мы втридцатером по поселку рыщем, чтобы макулатуру собрать, а Юрка себе на нее задарма всего Дюма собирает? Чистая работа.

Сервер заключил:

—Вот из города к тебе прямиком и пустился — для стенгазеты ведь какой фактик!

— Смеху мало, — согласился я.

—Карикатуру надо на весь лист нарисовать, — предложил Сервер. — Можно так сделать: нарисовать весы, которые держит в руках Юрка, на одной чаше — «Королева Марго», а на другой — мы, весь класс.

Я подумал и сказал:

—Можно так, а можно и иначе. Сам подумай. Ведь эта Юркина «Королева Марго» бросила перчатку нашей дружбе.

—Понял! — обрадовался Сервер. — Все понял!.. Королева Марго бросает перчатку всему классу. Кто кого... Давай, Балтабай, рисуй кривую улыбку

Юрки Воронова. Это завтра будет сенсация номер один!

Сервер стал наблюдать за моей кистью. Сначала я нарисовал чопорную королеву в огромных перчатках.

—Сними с нее одну перчатку, — осторожно подсказал Сервер. — Она ведь ее бросать нам должна.

Я хлопнул себя по лбу — верно, надо бы малость облегчить ручку королевы. Скоро карикатура на весь лист была готова.

—Не поймут мысль! — подумав, сказал Сервер. — Не понятно, кто она такая, — и он ткнул пальцем в королеву.

Я пожал плечами:

— Если хочешь, я могу на королевской мантии написать имя.

— Нет, — покачал головой Сервер. — Ты лучше теперь сделай, как будто эта королева на книжной обложке нарисована, а внизу напиши название книжки.

Я согласился. Когда была дорисована и книжка, в комнату вошла Айгуль.

— Ого!— удивилась сестра. — Дюма у вас уже в карикатуру угодил... А между прочим, у нас сейчас две «Королевы Марго» есть.

—Как две? — удивился я.

—Очень просто. Одна в собрании сочинений, а вторая отдельным изданием. Старенькая, правда...

И тут меня осенило.

— А где он, где — старенький Дюма? — воскликнул я.

— Пойду, покажу, — с готовностью согласилась сестра. Ее у нас лепешкой не корми и в кино не води — дай только про книги поговорить. Неудивительно — студентка пединститута.

Через минуту, держа в руках заветный томик, я сказал:

— Сейчас мы организуем психическую атаку на Юрку Воронова!

— А зачем? — захлопал глазами Сервер.

— Узнаем кто есть кто. Побежали...

Мы выскользнули на улицу. Юрку увидели издали — он развешивал белье.