Чтение онлайн

наклейки-"липучки", а в кармане шаром покати, то, разумеется, он бы первым делом

поперся на толкучку, со своими "красивыми камушками".

– Тогда другой вопрос - зачем этот мужик вообще приехал в наши края?
–

сказал я, подумав как следует.
– Ведь не для того, чтобы побродить по толкучкам наших

городков.

– Как зачем?
– Ванька все больше изумлялся моей тупости.
– Сбывать

фальшивые деньги! Ведь их всегда сбывают подальше от тех мест, где они изготовлены!

И это тоже было правильно.

– Во всяком случае, с внуком Никитишны он расплатился настоящими деньгами,

– сказал я.
– Если бы он всучил ему фальшивки, то шум бы уже давно поднялся.

Впрочем, понятно. Сколько надо на жвачку или на лейблы? Рублей десять...

– На десять рублей можно много чего поиметь, - заметил Ванька.
– Вон, у нас

вход в дискотеку - пять рублей.

Сами мы в дискотеке ещё ни разу не были, но проходили мимо неё почти каждый

день, по пути в школу и из школы, поэтому все её афиши и объявления знали наизусть.

– Угу, - кивнул я.
– Допустим даже, он отстегнул парню целых пятьдесят

рублей или больше. Все равно он отсчитал их мелочью, ведь понятно, что у мальчишки

сдачи с сотенной не будет. И потом, если бы "охотник" дал парню фальшивку, то путь к

его бабке был бы "охотнику" заказан: парень уже погорел бы с этой фальшивкой, и его

родители уже предупредили бы Никитишну, что, если явится такой-то человек, с ним

никаких дел иметь нельзя. Возможно, его бы у Никитишны и милицейская засада уже

ждала. А ему позарез надо было получить эти камешки! И вот следующий вопрос: зачем?

Ведь наверняка он разглядел в них какую-то большую ценность, иначе бы не гонялся так

за ними! А опытному жулику, фальшивомонетчику можно доверять, когда он чует

большой навар!

– Эх!
– вздохнул Ванька.
– Вот бы нам сейчас тот том детской энциклопедии,

где про строение земли рассказано и про все минералы! Глядишь бы, нашли, что нам

надо. А так мы как без рук...

Да, минералы, в отличие от живой природы, мы знали плохо.

– И ещё один вопрос - почему он угрожал нам, - вставила Фантик.
– Ведь

спокойно можно было попросить: ребята, возьмите меня на буксир и довезите до такого-

то места. Разве бы мы не взяли?

– Да и вообще этот мужик ведет себя так, как будто впервые в жизни попал за

город!
– сказал Ванька.
– Ведет себя, как будто боевиков о погонях насмотрелся!

Платит фальшивыми деньгами, угрожает ружьем там, где можно просто попросить -

словом, я говорю, ведет себя как в кино, а не как в жизни. Знаете, что мне это

напоминает? "Последний герой боевика" со Шварценеггером - ну, этот самый, где

киногерой-супермен попал с экрана в настоящую жизнь и начал все время влипать хуже

маленького, потому что реальная жизнь оказалась совсем не похожей на киношную!

Мы с Фантиком рассмеялись.

– Да, очень похоже, - сказал я.
– Но давайте не будем терять времени.

Покажите мне крест, а заодно подсоберем дровишек. А то скоро смеркаться начнет. И по

пути, на свежем воздухе, ещё раз все обмозгуем.

– Пошли!
– подскочил Ванька.

– Только я надену теплый свитер, - сказала Фантик.
– На улице становится все

холодней, и сейчас, после того, как мы отогрелись у очага, там можно будет совсем

закоченеть.

Я тоже предпочел надеть свитер, прихватил топорик, самый большой рюкзак и

крепкие веревки, и мы вышли на улицу.

Такое было ощущение, что начинается настоящий мороз. Щеки и кончик носа

сразу защипало так, что у меня слезы на глаза навернулись. И землю уже подергивало

инеем - не серебристым, а седым, того тусклого оттенка, которым иней отсвечивает

перед ненастьем.

– Как хорошо, что у нас не просто палатка, а крепкие стены и крыша и жаркий

очаг!
– сказал я.
– В палатке мы бы уже дуба давали.

Ванька и Фантик согласились со мной и повели меня за ворота, к неровному

возвышению над берегом чуть поодаль подворья. Между взгорками имелась впадинка -

или ложбинка, как хотите - и в этой впадинке высилось то, что оставалось от креста. По

форме это было больше всего похоже на букву "Т" с одной наполовину обломанной

перекладиной и с нахлобучкой вроде шляпки гриба над центром буквы.

И даже сейчас, когда от него было отколото множество кусков - да что там, целые

части от него отбиты - он выглядел на удивление гладким, будто оплавленным. В каком-

то смысле, он был похож на полупрогоревшую свечу, если вы можете представить себе

черные свечи с металлическим отливом и с намеком на поперечную перекладину. Не

знаю, как ещё это описать, мне трудно передать в словах, то грандиозное впечатление,

которое он производил. Хотя, возможно, это только на нас он так действовал, потому что

мы знали его историю.

– Вот это да!
– я опустился на колени и стал тщательно осматривать землю

вокруг креста, перебирая в руках его мелкие осколки.
– Интересно, чем его так долбали?

Ведь камень такой твердый, что просто так его не расколешь!

– Он, наверно, мощно гляделся, когда был целым, - сказала Фантик.

– Еще как мощно!
– поддакнул Ванька.
– И ещё интересно, откуда он тут взялся,

если его, по преданию, не люди сделали.

– По-моему, его все-таки сделали люди, - сказал я.
– Только в какие-то совсем

незапамятные времена. Сделали, доставили сюда, откуда-то издалека, ведь таких пород

здесь нет. На струге, наверно, везли. А потом прошло несколько веков, все забылось. И,

когда архиепископ причалил к острову во время бури, то принял его за причудливое