Чтение онлайн

— Может быть, ты и подменил? — набросился он на повара. — Решил вернуться к своему хозяину?!

— Успокойся, мальчик. Я кое-что знаю. Этот порошок слишком опасен…

— Что?? — несколько голосов слились в один.

— Точно сказать не могу, я — не физик, и вообще не ученый. Даже не повар. Я — художник, бывший. А Пьер, с выдуманной литературной фамилией Безухов, — знаменитый физик в области ядра. Однажды оказался замешанным в какой-то истории, попал в руки ФСБ и стал инвалидом. Недавно, на катере, попросил меня нарисовать картину атомного взрыва на маленьком тропическом острове. Вот отчего мои опасения.

Эдвард задумался, а Валиса вдруг заявила:

— Взрыв тут не при чем. Просто порошок подменил Мауи.

— Мауи? Он же сам сообщил нам об ультиматуме!

— Ультиматум дал ему возможность без подозрений подменить порошок, и тем самым не отдать его американцам. Он, вероятно, решил, что плесень в пещере — остатки или осколки Сына Солнца, тотема Уполу. А подменить порошок на коралловый песок в сумке Родика он имел возможность, когда Родик, помните? зацепился плечом за колючую ветку, и Мауи поднял и некоторое время нес его сумку. И теперь, я думаю, Мауи отнес его обратно в пещеру.

С вертолета продолжали поступать грозные предупреждения. В том числе, объявляли, что никакой русской субмарины нет в прибрежных водах острова, и упрямых владельцев белого порошка ждет печальный конец.

Эдвард не удивился бы такому вниманию к белому порошку, если бы знал, что произошло во внешнем мире в течение последних суток. А произошло вот что:

Клоун, ускользнув от самоанцев на моторке, был схвачен сторожевым американским катером военно-морских сил США и передан в руки «лесной полиции» Американского Самоа. Он, как правильно сообщил об этом повар, действительно был талантливым физиком, но свои выдающиеся мыслительные способности использовал в корыстных, преступных целях. В России ему не удалось получить сведения о тайне Сына Солнца, но он проследил маршрут ребят и Жени на запретный остров. Туда высадились два его помощника с нужной специальной аппаратурой, снабдив их нужной аппаратурой, в том числе, для регистрации нейтронов. Однако один из них вскоре был ликвидирован сержантом ВМС США, агентом лейтенанта Купера. А второй помощник, тот, что наводил ужас на ребят, представляясь инвалидом, после неудачной попытки противостоять агенту был им завербован. И оба повели двойную игру: работая якобы на клоуна, на самом деле выполняли миссию лейтенанта Купера и адмирала. Используя наивность Полеа, сержант следовал с аквалангом Жени за Эдвардом и Валисой и во время их второй попытки видел, как ярко, разноцветными блестками искрится белый порошок на полу пещеры в мокрых следах ботинок капитана. И не только видел свечение: миниатюрная аппаратура клоуна зафиксировало нечто необычное, невидимое человеческому глазу, но много говорящее хорошему физику.

Однако сержант-украинец и его русский сообщник не сумели расшифровать полученные данные и передать их лейтенанту. Клоун-физик, клоун авантюрист оказался хитрее: аппаратура работала автоматически, и данные передавались только на его катер. У двойных агентов оставалась единственная возможность — завладеть белым светящимся порошком, не ведая, что это такое. Это не удалось, но адмирал всё-таки узнал истину. Когда капитан сторожевого катера прокричал в рупор приказ водителю моторной лодки остановиться, расчетливый Пьер-клоун даже из этого незавидного положения и тут сумел извлечь выгоду. Он заявил, что обладает сведениями чрезвычайной важности, и его должны немедленно представить высшему командованию США. И добавил: «А лучше — господину президенту».

После общения высоких чинов с клоуном-инвалидом громкая кампания обвинения русских в радиоактивном заражении Самоа внезапно прекратилась. Смолкли быстро-говорящие головы с экранов телевизоров, со слюной вещающие об устрашающем секретном оружии России. Зато была отмечена повышенная активность кораблей Тихоокеанского флота США в районе архипелага Самоа. Правительство независимого демократического государства Западное Самоа, которое в свое время подписало договор с Россией, попросило о военной помощи. Из России в территориальные воды Самоа была направлена подводная лодка «Академик Менделеев» и два эсминца. А ранее, после выдвинутого обвинения русских в радиоактивном заражении островов Самоа, на Уполу отправилась группа ученых для выяснения причины глубокой заинтересованности американцев районом южных необитаемых островков Самоа. В эту группу вошел и Семен Захарович Фролов, отец Павлика.

От угроз с американского квадролёта, Эдварда и его друзей спасла гроза, нагрянувшая неожиданно, как это бывает в тропиках. Все бросились в чащобу. Туда дождь все равно проникал, но не бил беспощадно по щекам, а ветер не сшибал с ног. Основная опасность была от падения сучьев, подгнивших или чрезмерно нагруженных плодами. Решили продвигаться к колодцу — единственному расчищенному месту на острове, где можно было переждать грозу, не опасаясь атак американцев и избежав шишек на голове. Гроза могла длиться сутки и больше. Пилотам американского квадролета пока было не до погони — лишь бы ветер не опрокинул машину. Садиться на остров было некуда, и приходилось рассчитывать на удачу или на искусство пилотов.

— А Мауи, думаю, сидит в колодце, — с тайной надеждой увидеть своего самоанского друга сказал Павлик, когда в просвете деревьев появилась знакомая просека.

Сначала заметили, что ни одна лиана не спускается в колодец, а подойдя к опушке, ахнули: он был накрыт большим круглым камнем! Так, как это было сотни лет до прихода отряда Эдварда несколько дней назад.

— Ветер сдул камень и похоронил Мауи! — запричитал Павлик.

Эдвард обошёл вокруг камня:

— Думаю, Павлик, что тебе нечего волноваться за друга — камень искусно поставили на место, вырыв для него дорожку к колодцу с уклоном, и затем подтолкнув рычагом. Видишь специально срубленный кривой сук? Возможно, помог и ветер — он дует как раз в нужную сторону. Камень по инерции прокатился на три-четыре сантиметра дальше края колодца, вот свежая вмятина в земле, и вернулся на свое привычное место.

— Это мог сделать только….

— Мауи, — опередил Валису Родик. — Он бросил порошок в колодец и запечатал его. Всё так, как предполагала Валиса Павловна.

Валиса погладила мокрые волосы Родика.

— А где же тогда он сам?! — исступленно повторял Павлик, по щекам которого вместе с пресными дождевыми струями стекали солёные ручейки слез. Валиса обняла высокорослого, но впечатлительного внука, и вдруг лицо того прояснилось, и он заявил, что ему пришла в голову мысль (Родик в таких случаях обычно резюмировал: «Наконец-то мой друг начал думать головой!»):

— Мауи сознательно ушел в пещеру, чтобы охранять заснувшего Сына Солнца!

— Как же можно задвинуть тяжеленный камень изнутди? — спорил Родик.

— В этом что-то есть, — Эдвард поддержал подозрение Павлика. — Камень с таким же успехом можно сдвинуть и находясь внутри — просто убрать предварительно подставленный упор.

— Бедный Мауи! Он так и сделал, а потом не смог выбраться назад… Я пойду искать искать Мауи в пещере Сына Солнца! Кто со мной? — Павлик был настроен решительно.

Но Эдвард не сразу дал «добро» на спуск в колодец, ссылаясь на то, что «воздух пещеры вреден для верхних дыхательных путей — вон какой насморк подхватил Родик!» Только один Родик подозревал, что капитан скрывает истинную причину своих опасений. Но Павлик рвался в бой:

— У меня никогда не бывает насморка. Идем выручать Мауи!

— Ладно, спустимся в колодец, а там видно будет, — согласился капитан. Камень сдвинули общими усилиями. На дно темного и холодного колодца, с истлевшим скелетом человека, спустились Эдвард, Женя и, конечно, Павлик. Тот полез было в расщелину, но Эдвард запретил:

— Это неразумно, Павлик. У нас нет никаких источников света. В полной темноте мы и тебя потеряем. Просто позови своего друга — если он там, откликнется. В тоннеле звук далеко слышен — вспомни нашу незабываемую встречу.

Павлик кричал до хрипоты, Мауи не отзывался.

Между тем гроза кончилась. Когда вся группа вылезла из колодца, солнце уже успело нагреть большой темный «ключ-камень». Женя и Валиса приложили холодные ладони к его круглым бокам, и остальные последовали их примеру.