Чтение онлайн

Но пазл в башке молниеносно складывается. Перед глазами возникает чёткий образ рыжей девушки.

Маленькая, хрупкая, нежная…

И сейчас какая-то бездушная тварь потрошит её, вырезая из неё ребёнка.

Моего ребёнка!..

Кровавая картина заливается багровой пеленой. Я перестаю видеть. Перестаю соображать. Становлюсь неадекватным. Диким. Безумным.

Меня трясёт от бешенства. Грубо хватаю мать за плечи и встряхиваю, не рассчитывая силы.

— Где она?! — свирепо рычу.

— Как ты смеешь так со мной…

Она закрывает рот, встретив мой одурелый взгляд. А я смотрю на неё с ледяной ненавистью и с трудом сдерживаюсь, чтобы не выдавить информацию силой.

Я больше не вижу перед собой матери. Вижу врага.

Хитрого. Изворотливого. Коварного.

Она посмела тронуть неприкосновенное. То, что я всеми силами старался уберечь. Спрятать от всех. Защитить.

Из-за неё Вика пошла на аборт...

Чёрт!

Да меня от одной мысли об этом наизнанку выворачивает!

— Адрес!

— Городская гинекология… А что ты собрался делать? Подожди…

Не хочу больше слышать ни слова. Убираю с прохода преграду, распахиваю дверь и вылетаю из квартиры.

С матерью я разберусь позже. Сейчас важно другое — успеть остановить устроенное ей мракобесие.

Вика

Сижу напротив женщины-врача и смотрю, как она неторопливо заполняет бумаги.

Папа поднял все свои связи, чтобы официально процедуру аборта провела именно она, а не подруга Ларисы Витальевны.

Нам нужна абсолютная конфиденциальность. Ведь то, что сейчас происходит, — немыслимо. И вряд ли законно. Но, похоже, это осознаю только я.

Женщина в белом халате совершенно спокойна и даже периодически улыбается, бросая на меня короткие взгляды.

Выдавить из себя ответную улыбку не получается. Я напряжена до предела, нахожусь в полной прострации. Потому что собственное решение до сих пор не укладывается в голове.

Но что сделано, то сделано. Обратного пути нет.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает врач, отрываясь от бумаг.

Прислушиваюсь к своему организму и хрипло отвечаю:

— Тошнит немного.

— Это нормально, — кивает. — Если хочешь, можем подробно обсудить твои ощущения.

— Не нужно, спасибо, — нервно ёрзаю на стуле. — Я уже могу уйти?

— Подожди ещё немного. Мне нужно закончить с документами.

Подавив тяжёлый вздох, продолжаю ждать.

В голове роится клубок сомнений. Пытаюсь представить свою дальнейшую жизнь, но не получается.

Я словно потеряла ориентиры. Чувствую пустоту и страх.

К горлу внезапно подкатывает удушающий ком, и я пытаюсь удержать слёзы в глазах.

— Ощущение, что я совершила ошибку, — делюсь, не в силах больше молчать. — Как избавиться от этих мыслей?

Ловлю участливый взгляд женщины и всхлипываю.

— Не нужно от них избавляться. Они сами уйдут. Просто нужно время для принятия, — она снова улыбается. — Ты молодец, Вика. Не каждая девушка твоего возраста способна на такое мудрое решение. Ты всё сделала правильно. Даже не сомневайся.

Киваю, смахивая влажные дорожки с щёк, и пытаюсь взять себя в руки.

Нельзя раскисать. Я должна быть сильной!

Терпеливо дожидаюсь, когда гинеколог закончит с бумагами, и поднимаюсь на ноги.

— Ну вот и всё, — сообщает она, торжественно вручая мне выписку. — Текущая беременность официально прервана. Процедура прошла успешно. Поздравляю!

Не разделяю её энтузиазма. С каменным лицом забираю справку, проверяю информацию в ней.

— Спасибо за вашу помощь.

— Не за что. Удачи, Вика.

Хочу снова произнести слова благодарности, но меня останавливает жуткий грохот.

Испугано смотрю на дверь, которая буквально слетает с петель и ударяется о стену.

Сердце подскакивает к горлу, а в животе всё переворачивается, когда вижу Высоцкого.

Не знаю, что пугает меня больше — его появление здесь или его бешенство и ярость.

Он как будто пришёл убивать. Об этом свидетельствует угрожающе сжатые кулаки, вздутые вены на шее и набыченный вид бойца.

Растерянно смотрю на женщину, вижу её полный непонимания взгляд и пытаюсь что-то сказать. Но лишь открываю и закрываю рот, хлопая глазами.

— Ты! — рявкает Высоцкий, рвано кивнув на гинеколога. — Вышла отсюда! Быстро!

— Что?! — пытается она возмутиться. — Я тебе сейчас так выйду!..

Она не договаривает, потому что Максим в ярости опрокидывает на пол процедурный шкаф с медикаментами, который разбивается вдребезги и засыпает пол мелкими осколками.

— Вон! — с безумным видом рычит Высоцкий.

И наступает на нас, игнорируя хруст стекла под ногами.

В ужасе наблюдаю за всем этим и не замечаю, в какой момент женщина выбегает из кабинета.

Я тоже хочу убежать, но не могу двинуться с места и словно в замедленной съемке вижу, как Максим приближается, нависает надо мной и смотрит диким взглядом.

Я пытаюсь понять, что творится в его голове. Зачем он здесь? Что ему известно?

Господи… Я сейчас потеряю сознание от страха и непонимания.

— Что это было? — с трудом выдавливаю. — Ты сошёл с ума?

— Почему не сказала? — игнорирует он мои вопросы.

— О чём?

— О беременности.

У меня начинается паника. Не знаю, что ответить, поэтому с глупым видом спрашиваю:

— Какой беременности?

Максим нервно дёргает желваками и недобро прищуривается.

— Вика, — предупреждающе цедит, подступая вплотную. — Не надо со мной играть. Я всё знаю.

Чувствую себя загнанной в угол и отступаю. И ни секунды не сомневаясь, решаюсь на побег — ловко ныряю под локтем Высоцкого, бросаясь к двери.

Прикладываю все силы, чтобы добежать до нее, и мне это почти удаётся. Но Высоцкий хватает меня за талию, прижимает спиной к стене и фиксирует моё тело своим, упираясь ладонями в стену по обе стороны от моего лица.