Чтение онлайн

вели вместе по трудной и опасной дороге жизни. Не сосчитать

ночей, проведённых ими у одного костра. Не измерить расстояние

таёжных троп, пройденных вместе. Сколько раз Загбой делился

с другом добычей, своим небогатым имуществом, провиантом

и даже подарил несколько оленей из своего небольшого стада.

Мухой отвечал другу подобным вниманием. В его котомке

лежала чашка, кружка и ложка для эвенка. Загбой всегда на­

ходил приют в его убогой юрте, был самым желанным гостем,

во время трапезы садился на почётное место. Из огромного ка­

зана в первую очередь ему доставался первый кусок мяса и, как

это разрешено у кыргызов, ночью занимал тёплое место рядом

с женой хозяина. Обычай очень нравился охотнику. Может быть,

поэтому после многодневного выхода на охоту ноги Чигирбека

тропили дорогу за голец Ахтын, в долину Хабазлака, а две по­

следние дочки Мухоя как-то странно походили на Загбоя.

Несколько лет назад в семье Мухоя случилась беда. В Саянах

пропал муж младшей сестры Ихтымы, Батыр. Ранней осенью

ушёл с напарником на соболёвку к гольцу Кучуму и больше не

вернулся к обещанному сроку. Ждали до весны, потом до лета.

В месяц налива ягод Загбой и Мухой ходили под голец, долго,

очень долго искали славного Батыра. Нашли раздавленную сне­

гом юрту, мёртвых собак. Однако все старания по поиску людей

не увенчались успехом. Может быть, охотники попали в снеж­

ную лавину или провалились в горной реке под неокрепший

лёд. Суровая тайга скрыла тайну исчезновения двух кыргызов.

Двадцатипятилетняя Ихтыма осталась одна, без мужа, с тремя

детьми на руках. Ровно через год Загбой поставил свой чум

рядом с юртой Мухоя и привёл в него молодую Ихтыму вместе

с её детьми. Ещё через год под сводами клиновидного жилища

подал голос крошечный Шинкильхор.

И наступила в жизни Загбоя белая полоса! Трудно передать

состояние души человека, когда у него есть дом, в котором тебя

28

ТАЙНА 0 3 6 Р Л к у ч у м

всегда ждут. Где всегда тепло, сытно, уютно. Где слышится весё­

лый, звонкий детский смех. Где твоё загрубевшее тело обнимают

ласковые руки молодой жены. Да еще мать-природа раскрыла

свои кладовые! Благодаря большому опыту, настойчивости

и трудолюбию следопыта семья охотника практически всегда

была с добычей, не знала нужды и забыла о голоде.

Однако не всё спокойно на душе у охотника, как это кажется

на первый взгляд. Постоянные мысли о дочери, о внучке терзают

душу. Не сладок мёд пчелы, когда в улье нет матки. Находясь

дома, он постоянно думает о Ченке и об Уле. Проходит неделя,

вторая, не может вынести Загбой разлуки, собирается в дорогу,

едет в долину Трехозёрья на свидание. И опять же, находясь

на прииске, терзается ожиданиями встречи с Ихтымой, Шин-

кильхором и остальными детьми. Так и ходит от одного порога

к другому, постоянно в пути. А дорога не близкая. Белое бело­

горье, девять гольцов, четыре перевала, переход в пять дней. Где

пешком, где на лыжах, при благоприятных условиях — на спине

оленя. Но Загбой не сетует на обстоятельства. Кочевая жизнь

приучила его к неудобствам. Быть постоянно в дороге — нор­

мальное состояние, он безропотно подчиняется врождённому

инстинкту.

В этот раз Загбой едет от дочери и внучки к жене и сыну. Се­

годня последний, пятый день пути. Если всё будет нормально,

через пару часов, к сумеркам, он будет у порога своего родного

чума. Осталось только пройти в творило между двумя голь­

цами, — и вот он, пологий спуск в долину Хабазлака.

Хорошо на душе у охотника! Гостил на прииске, там отлично

встречали: два дня пил спирт, плясал, пел песни, разговаривал

с Ченкой и Улей. Они живут нормально, самое главное, не бо­

леют. Внучка промышляет соболей. Дочь выделывает пушнину.

Каждый занят своим делом, и никто не жалуется на жизнь. Это

главное. Теперь думы только о Ихтыме. Как она там управляется

с детьми и хозяйством? Всё ли хорошо? Как здоровье у сына?

Загбой невольно представил будущую встречу, как подъедет

к чуму, как навстречу ему выбежит улыбающаяся жена, при­

мет из его рук повод, поможет спуститься на землю, возьмёт

потку с пушниной. Как войдёт в чум, с какой радостью к нему

29

ВЛАДИМИР ТОПИЛИН

бросятся дети, как их будет обнимать и рассказывать о своих

похождениях.

С такими мыслями так и ехал весь остаток пути. Очнулся,

когда на него забрехали свои же собаки. Выехал из леса на пой­

менные луга — вон они, родные жилища. Две большие юрты

Мухоя и его, несколько поменьше, чум. Отовсюду валит дым,

чувствуется запах свежих печёных лепёшек, аромат душистого

чая кружит голову.

Почувствовав приют и долгожданный отдых, веселее пошли

олени. Вот и прясла, пригон для лошадей. Там, под навесом, стоит

небольшая, привычная к крепким сибирским морозам корова.

Но что это? Недовольно хоркнул носом Чигирбек: на стойбище

кто-то чужой. Бросил Загбой косой взгляд, точно, у сена стоят

чужие лошади. Вон в стороне прижались друг к другу коренас­

тые, монгольских кровей кони Мухоя и его сына Асылзака. А эти

лошади другие, длинноногие, большеголовые. На таких ездят

только русские. Но кто это может быть?