Чтение онлайн

Одарка подняла голову и остановила свои большие внимательные глаза на широком лице капитана.

– Это вторая, меньшая терраса на склонах подводной скалы, - сказала она.
– Первая терраса находится на северном склоне. Она больше и ближе к основному стволу скалы...

Одарка очертила кружком другое светло-коричневое пятно на своей карте:

– Вот она... Это, несомненно, своего рода "парадный подъезд", тот "грунт", на который опускаются субмарины перед заходом в главный шлюз подводного форта. А эта небольшая терраска на южном склоне скалы...
– карандашик в тонких пальцах Одарки вновь вспорхнул над светлокоричневым "листом клена", - ... обнаружена была нами ниже первой, она отстоит от главного ствола скалы на триста метров южнее. Скорее всего именно здесь и находится "черный ход" подводного убежища Шайно.

Капитан обратился к Ветлугину:

– Что вы думаете об этом, Владимир Петрович?

– Я думаю, нам следует придерживаться координат Мерса, если они совпадают с данными наших гидрологов, - ответил Ветлугин.

Капитан взглянул на свои ручные часы:

– Вместе с патрульными лодками мы описываем уже третий круг около этой скалы, - сказал он.
– Через двадцать минут "Дельфин" будет в трех километрах от второй террасы, и я возьму курс прямо на нее.

Ветлугин кивнул:

– Добро!

– Ваши люди к десанту готовы?

Ветлугин вопросительно взглянул на Одарку;

– Как Рума?

– Его нельзя брать с собой, - ответила девушка, и взгляд ее стал озабоченным.
– У мальчика повышенная температура.

– Что сказал врач?
– спросил капитан.

– Он уверен, что у мальчика еще не в порядке нервы.

– Значит один ваш водоход свободен, Владимир Петрович? спросил капитан.

– Да... десантников будет восемь, с Мерсом девять, - ответил Ветлугин.

– Возьмите кого-нибудь из моих матросов, - предложил капитан.

– Я не имею права никого брать, - сказал Ветлугин.
– Список десантников утвержден высшей инстанцией.

Помолчав минуту, капитан спросил:

– А вы не допускаете возможности подвоха со стороны Мерса?

Ветлугин усмехнулся.

Капитан встал:

– Он не так глуп и отлично знает, что в случае предательства мы его немедленно уничтожим.

– Итак, через двадцать минут я беру курс на вторую террасу, ложусь там на грунт и высаживаю всю вашу группу, Владимир Петрович.

Ветлугин тоже встал.

– Отлично!
– Он взглянул на часы.
– Через десять минут десант займет места в скафандрах, товарищ капитан.

Капитан протянул ему руку.

– Мы с вами уже не увидимся до конца операции. Желаю удачи.

Ветлугин пожал протянутую руку и повернулся к Одарке.

– Ну, Одарочка! Спасибо тебе за все твои хлопоты.

Одарка протянула обе руки.

– Что вы, Владимир Петрович?.. Ведь я... от всего сердца... Юра для меня такой же родной и близкий.

Ветлугин крепко сжал ее руки.

Глядя на них, капитан был очень растроган.

– Держите снами непрестанную связь, Владимир Петрович, сказал он.
– Пусть Столяров сообщает о каждом вашем шаге по тому шифру, который я ему дал. В случае необходимости я приду вам на помощь...

– Благодарю вас, товарищ капитан, - ответил Ветлугин и, приложив руку к козырьку, вышел из каюты. Капитан кивнул ему вслед:

– Крепкий мужчина!

– Очень крепкий!
– с восторгом подтвердила Одарка и, погрустнев, добавила: - но что у него в душе происходит!..

* * *

В грузовом отсеке "Дельфина" стояли стальные водоходы, подобные огромным фантастическим роботам. За стеклами их шлемов видны были сосредоточенные лица Ветлугина и Столярова, бледное лицо Мерса и молодые, открытые лица матросов-подводников. Лишь за стеклом одного скафандра, стоявшего во втором ряду в углу, никого не было видно.

Тишину нарушил чей-то голос в соседнем отсеке:

– Грузовой отсек закрыть!

Тяжелая металлическая дверь медленно поползла из переборки слева направо. Через минуту грузовой отсек был полностью изолирован от остальной части субмарины. Послышалась новая команда:

– Начать наполнение!

В борту грузового отсека открылись небольшие кингстоны, через них сильными тонкими струями в отсек хлынула вода... Вскоре он был затоплен до потолка.

Затем автоматически откинулся наружу борт, превратившийся в сходню. Из бортов субмарины брызнули в темную толщу воды два ярких столба света, и стальные гиганты один за другим зашагали из отсека по сходне на каменистый грунт той самой "террасы", которая на карте Одарки изображена была в виде кленового листа. Первым повел к выходу свой водоход Ветлугин, за ним тронулся Мерс, потом Столяров, далее, бесшумно двигая толстыми трубоподобными ногами со свинцовыми "калошами", стали выходить остальные подводники: один, другой, третий... Пустой скафандр стоял, не шевелясь, в углу, но, когда двинулся к выходу девятый водоход, пустой скафандр вдруг ожил, шевельнулся, поднял толстую ногу, шагнул, потом шагнул другой ногой и уже свободно пошел по сходне.

Ветлугин пропускал мимо себя десантников, строя их цепочкой тут же подле борта субмарины:

– Чернега?..
– спрашивал он в трубку телефона и вглядывался в стекло шлема.

– Я!..
– ответил молодой матрос и прошел дальше.

– Лазарев!..

– Я!..

– Аничкин!..

– Я!..

Но вот на сходне показался... десятый скафандр.

Ветлугин с изумлением смотрел на него. Ведь скафандр, предназначенный для Румы, должен был остаться в грузовом отсеке. Ветлугин точно знал, что в этом "водоходе" никого не было, когда десантники занимали свои места...

– Кто в скафандре?
– строго спросил он и услышал в своей слуховой трубке телефона:

– Механик воздушной полярной станции Иван Цыбулькин, товарищ командир!

Ветлугин оторопел. За стеклом шлема видно было курносое лицо маленького механика. Сомнений не оставалось, это был Цыбулькин.

– Марш обратно!
– скомандовал Ветлугин.

В этот миг сходня субмарины поднялась и, вновь превратившись в борт, плотно закрыла грузовой отсек.

Цыбулькин покосился на закрывшийся борт субмарины. Ветлугин свирепо проворчал:

– Безобразие!..

Но задерживаться было невозможно.

– Замкни строй!
– приказал Ветлугин.

– Есть замкнуть строй!
– звонко ответил Цыбулькин.

– Не ори...
– сказал Ветлугин и, подумав, добавил: - когда войдем в туннель, останься у его входа и никого не впускай, а также не выпускай. Понял?..

– Так точно, товарищ командир!
– четко и торжественно отретил Цыбулькин.

– Правая конечность водохода действует как автоматический пистолет. Сумеешь воспользоваться в случае необходимости?