Чтение онлайн

— Так сие, — кивнул патриарх. — Отец твой, Николай Александрович, имел неосторожность допустить до церковных архивов иноземцев. Среди них был и герцог Виндзорский.

— И что? — всё ещё не понимал император.

— Это не человек, Ваше величество, — вдруг сказал Епифаний. — Дозволь доверить тебе тайну великую.

Старец склонил голову, скрестив руки на груди.

— Так, погоди, — Николай Александрович взглянул на Разумовского, слушавшего разговор с открытым ртом. — Петька, поди вон на время…

— Не стоит выгонять этого отрока, — сказал Епифаний. — Это же будущий премьер-министр империи. Пусть знает, с чем ему придётся столкнуться в делах на благо Отчизны.

— Хорошо, — согласился император. — Только пусть мне баранок с чаем принесёт. Я ничего не ел со вчерашнего вечера. Вы же не будете против, если во время нашего разговора я буду хрустеть по-тихому?

Разумовский быстро принёс чай с баранками, и Николай Александрович принялся слушать Епифания.

— Ты же знаешь, император, что учёные мужи хотят выяснить происхождение расы человеческой?..

В правление Русичами Ярослава Мудрого князю была подарена необычная книга. Привёз ему подарок неизвестный купец из далеких северных краёв. Князь книгу развернул и удивился. Состоял тот талмуд из тонких дощечек неизвестного материала. Настолько тонкими и прочными, что звенели, когда князь их листал. На дощечках были вырублены руны и светились нежным золотистым светом.

— Что означают сии знаки?! — поинтересовался Ярослав у купца, бережно закрывая книгу.

— Шаманы наших краёв, государь, поручили сказать, что рунами описана история зарождения Руси, — склоняясь, отвечал купец. — Пока я вёз книгу к тебе, то потерял всю охрану.

— С чего же?! — удивился Ярослав.

— От нападений, государь. Только один мальчонка остался при мне, которого шаманы дали в охрану. Молодой, щуплый, но мечом владеет невиданным доселе мне способом.

— Вот как! А ну, позовите мальца ко мне!

В покои государя привели мальчишку. Несмотря на юный вид, отрок с вызовом глядел на Ярослава. В его глазах горел огонь невиданной решимости и крепкого сознания. Дочь Ярослава — Анна, прятавшаяся за троном отца во время разговора, тут же вышла из укрытия.

Девушка отличалась не по годам рассудительностью и умом. Была прекрасналицом и телом, как летняя заря. Длинные русые косы оплетали стройный стан Анны, синие глаза взглядом будто пронзали душу.

— Государь, позволь мне прочитать эту книгу, — попросила Анна, не сводя взора от мальчишки. — И возьми его к себе на службу. Мастер войны перед тобой. С ним земли наши будут в безопасности.

Ярослав любил свою дочь и всецело доверял ей. Он отдал книгу дочери, и мальца определил в охрану. Так же, поселил во вновь построенном храме, чтобы никто не знал, чем занимается Анна.

— И вот что удивительно, — Епифаний огладил длинную бороду. — С тех пор на Руси стали появляться Мастера войны. А появляются они тогда, когда просыпается вселенское зло. И это зло желает извратить род человеческий, подчинить его себе.

— И каким же образом? — поинтересовался Николай Александрович.

— Наш разум не настолько совершенен, чтобы распознать зло, — отвечал старец. — И не настолько мудр, чтобы его контролировать. Особливо, в ранние года. Мы подчас хотим того, чего сами сполна не осознаём. Необдуманный порыв!.. И зло уже тут, как тут.

— А книга государя Ярослава к этому каким боком? Как история Руси может влиять на хм… вселенское зло?

— Руны, что высечены на страницах книги, несут свет. Русью светлое место зовём. Где солнышко. Да всё светлое, почитай, так зовём. Русый парень. Русая девушка. Русая рожь — спелая. Убирать пора… Али ты не знал, император?

Николай Александрович задумался. А ведь правду старец говорит! Когда отец нынешнего императора допустил иноземцев до культуры Русичей, когда пропала книга Ярослава Мудрого, тогда государство загибаться стало. Все богатства стали уходить за бесценок, а то и задаром. Вымирать Русичи стали, и солнце над землями холодным вставало, тёмным.

— Герцог Виндзорский, Николай Александрович, воплощение вселенского зла. Пора призывать Мастеров войны. Только они смогут утихомирить его, — поклонился Епифаний.

— Все Мастера войны, что есть, уже на службе у меня, — дернул бровями император.

— Отец твой, очарованный саксонцами, многих Мастеров изгнал от себя.

— И что мне делать?

— Кинь клич по Руси — они соберутся. Воевать со злом — их призвание. Верни книгу Ярослава Мудрого в обитель, и слово своё скажи. Покажи всему миру подлинную историю Руси. Ибо древние Русы — прародители человечества.

— Ну, ты загнул, старче, — усмехнулся император. — Мне тут говорили, что человек пошёл от обезьяны.

— Эта гипотеза саксонского мужа, — отпарировал Епифаний. — Саксонцы потомки извечных врагов Русичей — Эллинов, то есть Греков и Византийцев — Римлян. Их история не отражает истину. Все античные боги имели приставку Гиперборейцы. То есть, выходцы из Гипербореи — страны расположенной по древним источникам на территории современной Руси. Все эти персонажи имеют догреческое происхождение. Самые древние письмена написаны на протославянском языке. Даже надписи на Египетских пирамидах.

— Почему это Эллины и Византийцы наши извечные враги? Мы одной веры.

— Потому что это большое скрещивание разных народов. А из такого скрещивания получается либо великолепный гибрид, либо чудовищный ублюдок. Слава Богу, ублюдка не вышло, но недаром Эллины получили название — Греки. Все эти миссионеры несли на Русь много греха. Поэтому Русичи прозвали их Грехами. То есть, Греками.

— Отче! — воскликнул император. — От всей этой…

— Этимологии, — подсказал Разумовский, видя замешательство императора.

— Во-во! — махнул ладонью Николай Александрович. — От этого у меня голова заболела, но… по сути ты прав. Саксонцы слишком возомнили о себе. Вон и с Рокан-башой меня стравили! А ничего, что Рокан-баша грабил мои земли и угнетал мой народ?!

— Разжигание вражды между народами есть тайный умысел вселенского зла. Чтобы унизить Русичей и разделить потом их земли, — тихо молвил молчавший всю беседу патриарх. — Из монастырей весточки приходят — очень много дворян в губерниях хотят примкнуть к саксонцам. И тебя, Николай Александрович, уже ни во что не ставят.