Чтение онлайн

Джеймсон долго не мог уснуть этой ночью, странное чувство беспокоило сознание мужчины. В императоре было что-то до боли знакомым, но что…. Они точно никогда не пересекались, Джеймсон бы это запомнил, но что тогда смущало в Даниэле. Джеймсон никак не мог определить. Джеймсон привык прислушиваться к своим ощущениям. О Даниэле складывалось хорошее впечатление: сильный, уверенный мужчина, знающий себе цену - именно такой нужен стране, интуитивно Джеймсон верил, что в нем есть справедливость и милосердие. Но что же тогда смущало, может глаза… Джеймсон попытался прогнать прочь мысли и уснуть. Завтра, он разберется со всем завтра.

Айрин покинула армию Даниэля в тот же день, что и император, ей предстояла нелегкая встреча с отцом. Да, Айрин - единственная дочь верховного жреца, но узнала об этом она недавно. Двадцать пять лет девушка прожила спокойно в Москве, в совсем другой цивилизации, имея иные интересы и планы на будущее. И вот в один прекрасный день силы верховного жречества вернули ее с братом на родину. Отец, опасаясь за жизнь дочери в смутные время правления Августина, переместил ее с двоюродным братом в иной мир. Верховный жрец боялся за жизнь дочери в смутные времена - так он объяснил свой поступок. Но Айрин не верила отцу, что-то подозрительно она почувствовала, когда он пытался оправдать свой поступок. Турен, верховный жрец, редко обсуждал с Айрин события прошлых лет правления императора Августина и избегал темы, касающейся ее перемещения с Даниэлем в другой мир. Айрин знала, что отец многое не договаривает, но никак не могла вывести его на откровенный разговор. Может быть события той роковой ночи их исчезновения в Москву связаны с тем видением, которое преследует Айрин последний год. Айрин сделал все возможное, чтобы отец не видел сновидений, связанных с ее будущим, для того, чтобы избежать лишних разговор о Даниэле и ее участии в этой войне. А вдруг, видения, посещавшие ее, мучили когда-то верховного жреца, и поэтому он отправил ее далеко от этого мира. Но возникает вопрос: а зачем отец вернул Айрин, видения то не исчезли? А может просто завещание императора Августина и жестокость к населению со стороны Эдмунда, жаждавшего власти и денег, вынудило жреца вернуть в мир Даниэля. Возвращение Даниэля было невозможным без Айрин, гармония – основа всего, двое ушли в Москву, двое и вернулись. Годы идут, жрец стареет, род должен возглавить кто-то. Айрин – уникальная в роде, за многие тысячелетия она единственная из женщин унаследовала дар всего жречество, намного сильнее, чем обладает на сегодняшний день ее отец. Жрец Турен гордится тем, что его ребенок обладает такими силами. Правда Айрин пока не сознает то, на что она способна, ведь возможности сознания и тела нужно развивать, а война заставляет ее быть рядом с братом до конца. Турен и Даниэль так не нашли общего языка, жрец не хочет мириться с тем, что его единственная дочь рискует своей жизнью за власть брата. Айрин стала одним из основных врагов Эдмунда, брат Августина считает ее любовницей Даниэля, смерть которой сможет выбить Даниэля из колеи и станет ударом, достаточным для его уничтожения. Сама Айрин до сих пор не может простить отца за то, что он лишил ее родины, любви и возможности развивать свои способности. Отец лишил ее многого, не предоставив правдивых объяснений своего поступка. Но время благотворно влияет на чувство злости и с каждым днем злости становится все меньше, Турен терпением постепенно завоевывает ее любовь.

Подъезжая к землям отца, Айрин почувствовала трепет и волнение. Каждый раз при возвращении в замок верховного жреца, который теперь «должен» стать ее домом, странные чувства и эмоции посещали ее. Она глубоко вздохнула морского воздуха и почувствовала эйфорию. Замок отца находился между лесом, горами и морем, он был отстранен от всего мира, возвышался и парил над землей. Величие и могущество так и веяло в округе. О существование этих мест знали лишь приближенные жреца, род жречества всегда был мифом для всего мира, его низшие представители среди человечества отвечали за храмы Синея. Айрин мечтала освоить все премудрости рода, развить способности, но время пока не подходящее для учения. Отец опять будет ругаться, но как он не понимает, что Даниэль ближе всего ей в этом мире, он – единственная ниточка с прошлым, доказательство того, что у нее была когда-то другая беззаботная жизнь. Айрин направила коня в сторону холма, до замка осталась немного.

Айрин въехала во двор замка, в котором всегда царила тишина и спокойствие, такое умиротворения по сравнению с тем, что творится в стране. Последователи жречества встретили Айрин с улыбкой, за которой так и чувствовалось сомнение, боязнь и непонимание. Приближенный к верховному жрецу испытывали различные эмоции к дочери Турена, интуитивно они ощущали, что появление Айрин может привести скорее разрушительные последствия для их спокойного мира или, наоборот, создать что-то невероятное.

Передав лошадь конюху, Айрин направилась в замок на поиски отца. Турен находился в саду в беседке около фонтана, со стороны может показаться, что он поглощен чтением, но Айрин знала, что на самом деле все не так. Турен чувствовал ее приближение, начиная с момента пересечения границы земель жречества. Верховный жрец пытался по максимуму контролировать перемещение дочери, чтобы защитить ее и оказать помощь в случае необходимости. Но нахалка, которой являлась Айрин, использовала все свои силы и умения для того, чтобы избегать бдительного взгляда отца и постоянно ускользать от него. Девочка совсем ничего не знает еще о своей силе, но как-то интуитивно умудряется охранять свое личное пространство от вмешательства посторонних. Ей от природы дано умение управлять сознаниями, но Айрин в последний год пренебрегает уроками отца и его стремлением научить ее тому, на что она способна по праву рождения. Верховный жрец неоднократно порывался рассказать ей истинные причины, побудившие отослать ее в иной мире, далекий от себя. Если бы он объяснил, как следует свои мотивы, Айрин обязательно бы простила отца, он в этом уверен. Но Турен боялся произнести вслух то, что страшное будущее дочери много раз виделось ему сразу после ее рождения. Неосторожно произнесенные слова могут накликать беду. Столь мощные по своей силе мысли и слова, сказанные необычным человеком, способны повлечь их реализацию и воплощение в реальности, а этом верховный жрец очень сильно опасался. Он не должен подвергать дочь этой опасности, слишком дорого ему вновь приобретенное дитя. Турен гнал прочь мрачные мысли, видение не было уже довольно давно, а это значит, что поступок совершенный много лет назад повлиял на будущее его рода. Жертва, принесенная им тогда, потеря любимой дочери повлияла на смирение небес и прощение Синея за те ошибки, которые он совершил вместе со своими братьями. Турен постарался привести мысли в порядок и принять безмятежное выражение лица, дочь уже была близко.

– Привет, - Айрин подошла к отцу и чмокнула его в щечку.
– Спасибо, что помог мне тогда.

– Привет, милая. Как добралась, надеюсь, без приключений?

– Нет, все хорошо. Я рада, что, наконец, смогла приехать, здесь всегда так спокойно и хорошо. Все создано для отдыха души и тела.

– Я знаю милая. Отдохни сначала, разговоры подождут, позже поговорим. Тебе нужно восстанавливать силы после ранения.

– Ты все знаешь? – удивилась Айрин.

– Я чувствовал твою боль, когда вытаскивал из замка Эллисинга, надеюсь, это не их рук дело. О роде Эллисинге у меня всегда было хорошее мнение.

Турен попытался скрыть нахлынувшие на него сомнения об истинном происхождении рода Эллисинга. Если Айрин смогла почувствовать что-то странное в их доме, то возможно его вековые подозрения оправдаются. Сам Турен предпочитал избегать встречи с представителями рода Эллисинга, опасаясь того, что его подозрения не напрасны, и они по праву рождения обладают более мощной властью и наследием в отличие от своего состояния на данный момент. Возможно, великий дом Эллисингов просто временно потерял возможность познания правды. Верховного жреца сильно волновало то, что Джеймсон Эллисинг имеет какие-то родственные линии с Туфуаном. «Синей, помоги этому миру», - молил жрец, предчувствуя скорую встречу с тем, кого навсегда хотел похоронить в своем сердце.

– Нет, люди Эдмунда напали на нас, - Слова Айрин вернули сознание Турена на место.

– Я так и предполагал. Айрин, - Турен хотел что-то сказать, но по взгляду Айрин понял, что бессмысленно ее переубеждать и возмущаться, - иди и отдохни девочка, после подробнее поговорим о произошедших событиях.

Турен проводил взглядом удаляющуюся Айрин. Бедная девочка, такая хрупкая, маленькая, играет в жестокие игры. Каждый раз он переживает за то, что она не сможет постоять за себя и не вернется домой, но все его доводы и уговоры о том, чтобы она не вмешивалась в эту войну, вызывают только негатив с ее стороны. Она слишком упряма, вся в мать. Айрин слишком сильно любит брата и пойдет с ним до конца, чтобы сохранить его жизнь, пренебрегая всеми опасностями, которые грозят ей на этом сложном пути. Надо попробовать по максимуму подготовить ее к борьбе пока она здесь и не сорвалась к Даниэлю. Это единственное на что он способен в сложившихся обстоятельствах. Мда… сложная предстоит сегодня ночь. Турен всегда хотел передать свои знания единственной дочери. Но это невозможно сделать за такой короткий срок, слишком мало времени. Надвигается время теней, он это чувствовал каждой клеточкой своего сознания.

Оставив отца со своими мрачными мыслями, Айрин добралась до своей комнаты, бухнулась на кровать и только тогда осознала, как сильно она устала за последнее время. Турен, как всегда, прав ей нужен отдых, хотя бы часок.

В следующий раз, когда Айрин открыла глаза, солнце уже покинуло небосклон. В комнате кто-то разжег камин и приготовил воду для умывания. Слабость в теле исчезла, и Айрин с хорошим настроением пошла умываться. Вода оказалась ледяной, но это полезно для кожи. Зеленые глаза, смуглый цвет и нежная кожа на лице удивляли многих, кто видел Айрин впервые. Кто бы мог представить в Москве, что зеленый цвет глаз бывает недоступным подарком природы в других мирах. Даниэля и Айрин принимают с опаской в этом пространстве Синея и все из-за цвета глаз. Представители этого мира боятся всего непонятного для них. Люди даже не предполагают, что существуют по соседству с уникальным непостижимым родом жречества. «Мир бы перевернулся вверх ногами, познай они всю истину», - подумала девушка. Но не только цвет глаз Айрин шокировали окружающих, но и ее манера одевать. Мужчины этого мира не привыкли к столь откровенным нарядам, хотя по меркам Москвы Айрин одевалась очень скромно. Распустив волосы и натянув обтягивающие черный топ и брюки, Айрин вышла из комнаты. Спустившись в гостиную, девушка заметила задумчивого отца, стоявшего около окна.

– Я, надеюсь, ты поужинаешь со мной Айрин? – спросил Турен.

– С удовольствием составлю тебе компанию, у нас кто-то еще будет в гостях?

– Нет, я не хочу, чтобы нам мешали сегодня.

– Хорошо.

На столе оказались любимые блюда Айрин, она ими питалась еще в Москве, в этом мире совсем другая кухня, к которой девушка никак не могла привыкнуть.

– Как ты смог? Откуда знал, что я люблю борщ, вареники? И кто вообще это все приготовил?

– Милая, я всегда наблюдал за тобой, может мое тело и не присутствовало в том мире, но сознание всегда было рядом. Я хорошо знаю, что ты любишь. Мне хочется тебя побаловать, я очень долго был лишен этой возможности, - заулыбался верховный жрец, увидев благодарный взгляд дочери.

– Спасибо, это много значит для меня.

– Расскажи, что с тобой случилось, - спросил отец.

– Я и твои люди пересекли границу рода Мэйрина две недели назад, направляясь на встречу с Даниэлем. Со мной было двенадцать человек, твои люди сопровождали меня, охраняя жизнь от различных посягательств. Начиная с территории рода Мэйрина и до границ владения рода Эллисинга, нас преследовали люди Эдмунда. Я не понимаю, как так получилось, это вообще все очень странно потому, что никто не был в курсе того, как мы будем двигаться к лагерю брата. В течение всего пути я сама лично меняла направление движения, но люди Эдмунда как – будто предугадывали то, куда и как мы будем добираться до самого лагеря, они знали в заранее, что мы проедем по землям рода Мэйрина. Во владениях рода Эллисинга люди Эдмунда нас настигли и естественно напали. По счастливой случайности или благодаря покровительству Синей мне привиделось, что лорд Джеймсон со своими людьми находится поблизости, я постаралась испортить погоду и привести их к поляне, которая стала местом схватки, именно приближение Эллисинга спугнуло людей Эдмунда. Они так сильно боятся лорда Джеймсона Эллисинга, что даже не убедились в том, что я мертва. К сожалению, все твои люди погибли, защищая меня. Я никак не могу простить себе то, что по моей вине страдают невинные представители нашего рода. Прости, я не хотела, чтобы так получилась. Я настаиваю на том, чтобы в будущем ты больше не приставлял ко мне охрану, они тоже могут умереть. Я не желаю этого, слишком много смертей происходить по моей вине, - Айрин помедлила немного, и задумчиво продолжила свой дельнейший рассказ.
– Меня удивил и тот факт, что они смогли уйти незаметно для людей Эллисинга, необычно как-то все. Таким образом, я оказалась во владениях рода Эллисинга, точнее говоря, в его замке с серьезным ранением в животе. Помню только, что постоянно прибывала во сне. Если я приходила в сознание, то чувствовала жуткую боль и слабость во всем теле. Однажды, я проснулась ближе к вечеру, плохо соображая, я сумела собрать имеющиеся у меня силы для перемещения в гостиную для попытки узнать о том, где я все-таки нахожусь. Я появилась перед всей семьей Эллисингов с десертным ножиком в руке, угрожая лорду Джеймсону. Представляешь… Ты бы видел их выражение лиц, при других обстоятельствах мне стало бы смешно, но тогда мне необходим был ответ о том, в замке какого рода я оказалась. Я дождалась ответа, осознав, что я нахожусь в безопасности, и потеряла сознание прямо в гостиной перед всей семьей Эллисингов. Когда в следующий раз я пришла в сознание, то решила сбежать, не хотела лишних вопросов, на которые в скором времени мне бы пришлось отвечать. Остатки моей одежды были в комнате, я помню, как оделась и осознала, что в таком виде мне не выбраться из замка незамеченной так, как силы были на исходе. Нужен был черный плащ, способный скрыть мою внешность в темноте. Я позаимствовала плащ у леди Эйви Эллисинг, сестры Джеймсона, и направилась в конюшни. Добравшись до конюшни, я поняла, что у меня не достаточно сил для незаметного перемещения за стены замка, да еще и с конем, вот тогда я и обратилась к тебе в надежде, что не откажешь.

– Эдмунд совсем сошел с ума, покушаться на тебя, единственную дочь верховного жречества. Он просто не представляет, кому перешел дорогу, да я…, - только теперь Айрин заметила, как сильно возмущен отец. Во время рассказа она смотрела на огонь в камине в углу гостиной и не заметила того, что возмущение Турена росло с каждым ее произнесенным словом.

– Отец, жречество не должно вмешиваться в эту войну, ты прекрасно понимаешь это. Существование нашего рода тайна для мира, слуги сил Синея не должны обнародовать свое присутствие в этом свете. Я не желаю, чтобы из-за меня древнейшая традиция рухнула, я не готова взять такую ответственность на себя.