Чтение онлайн

Ближе к полуночи так и не заснувшая эльфийка услышала, как в замке проворачивается ключ, и затем увидела, как повернулась ручка двери. За то время, что женщина пролежала без движения, тело стало деревянным и непослушным, но она смогла испытать моральное удовлетворение, когда ручка задергалась снова и гораздо быстрее, но дверь, удерживаемая с ее стороны креслом, осталась неприступной. Хорн позвал эльфийку по имени и постучал, но Али не ответила – сил на это уже не было, хотя появилось сильное желание послать его подальше. Он пытался уговорить ее, но женщина его совершенно не слушала. Все сильнее хотелось пить. Наконец он оставил ее в покое, и Али смогла заснуть, свернувшись калачиком.

В следующий раз ее разбудило чье-то влажное прикосновение к губам. Она облизала шершавым распухшим языком пересохшие губы и открыла глаза. Прямо перед ней на подушке сидел и улыбался ей самый обычный белый кот. А позади него, Али не поверила глазам, на столике стоял большой запотевший графин, до краев наполненный водой. Кот обернулся и тоже взглянул на графин, потом одним прыжком перепрыгнул на стол и снова весело посмотрел на женщину, как будто говоря: ну и чего же ты ждешь? Это тебе.

Али села на постели и с подозрением смотрела то на воду, то на кота, не зная, как реагировать на неожиданный подарок. Кот прищурил синие глаза и улыбнулся еще шире.

– Какая же ты упрямая, – услышала Алиэнтэль его голос.

– Тебя Хорн послал? – Али с трудом узнала собственный голос.

– Хорн? – удивленно посмотрел на нее кот.

– Да, твой хозяин, – прокашлявшись, кивнула женщина.

– Хм-хм-хмрр, – рассмеялся он. – Я же кот! Сам себе хозяин.

– А что, у котов хозяев не бывает? – скептически поинтересовалась Али, поднявшись и потянувшись к кувшину.

– У таких котов, как я, – гордо выпрямившись, ответил он, – не бывает.

И, громко мяукнув, едва успел увернуться от пущенного в него графина, потом от кружки, расписного медного подноса и тарелок. В конце концов Али подхватила из-под ног уже изрядно помятый поднос и поманила повисшего на люстре и смотрящего на нее расширенными глазами кота.

– Кис-кис-кис.

Он, побрыкав задними лапами, забрался на люстру и сердито посмотрел на эльфийку.

– Для тебя же старался, дура!

– Да верю я тебе, верю, – усмехнулась женщина, – спускайся.

Кот надменно фыркнул и прошелся по краю люстры, смотря на нее хитрыми глазищами.

– Думаешь, я помогаю этому жалкому колдунишке, – сказал он, – а тебя не удивило, что на наши с тобой вопли и звон посуды сюда еще не сбежалась вся башня?

– Опять уловка, – пожала плечами Али, но уже не так уверенно.

И, правда, где вся охрана? Они тут так орали и шумели, что это хоть кого-то, но должно было насторожить. Но в дверь никто не ломился, и тишина стояла полнейшая. Кот довольно улыбнулся, будто прочитав ее мысли, и, прицелившись, перепрыгнул на стенной шкаф с книгами.

– Это ты сделал? – недоверчиво спросила Алиэнтэль.

– Заклятие тишины, – кивнул он, – элементарно. И хоть здесь молнии призывай, никто не проснется.

– Если ты не помогаешь Хорну, то кто же ты такой тогда?

– Ну, это просто, – улыбнулся кот, – странно, что ты сама еще не поняла. Хотя ты не так умна, как сестра…

Али поудобнее перехватила поднос и предупреждающе посмотрела на него.

– Я – его хозяин, – поспешно сказал кот, покосившись на поднос в ее руках, но стараясь не терять достоинства, – а не наоборот, как ты подумала.

Взгляд, каким наградила его Али, еще было слабо назвать недоверчивым.

– Не веришь, – покачал головой кот, – а зря. Посмотри вокруг. Эта башня не полностью подчиняется своему «хозяину». Он же к тебе так и не смог попасть, хотя великий маг. Что ему стоит переместиться из одной комнаты в другую?

– Не вижу здесь связи с тобой.

Кот тяжело вздохнул и спрыгнул на пол, но Алиэнтэль даже в голову не пришло опять устраивать охоту на него. Животина же тем временем запрыгнула на столик и встала на задние лапы, вытянув перед собой передние. В воздухе возле него обозначились контуры стеклянного графина, родного близнеца предыдущего.

– Попей, – предложил кот, прямо посмотрев на нее, – ты же хочешь. Не бойся – не отравлено. А ответ на твой вопрос прост: только я могу управлять энергией башни. Ни одному другому магу она просто не будет подчиняться. И Хорну потребовался не один год, чтобы даже попасть сюда.

Алиэнтэль, с трудом поборов собственную подозрительность, подошла к столу и взяла кувшин в руки. Вода была холодная и на первый взгляд самая обычная. Эльфийка осторожно принюхалась, но никаких посторонних запахов не почувствовала. Правда, есть немало ядов, вообще не имеющих ни вкуса, ни запаха. Но, похоже, кот действительно не солгал – это была обычная чистая вода. Решившись, женщина отпила немного. Точнее, хотела немного, но не получилось. Жажда, мучившая ее полночи, заставила выпить практически все, что было в графине. Утолив жажду, Али сонными глазами посмотрела на кота и побрела к постели, а он поспешил за ней. Женщина забралась под одеяло и свернулась калачиком. Необычная водичка каким-то образом сняла и все последствия отравления, и сейчас эльфийка чувствовала только сильную усталость. Кот улегся на соседнюю подушку и положил голову на лапы, прикрыв глаза. Алиэнтэль слабо улыбнулась и погладила его за ухом, он мурлыкнул и придвинулся ближе под ее руку, ткнувшись мордочкой в ладонь, а она почувствовала, как ее, будто тяжелой лапой, накрывает сон.

Боль была везде. Само тело, казалось, уже забыло, что когда-то было здоровым и крепким. Оно саднило, и любое движение и даже дыхание причиняло настоящую пытку. Он попытался пошевелить рукой, чтобы высвободить ее, так как от кистей и ступней распространялись самые неприятные очаги боли. И понял, что не может этого сделать. Как не может открыть и глаз. Они сильно воспалились и заплыли. Лихорадка, понял Зак каким-то внутренним знанием, уже отделенным от страдающей плоти. Рассудок отказывался понимать и принимать те страдания, какие обрушились на него. Наверно, только это и помогло Заку не умереть сразу, когда на него набросились палачи. Сознание просто милосердно погасло, и так вполне представляя, что его ждет в их когтях.

Рядом послышались тихие шаги, и к его глазам кто-то прижал прохладную мокрую тряпицу, пахнущую ромашкой и еще какими-то травами. Вода просочилась в глаза и заставила их немилосердно защипать и заслезиться.

– Ты смазываешь его раны? – услышал Зак удивленный мужской голос.

– Нам не поздоровится, если он умрет до возвращения.

– Лилит, – ответил низкий женский голос, видимо, принадлежащий оркессе, – будет лучше, если приговор ему вынесет она.

– Не слишком балуй его. Нам же будет лучше, если до ее возвращения он не доживет.

– Не волнуйся, сильнее, чем сейчас, он не станет.

– Очень надеюсь. Раны оставь так, не перевязывай.

– Как скажешь.

Хорн, вполне оставшийся довольным видом пленника, подошел ближе к Заку, рассматривая его. И что такого эльфийка нашла в нем? Ну, молод, смазлив. Но это лишь вопрос времени. Сколько ему уже? Тридцать лет, может, больше? Он все равно состарится и умрет гораздо раньше, чем она. Какой смысл цепляться за жреца, когда он, Хорн, предлагает ей свое покровительство? Маг прекрасно видел, о чем все время думала эльфийка, и к кому постоянно возвращались ее мысли. Это было странно и совсем не похоже на темных эльфов. Возможно, что это последствия общения с тем сбродом, какой окружал ее ранее, и со временем это пройдет. Но проблема и заключается в том, что времени остается все меньше.