Чтение онлайн

По обе стороны гати были установлены станковые и ручные пулеметы; бойцы залегли в воде, за мокрыми кустами. За километр от гати был выставлен взвод, который должен был начать бой, а потом разыграть беспорядочное бегство.

Все сложилось так, будто немцы сами захотели помочь партизанам в осуществлении их плана. Два батальона фашистов двигались за танками. Они шли уверенно; даже не задержались, когда партизанский взвод обстрелял их издалека. Когда же партизаны побежали через гать, танкисты увеличили скорость. Немцы старались поскорее проскочить болото и догнать бегущих.

Дико ревели моторы. Обстреливая гать и лес за нею, колонна танков и пехоты двинулась через болото. Партизаны не отвечали ни одним выстрелом. И только тогда, когда вся колонна вошла на гать, фашисты поняли, что их наступление закончилось.

Сигналом для партизан был взрыв под передним танком. Налетев на мину, он потерял обе гусеницы и свалился в болото. Пехота попала под пулеметный огонь, а два последних танка запылали, подожженные выстрелами из противотанковых ружей.

Через полчаса горела уже вся гать. Только отдельным солдатам удалось выбраться оттуда.

Хотя Любовь Ивановна и не протестовала на заседании партийного комитета против такого решения, но в глубине души она чувствовала досаду. Почему это задание поручено именно ей? Неужели считают, что она не вполне владеет оружием или дрогнет в бою? Почему же именно ей приказали оставаться в лагере, где были только женщины и пионеры?..

Но уже через несколько часов она забыла о своей обиде, так как поняла, что именно здесь, в лагере, и нужна была ее твердая рука. Все в лагере смотрели на нее с надеждой, обращались к ней с вопросами, и ее ответы успокаивали встревоженных женщин и детей.

Первое столкновение произошло у нее с командиром роты Бидулей. Он ходил по лагерю мрачный, низко надвинув на глаза свою баранью шапку. Была уже весна, солнце пригревало, а он, наверное, забыл об этом или нарочно не хотел разлучаться со своей шапкой. Любовь Ивановна заметила подавленное настроение командира и, зная его характер, повела с ним разговор по-своему:

— Весна, товарищ Бидуля?

— Ну да, весна, — буркнул он нехотя.

— Жаркие дни настают, товарищ командир.

— Как кому… Нам, как на курорте, в холодке…

— Что это у вас за настроение, командир?

Бидулю наконец прорвало:

— Да что ты мне, Люба, терзаешь сердце? Издеваешься? Будто сама не в таком же положении! Все сражаются… а мы с тобой тут. Тебе еще ничего, а меня за что же заставляют загорать в лагере?

Именно сейчас Любовь Ивановна поняла, что партбюро поручило ей совсем не легкий участок. Попробуй держать в руках хотя бы этого Бидулю! А ведь от него зависит жизнь сотен людей.

— Это вы напрасно, товарищ Бидуля! У нас с вами задание не легче. Немцы могут прорваться и сюда.

— Был бы я там, черта с два прорвались бы! А так, конечно…

А между тем немцы, действительно, прорывались все дальше, в самые глухие леса. Всюду партизаны встречали их огнем, устраивали им засады, подбивали и поджигали танки, уничтожали солдат. Но сил, чтобы остановить это нашествие, надо было больше, чем сейчас имелось у них. Иван Павлович приказал своим подразделениям не ввязываться в позиционные бои, которые могли привести к большим потерям, а постараться выйти в тыл врага, чтобы бить его по частям.

Вскоре к Бидуле примчались дозорные и сообщили, что около роты фашистов движется прямо к лагерю. Бидуля улыбнулся. Ведь больше всего он мучился при мысли, что ему не придется встретиться с врагом!

— Ага, идут, значит… Ну что же, милости просим!

Он сразу преобразился. С Любовью Ивановной он говорил теперь особенно ласково и вежливо. Движения его стали быстрыми, а шапка была сдвинута на макушку.

— Вот что, товарищ Иванчук: вы организуйте здесь патронат на всякий случай, выводите их из-под огня в надежное место… Я думаю, вам лучше перейти к болоту, километров за шесть отсюда. Вот дед Макар знает…

— Это Безводное?

— Оно самое… Безводное болото.

— Но какое же это болото, если оно безводное? — спросила Любовь Ивановна деда Макара.

— Ну, дочка, это так только говорится. А воды там хватит всех гитлеров утопить!.. Хорошо, сынок, я выведу, а ты здесь…

— Сейчас мы с ребятами устроим им маленький концерт.

Бидуля назначал бойцов в засаду, выбирал места для пулеметных точек, помогал связывать гранаты.

Иван Карпенко сделался пулеметчиком. Послушный «Дегтярев» работал у него исправно, как швейная машина. Вторым номером к Карпенко был приставлен сапожник Яков. По приказанию Бидули, они заняли очень удобную позицию: сами они находились в укрытии, а их огонь повсюду доставал врага. Готовясь к бою, они изредка перебрасывались словами.

Долго ждать немцев не пришлось. Фашистские танки двигались осторожно, но производили большой шум. Подпустив их к самой засаде, Бидуля первым открыл огонь.

Любовь Ивановна была среди женщин, по-прежнему смотревших на нее с доверием и надеждой. Еще перед боем она известила их о надвигающейся серьезной опасности. Женщины помоложе и старшие ребята вооружились винтовками.

Но Любовь Ивановна приказала всем собираться в дорогу.

Попасть в Безводное болото, окруженное густым кустарником, можно было по узкой открытой полянке. Любовь Ивановна выслала вперед разведку — двух бойцов взвода Бидули. Разведчики возвратились быстро и доложили, что лес, в котором они находятся, со всех сторон окружен немцами. Тогда Любовь Ивановна приказала всем вооруженным занять круговую оборону.

Внезапно налетели гитлеровские бомбардировщики и сбросили на лес бомбы. Столетние сосны с глухим шумом повалились на землю.

…Иван Павлович и капитан Макаров, разгромив немецкий батальон, отступали теперь на следующий рубеж, чтобы организовать там новую засаду. В это время у них в тылу разгорелся бой. Разведчики доложили, что фашисты большими силами окружили лагерь.

Одна рота второго батальона, который подошел к Ивану Павловичу, осталась в засаде, а остальных партизан командир спешно повел на помощь окруженным.

…Немцы готовились всю ночь, чтобы утром с новых позиций начать наступление на лагерь. На рассвете, когда у них все было готово к решающей атаке, на них налетели партизанская конница и тачанки с пулеметами. На небольшой поляне разгорелся ожесточенный бой. Закончился он быстро. Поляна покрылась сотнями трупов в фашистских мундирах. Кольцо окружения было прорвано.

Рота Бидули потеряла в кровопролитном бою более трех четвертей своего состава, но не отступила ни на шаг. Трижды раненый, в последний раз смертельно, Бидуля так и не ушел с поля боя.