Чтение онлайн

На маленьком столике размеренно тикал будильник. Хемпель некоторое время сидел молча, а затем потянулся за сигаретой. Зажег спичку и прежде, чем поднести ее к лицу, несколько секунд всматривался в желтый огонек пламени.

Брона терпеливо ждал, также не произнося ни слова.

Наконец Хемпель приступил к делу:

— Прежде чем мы начнем обсуждать происшедшие за последнее время события, я хочу вернуться к нашему разговору в подвале. Я ведь не получил ответа на вопрос, что вы там делали. Эта проблема по-прежнему для меня неясна. Я не допускаю, чтобы это было простое стечение обстоятельств, а ваш интерес к этому делу носил чисто спортивный характер.

— События, которые произошли, — продолжал журналист, — для меня совершенно загадочны, и я опасаюсь, что это еще не конец. И даже, кто знает, не придем ли мы к убеждению, что надо сообщить в милицию. В этой ситуации для меня было бы очень ценно иметь человека, с которым можно было бы обсудить разные вопросы, проверить свои впечатления... Но...

— Но?.. — повторил Брона.

— Я должен доверять этому человеку.

Брона улыбнулся.

— То, что я до сих пор не дал вам объяснений, еще не доказывает того, что я не намерен их дать. Пожалуйста. Шаротка из-за волнения наверняка не вел себя совершенно тихо. Когда он шел к вам, я наблюдал за ним, чуть приоткрыв дверь. А затем, в чем я со стыдом признаюсь, подслушал часть его рассказа под вашими дверями. Поэтому, когда я пошел в подвалы, я уже знал, что вскоре и вы появитесь на месте происшествия. Вот и все объяснение, если говорить о данном конкретном случае. Если же речь идет о моем интересе ко всему ходу событий, то и я разделяю опасения, что, как говорится, продолжение следует. Я даже уверен, что оно последует...

— Так вот, — продолжал Брона, — я бывший военный, это вы очень метко подметили. А кроме того, я являюсь работником этого маленького учреждения, составляющего крохотную частицу целого, называемого государственным, организма. Сознание этого, а также привычка к дисциплине заставляют меня следить за порядком хотя бы на этом небольшом участке. Я чувствую себя ответственным за то, что здесь происходит. Вот все, что я могу вам сказать. Если этого достаточно, то я охотно буду рассматривать вас как товарища по борьбе, которую, очень похоже, нам придется здесь вести. Если нет, я на вас не обижусь.

Первоначальные подозрения Хемпеля почти полностью рассеялись. Он оценил и простоту этих слов и их содержание.

— Согласен. Я готов с вами сотрудничать.

— Я рад, — серьезно сказал Брона. — Вы журналист, у вас, можно сказать, есть профессиональная наблюдательность и оперативность, а также умение делать соответствующие выводы. Поэтому ваша помощь очень пригодится.

— Хорошо, — Хемпель снова взял сигарету, — я охотно буду выполнять ваши поручения. Но у меня один вопрос: не должны ли мы уже сейчас заявить обо всех событиях в милицию?

Брона минуту раздумывал.

— Пожалуй, нет. — В его голосе слышалось чуть заметное колебание. — О чем мы, собственно, можем сообщить, кроме устного рассказа о событиях, свидетелями которых мы не являлись. Да и сами события имеют слишком фантастический характер, чтобы к ним отнеслись серьезно. Убийство без убитого и без убийцы... Все в доме живы и здоровы... Вы можете себе представить, как бы отнеслись к нашему заявлению? Я считаю, что мы сами должны предпринять некоторые шаги, чтобы собрать конкретный материал. В связи с этим у меня к вам просьба.

— Слушаю.

— Мы должны незаметно осмотреть комнаты. Я хочу именно вас попросить это сделать.

— А почему вы считаете, что это лучше сделать мне?

— Не знаю, лучше ли, но во всяком случае легче.

Хемпель удивленно поднял брови.

— Допуская, что осмотр не удастся провести, не привлекая внимания кого-нибудь, вам, как журналисту и доверенному лицу Шаротки, будет легче объяснить свой интерес к этому делу.

— И тем не менее я оказался бы в двусмысленной ситуации.

— Конечно. Но несколько слов делового объяснения прекратят все недоумения. Да и сами события, которые произошли, оправдывают ваши действия.

— Частично вы правы. Но я напоминаю, что об этих событиях большинство еще ничего не знает.

— Да. И потому я считаю, что завтра утром мы должны рассказать о них всем.

— Не будет ли это ошибкой?

— Нет. Мы сможем таким образом установить, не произошло ли еще что-нибудь. Могли произойти какие-нибудь мелкие события, не обратившие на себя внимания, а на фоне общей ситуации могущие зазвучать по-иному. Кроме того, мы одновременно усилим бдительность всех обитателей замка и тем самым затрудним действия нашему противнику, если он находится среди нас.

— А вы считаете, что это возможно?

— Почти наверняка, — энергично бросил Брона. — А теперь еще одно... — Он вынул из кармана пиджака маленький голубой карандашик. — Лежал в коридоре подвала. Может, это ваш?

— Нет. — Хемпель взял в руки карандаш и внимательно осмотрел его. — Не знаю, чей это.

— Завтра я постараюсь узнать, кто его потерял, — медленно сказал Брона.

Журналист попрощался со своим собеседником и пошел к себе.

Как обычно в сентябре, погода была отличной.

Около девяти утра отдыхающие начали собираться на завтрак. Первыми заняли места за столом Брона и Станек, а вскоре в столовую вошли Вечорек и Иоланта. Последним появился Хемпель. Шаротка отсутствовал.

Первой на это обратила внимание Иоланта.

— Что случилось с паном Шароткой? — спросила она. — Может, он плохо себя чувствует?

Молчание, воцарившееся после этого вопроса, прервал Кушар.

— Шаротка наверняка отсыпается после своего ночного приключения, — сказал он весело. — Его львиная отвага подверглась тяжелому испытанию.

— И кто же ее испытывал? — лениво спросил Брона.

— Этого я не знаю. Зато я знаю, что было со мной, потому что тогда мы были вместе и...

— Тогда, это значит когда? И что это за приключение? — строго спросила Вечорек.

— Вы разрешите я выручу Кушара? — отозвался Хемпель, который до этого молча слушал разговор. — Так уж случилось, что главный герой этих приключений, то есть Шаротка, подробно рассказывал мне о том, что с ним произошло.

В эту минуту в холл вошла Марыся. Остановилась в конце стола и подняла руку, показывая собравшимся голубой карандаш.

— Прошу прощения. Никто из вас его не потерял? Я нашла наверху.

Все повернулись в ее сторону.

— Да, — внезапно сказал Проца. — Это мой.

Марыся отдала карандаш молодому человеку. Тот осмотрел его и сунул в карман пиджака.

— Большое спасибо. Я, наверное, выронил его вчера вечером или сегодня утром по дороге на завтрак.

Девушка вышла. Хемпель, продолжая прерванный разговор, рассказал присутствовавшим обо всем происшедшем.

Его слова вызвали общее оживление. Но реакция была разной. Вечорек первой взяла слово.